Звезды любви - Нэн Райан

Он заставил ее губы раскрыться, его язык мгновенно проник внутрь, отыскав язык Дианы. Девушку облило огнем, когда искусный индеец стал проделывать с ее ртом нечто невероятное и возбуждающее…

Он опустился на колени, принудив Диану опуститься вместе с ним. Потом поднял ногу и, крепко встав ступней на пол, опрокинул Диану спиной на свое согнутое колено…

Его испытующий поцелуй продолжался, и Диану пронзило чувство, подобного которому она до сих пор не знала.

Ее голова сама собой запрокинулась, тело выгнулось дугой, а глаза полузакрылись в бесстыдном наслаждении…

Глава 27

Диана ослабела и задыхалась, когда опаляющие губы Хранителя Звезд наконец оторвались от нее. Голова бессильно лежала на руке индейца. Она открыла глаза.

В течение долгой напряженной минуты Хранитель Звезд смотрел на Диану в упор, и ее снова поразила та странная смесь обещаемого наслаждения и скрытой угрозы, которую воплощал в себе этот человек.

Диана мягко вздохнула, когда Хранитель Звезд опять поцеловал ее. Но это был совсем другой поцелуй, не похожий на первоначальную насильственную ласку. Его губы стали мягкими и теплыми, они нежно скользили по губам Дианы до тех пор, пока девушка не напряглась всем телом, желая, чтобы его властный язык вторгся в нее…

И, словно прочитав ее мысли, Хранитель Звезд крепче прижался к ней губами, и этот поцелуй был чем-то средним между дразнящим призывом и полным обладанием.

В нем таилась захватывающая сладость. И Диана едва осознавала, что, пока губы Хранителя Звезд прижимались к ее губам, его руки мягко и ловко сняли с нее блузку.

Чарующий поцелуй продолжался. Его рот сливался с ее ртом, рука нежно легла на щеку, поглаживая запрокинутое лицо девушки. Диана почувствовала тяжелый холод браслета на пояснице…

Она радостно вздохнула, когда ее обнаженная, набухшая грудь коснулась его широкой крепкой груди. Ее напрягшиеся соски превратились в твердые чувствительные точки и, казалось, сами искали соприкосновения, наслаждались минутой…

— Чудовище, Чудовище… — возбужденно шептала она, обнимая его. — Держи меня… держи меня крепче…

— Да, Красавица, — откликнулся он все тем же ровным, невозмутимым тоном. — Я буду тебя держать. Так долго, как тебе захочется.

И это было прекрасно.

Прекрасным было ощущение гладкой маслянистой кожи Хранителя Звезд, ощущение твердых мышц его груди, прижимавшихся к ее горящим грудям… И еще прекраснее был новый поцелуй, с едва сдерживаемым голодным жаром… это был тревожащий поцелуй, который должен был вызвать в Диане такую же страсть, какую она вызвала в Хранителе Звезд…

Диана едва понимала, что оба они обнажены до талии. Нежные, отзывчивые губы Дианы, впивавшиеся в его рот, так возбудили Хранителя Звезд, что он испытывал искушение овладеть ею прямо сейчас, вот так, стоя на коленях перед костром… Каким это было бы сладостным облегчением — не ждать больше, алчно взять то, чего он желал, не думая и не беспокоясь о ее наслаждении… а потом отослать ее прочь.

Но Хранитель Звезд не сделал этого.

Он лишь стал целовать ее еще крепче, лаская шелковистую спину, гладя ее медленно и нежно, прижимая ее к себе, касаясь ее именно так, как, он знал, нравилось ей больше всего. И терпеливо выжидал своего часа.

И даже если прекрасная белая женщина по глупости предполагала, что будет быстро и грубо взята нецивилизованным дикарем, и ее бы это взволновало и вполне удовлетворило, Хранитель Звезд лучше знал, что делать. Она не получит истинного наслаждения, если он возьмет ее сейчас. Она еще не готова. Он подождет.

Губы Хранителя Звезд осторожно скользнули по лихорадочно горящей щеке, прихватили изящную мочку, скользнули по лебединой шее, задели выступ ключицы.

Он запечатлел теплый, влажный поцелуй у основания горла девушки. Одна коса упала на грудь Дианы, и белый кожаный шнурок, которым она была завязана, коснулся напряженного соска девушки.

Голова Дианы запрокинулась, пылающие страстью глаза закрылись, и она коротко, прерывисто вздохнула. И уронила руки вдоль тела.

Губы Хранителя Звезд оставили ее шею. Он поднял темную голову. Диана открыла глаза. И посмотрела на него. Он не отводил от нее взгляда, садясь на корточки и медленно проводя ладонями по ее бокам. Он крепко сжал девушку, стоявшую перед ним на коленях. Потом взгляд его черных глаз неторопливо перешел на бледную обнаженную грудь. Диана почувствовала, как ее и без того напряженные соски откликнулись на огонь, горевший в его глазах. Она ждала, сдерживая дыхание. Каждый нерв ее пробужденного к страсти тела дрожал как натянутая струна. Пожалуйста, молча молила она, о, пожалуйста…

Пока глаза Хранителя Звезд ласкали грудь Дианы, его руки крепко держали ее, а руки у него были очень чувствительными. Он ощущал ладонями влагу, выступившую под мышками девушки от нараставшего чувственного возбуждения, и прикосновение это крайне возбуждало самого Хранителя Звезд… это было особое, уникальное ощущение, непонятное женщинам. Только мужчина может взволноваться от этого. Прикосновение к влажной нежности ее подмышек рождало в Хранителе Звезд сладостное предвкушение, и его мужское естество болезненно напряглось в тесных белых штанах.

— Красавица, сладкая Красавица, — пробормотал он, привлекая ее к себе и сам наклоняясь навстречу.

Он нежно прижался губами к ее левой груди, и Диана задохнулась и тихо вскрикнула, потому что горячий открытый рот Хранителя Звезд накрыл ее трепещущий сосок…

— Боже… о Боже… — в беспамятстве шептала она, а руки ее тем временем гладили темноволосую голову индейца…

Бледные пальцы Дианы легли на затылок Хранителя Звезд, другая ее рука крепко вцепилась в перевязанную кожаной лентой черную косу. То открывая, то закрывая глаза в неизъяснимом наслаждении, Диана решила, что то, что Хранитель Звезд делает с ней сейчас, в эту самую минуту, — это все, чего она может пожелать. И ни к чему заходить дальше. Это был экстаз. Более сильных ощущений просто не может быть. И если в эту единственную ночь она может прижимать его темноволосую красивую голову к своей груди и ощущать его искусные губы, горячо впивающиеся в нее, ей незачем искать большего.

И пусть это длится и длится…

— Да… да… — шептала она, наклоняясь к нему, прижимаясь лицом к блестящим волосам, целуя их. — Ох Чудовище, как это хорошо… как хорошо… — Она говорила мягким шепотом, прижимаясь губами к иссиня-черным волосам, пахнувшим свежестью. — Мне нравится чувствовать твои зубы… — бормотала она, пока он осторожно, нежно покусывал ее сосок, слегка дергая его острыми зубами.