Его наглый друг (СИ) - Оливия Лоран

и твердым органом между моими половыми губами, надавливая там, где спрятан вход в мое тело.

— Будешь моей?

Смысл его слов доходит до меня не сразу. Я настолько сконцентрирована на том, что он делает, что просто не могу думать о чем-то другом.

— Макс… подожди, подожди… — шепчу взволнованно.

— Не нравится?

По его ухмылке понимаю, что он и не ждет от меня ответа. Всё итак очевидно обоим. Вот только я не знаю, как справиться с этими чувствами и острыми ощущениями от соприкосновения наших влажных тел.

— Алина, — зовет он, продолжая размазывать влагу у меня между ног, — расслабься, — повторяет тише.

Мне ужасно стыдно за свою нерешительность, но желание почувствовать его в себе гораздо выше страхов. И я пытаюсь выполнить эту просьбу, успокаиваясь и расслабляясь.

Невероятно горячий и большой орган прижимается к входу в мое влагалище.

Боже… Боже… Меня снова переполняет парализующий страх.

Дергаюсь инстинктивно, чтобы избежать проникновения, но Макс не позволяет мне сдвинуться. Сжимая мои бедра, он толкается внутрь и заполняет меня.

Это происходит не резко. Я даже не чувствую боли, которой так боялась. Ощущения, что испытываю в этот момент стирают все представления о половом акте. Это так возбуждающе, так страстно и так приятно.

Но когда он совершает еще один толчок, мое тело пронзает вспышкой резкой боли.

Меня будто стирает с лица Земли. Выносит за грани этой спальни. Разрывает на части.

Вскрикнув, сжимаюсь и упираюсь ладонями в его плечи. Часто и судорожно дышу. Утопая в боли, не сразу понимаю, что он не двигается.

— Сейчас пройдет, — шепчет и целует мое лицо. — Не сжимайся.

Его сердце так сильно бьется, также как и мое собственное. Дыхание Макса обжигает не только кожу, но и все внутренности.

Немного расслабляюсь, когда боль действительно отступает, оставляя вместо себя лишь ноющее чувство. Удовольствие, что она ненадолго приглушила, вновь захватывает меня. Схожу с ума от этих ощущений.

Макс распознает это как призыв к действию и начинает медленно двигаться.

Боже… Я оказываюсь к такому совершенно не готовой…

Он слишком большой. Заполняет всю меня. Создает слишком сильное трение. Каждый его толчок вызывает слишком острые ощущения.

Чувствую, как каждая точка внутри меня пульсирует, готовая в любой момент взорваться. И меня это ужасает… Ужасает удовольствием.

— В тебе так горячо, — сипит Макс и целует меня.

Я не знаю, что нужно ответить. Да и должна ли…

Он двигается… Двигается… Двигается…

Снова целует мои губы, скользит по шее. Ласкает языком, руками. Трогает меня, крепко сжимает и нежно гладит.

Я горю словно в огне. Бьюсь в лихорадке, ощущая его движения. Стону и пугаюсь этих звуков. Но не могу их сдерживать. Выдаю их все чаще и протяженнее. Пылаю еще жарче.

— Ма-а-акс… — вскрикиваю особенно громко.

Снова стону и вся сжимаюсь, цепляясь за его плечи ногтями. Макс мучительно стонет, но с ритма не сбивается. Кажется даже, что твердеет и увеличивается в размерах.

Меня это пугает, но вместе с тем чувствую, как усиливается мое наслаждение. Боже… я не могу его контролировать. Достигая предела, начинаю бесконтрольно содрогаться.

— Макс… — шепчу, прежде чем происходит взрыв, оглушающий меня и застилающий разум.

53

Не так я себе представляла это утро…

Алина

— Алин… — слышу бесцветный голос Макса и снова проваливаюсь в сон. — Просыпайся, Алин, — касается ладонью моего плеча.

С трудом открываю глаза, моргаю, пытаясь сориентироваться в пространстве.

— Макс… — шепчу едва слышно, не в силах оторвать голову от подушки. Кажется, будто я и не спала вовсе. — Сколько сейчас времени?

Он сидит рядом со мной на краю кровати, хмурится и напряженно сжимает челюсти. Улавливаю запах табака в комнате и хочу ощутить его на губах. Чтобы он поцеловал…

— Начало шестого, — отвечает глухо. — Вставай, Алин. Нам нужно уезжать домой.

Начало шестого… Мы легли спать лишь пару часов назад, и уже нужно уезжать.

Только сейчас обращаю внимание на то, что он полностью одет, хотя засыпали мы без одежды. Выглядит каким-то серьезным, но я не могу не заметить обеспокоенности в его глазах.

— Что-то случилось? — сажусь в постели, придерживая одеяло на обнаженной груди.

Макс опускает глаза к моим плечам, скользит взглядом ниже по телу и, отвернувшись, резко поднимается с кровати.

— Одевайся, я подожду тебя на улице.

Вздрагиваю от звука захлопнувшейся двери и замираю в оцепенении. Съеживаюсь, словно от холода, но ощущаю его лишь внутри…

Быстро поднимаюсь на ноги, нахожу свою одежду и спешно одеваюсь, стараясь не думать о плохом. Захватив сумку, выхожу к Максу и останавливаюсь в паре шагов от него.

Обернувшись и увидев меня, он прощается с кем-то по телефону и отбрасывает окурок, прежде чем подойти ко мне ближе.

— Все в порядке? Ты…

Макс резко обхватывает меня за талию, притягивает к себе вплотную и впивается в мои губы, не позволяя договорить. Целует грубо, страстно, настойчиво и… как-то отчаянно…

Лишь пару секунд не проявляю каких-либо реакций. А затем отвечаю на требовательный поцелуй с такой же нетерпеливостью.

Только сейчас позволяю себе признать тот факт, как испугалась, когда проснулась и увидела его таким. Холодным и отстраненным…

Цепляюсь за его шею руками, жмусь к нему крепче и задыхаюсь от нахлынувших чувств. Нежности и облегчения…

Но не успеваю я насладиться этими ощущениями, как он разрывает поцелуй и отшатывается от меня.

— Поехали, — хрипит глухо. Повернувшись к мотоциклу, снимает с него шлем и надевает его на меня. — Отвезу тебя в общагу, — припечатывает, когда прячет глаза за своим шлемом.

И я снова ощущаю колючий холод, что спускается по позвонку…

Беру эмоции под контроль и сажусь на байк сзади него, прижимаясь к напряженной спине. Как же хорошо, что мое лицо скрыто от его взора. Чувствую, как увлажняются глаза, и стараюсь глубоко дышать, чтобы успокоиться. Еще не хватало расплакаться…

Всю дорогу до общежития в моей голове ураганом крутятся множество вопросов.

Почему мы едем не к нему? О чем он сейчас думает? Что могло измениться за одну ночь? И почему он словно закрывается от меня?..

Столько вопросов, но я слишком взволнованна, чтобы задать ему хоть один…

Когда останавливаемся на парковке, спешно слезаю с байка и снимаю свой шлем, протягивая его Максу. Он берет его из моих рук, но следом за мной не встает. Лишь поднимает визор на своем шлеме и пристально смотрит на меня.

— Алин… — зовет тихо упавшим голосом, но я все равно еще на что-то надеюсь. — Дойдешь сама? Я спешу.

Стараюсь… правда стараюсь не думать о плохом. Не показывать вида, как расстроена