Ученик своего учителя. Том I. Ветер свободы (СИ) - Зыков Виталий Валерьевич

Так что тесные, обшарпанные и – чего уж скрывать – вонючие паровые дилижансы были единственным транспортом, которым вообще могли пользоваться недобитые «каперы». Ведь о проезде тут всегда можно договориться если уж не с кондуктором, то точно с водителем. Тиль бы, правда, наверняка сюда добавил ещё и дешевизну такого способа перемещения, но спрашивать его мнения Малк не собирался. В их тандеме главным был он. Хотя… Йоррох, деньги им всё же были нужны!

Паромобиль из Небуга их привёз в небольшой городок Пусат, в котором они провели почти сутки. Переночевали в дешёвой ночлежке, позавтракали, посетили баню – у обоих после длительного проживания вдали от благ цивилизации чистота стала чем-то вроде пунктика, – и снова двинули дальше. Теперь уже на другом дилижансе.

И через три дня были в городе Тергостоле, который оказался значительно крупнее и населённее Пусата, из-за чего у Тиля возникла идея задержаться в нём подольше. Мол, людей много, среди них легко затеряться, а значит можно и не изображать трусливых зайцев. Однако Малк был неумолим, и невзирая на возражения Калакара, принял решение ехать дальше.

– Здесь сложно заработать нормальные деньги, – всё же дал он объяснение Тилю, и это стало тем единственным доводом, который мог хоть как-то удовлетворить его спутника.

Если что торговец паровыми двигателями и умел, так это считать деньги. Это явно было частью его натуры – именно его, «старого» Тиля, тут Малк даже не сомневался – и меняться он точно не планировал.

Впрочем у чрезмерной зацикленности Калакара на монетах могло быть и иное объяснение. Возможно он так реагировал на смену обстановки и чересчур резкое возвращение в нормальный мир, а значит пока не привыкнет к изменениям мысли о деньгах будут и дальше оставаться опорой для его пошатнувшейся психики.

Малк понимал это достаточно ясно лишь по той простой причине, что и сам чувствовал сильный дискомфорт от пребывания в цивилизации. Всё казалось ему каким-то непривычным, странным, где-то даже пугающим. То, что раньше было обыденностью, после Яванского пояса, вынужденного заключения на плане императорского некрополя и прорыва через заражённый Запредельем манор стало чуждым и где-то даже пугающим. Вроде ещё несколько дней назад он гонял наперегонки со смертью и мечтал о выживании, а теперь спокойно ходит по улицам арктавийских городов и даже не держится при этом за рукоять своего нового револьвера. Заглядывает в магазины и лавки, что-то покупает, общается с людьми – и всё это спокойно, без надрыва, просто потому, что такое поведение… нормально.

Проклятье, да даже чтение газет, которым он занимался теперь каждый день, казалось ему странным! Хотя вроде чего уж может быть обыденнее…

Словно специально общую копилку непривычного пополнили ещё и царящие в Арктавии порядки. Точнее, те нормы и правила, по которым жила эта часть некогда единой с Бореем страны. Император, благородные Дома и Семейства, простые маги, неодарённые купцы и магнаты, мастеровые и крестьяне – вроде бы знакомый и понятный «набор» общественных ролей. От государства к государству что-то конечно меняется, но суть везде одна – миром правят чародеи.

И в принципе это правильно. Как и законодательно закреплённое неравенство Одарённых. Не должно быть такого, чтобы человек сам по себе мало что из себя представляющий, вёл себя дерзко по отношению к тем, кто способен в одиночку уничтожить взвод бойцов в механизированных доспехах или разметать целую армию. Не должно быть хотя бы потому, что это противоречит природе вещей и отдаёт откровенным безумием.

Да, для тех, кто слаб, подобная несправедливость выглядит разрадающей и унизительной… Но разве это не причина самому стать сильнее? Развить дар, достичь высот доступной неодарённому карьеры – проклятье, да в Борее при всех его недостатках полно такого рода возможностей. Малк тому примером. Конфликтов со старшими магами, разумеется, всё равно надо избегать, особенно если находишься не в метрополии и тебя не защищает тень всей карательной машины государства, но хотя бы из-за гнева тех, кто стоит ниже ранга Бакалавра, можно уж точно не беспокоиться. Всё же младшие маги столь же уязвимы перед законом, как и неодарённые.

Однако в Арктавии с их балансом прав и обязанностей как-то совсем уж перегнули палку. За примером даже ходить далеко не надо. В Тергостоле в двух шагах от центра города Малк с Тилем собственными глазами видели как Ученик – очевидно не избалованный дворянин и не высокомерный студент могущественной Школы – сначала пнул заступившего ему дорогу бродягу в бок, а когда тот выкрикнул что-то неуважительное в порыве пьяного гнева, тут же залепил ему в висок Каменной Иглой. Так, чтобы намертво с первого удара!

Ну а когда тело убитого перестало биться в судорогах на мостовой, просто свистнул городового, сунул ему в карман одну драхму за беспокойство и… просто ушёл как ни в чём ни бывало. Да, это был бродяга и какого-нибудь купца Ученик бы точно не тронул, но… но Йоррох побери, это же дикость какая-то!!!

Видимо Малк пробормотал тогда эту фразу вслух, потому как как парень у которого он в тот момент покупал газету вдруг выдал:

– Так он же чужак….

Сказал и посмотрел так, словно это что-то объясняло.

– Кто? – нахмурился Малк.

– Ну пьяница этот чужак, – принялся объяснять торговец, – у нас на улице все его знают. Приехал в страну с купцами из Содружества Ганзур, да только что-то с ними рассорился и у нас остался. Пытался здесь прижиться, но инородцев и особенно никчёмных Адептов у нас не любят…

– Так он ещё и Адепт, – пробормотал Малк.

– Ага, – усмехнулся парень, видимо ничуть не устрашённый произошедшим у него на глазах убийством. – А вы, получается тоже не местные?

Спросил он вроде небрежно, но как-то так, что Малк сразу же напрягся. Поначалу хотел выдать что-нибудь вроде: «Как будто по акценту не слышно», однако вместо этого хищно прищурился и спросил:

– А не слишком ли ты много болтаешь?

При этом видимо у его глазах блеснуло что-то такое особенное, из-за чего продавец газет вдруг побледнел, зашептал какие-то извинения, а потом и вовсе со всех ног бросился прочь.

– Донесёт? – деловито поинтересовался Тиль, который хоть и стоял чуть в стороне, однако подробностей состоявшейся у Малка беседы не пропустил.

– Не успеет, – скривился Малк. – Мы раньше уедем.

И они действительно уехали, сделав это настолько быстро, насколько это вообще было возможно… Чтобы через четыре дня оказаться уже в следующей точке их маршрута – в Глокте. В городе с уродливой архитектурой, но удачным расположением на берегу главной водной артерии Арктавии, реки Красной. Уж Девятеро его знают, кто проектировал здешние улочки, создавал фасады домов и продумывал расположение муниципальных служб – а также организовывал их работу, – но сделал он это из рук вон плохо. Потому как Глокта был, наверное, самым отвратительным, самым ужасным и самым непригодным для жизни населённым пунктом, в котором когда-либо приходилось бывать Малку.

Отвратительным здесь было абсолютно всё: улицы, дома, вывески магазинов, дорожные указатели и вечно хамящие люди. Но наиболее мерзким был в Глокте сам воздух. Удивительная смесь из угольной пыли, дыма, всевозможных алхимических ароматов и сточных вод столь тяжёлой и густой пеленой накрывала город, что каждый вздох без кашля и позывов к рвоте становился сродни подвигу.

Мерзкое место, в котором неизвестно как до сих пор существуют люди!

Тем не менее, Малк двинул сюда вполне целенаправленно. Озвученные перед Тилем «дела» ни в Небуге, ни в Пусате, ни Тергостоле решить не удалось – хоть он и обежал в них тайком от Тиля все главные торговые улицы, – и потому теперь он делал ставку на индустриально развитый центр. Если уж и здесь не удастся найти то, что требовалось Малку, значит этого нет и во всей Арктавии.

– Ты сейчас как и раньше снова отправишься бродить по городу? – проницательно спросил Калакар, после того как они зашли в приличную на вид таверну и заняли столик.