Спящая планета - Уильям Беркетт

— Они сметут вас огнем, прежде чем вы подойдете достаточно близко, — критически заметил Квирор в наступившей вдруг мрачной тишине.

— Никакого риска, — сказал Сджилла через плечо. — Для них я — землянин. Роботы землян не сжигают землян огнем. Это исключено.

Донован нахмурился. Переодетый агент знал, о чем говорил. Он начинал верить, что Сджилла вывернется и из этой передряги.

Сджилла продолжал свой путь. Роботы перед ним также начали двигаться прямо ему навстречу. Задние роботы приближались с неумолимостью судьбы. Пришелец осторожно поглаживал гранату и ждал. Висстор взял на изготовку свое ружье, держа землян сбоку под прицелом. Сам Квирор наблюдал за начальником Службы безопасности.

— Вы уверены, что это исключено? — выразил сомнение он. — Похоже, они готовы стрелять.

— Уверен, — холодно ответил Сджилла. — Вы не прожили столько среди землян, сколь ко я.

Он чуть поднял вверх свои сдвоенные огнеметы, и Донован увидел, как двинулись его плечи, когда тот сделал глубокий вдох. Сджилла не был настолько уверен, как делал вид, ясно было только одно — он шагает прямо в объятия огненной смерти. Землянин с уважением покачал головой. Подобной храбростью приходится восхищаться, независимо от того, кто ее проявляет и на чьей он стороне.

Сджилла продвинулся еще на несколько шагов. Роботы шагали, наводя оружие, ему на встречу. Донован приготовился отпрянуть в сторону, когда начнется стрельба, однако как можно уклониться, если находишься прямо на линии цели и замкнут между отвесными стенами? Десантник готовился бросить гранату. Донован посмотрел на Ногалеса и Харриса. Их лица отражали то напряжение, которое, как он чувствовал, накапливалось и в нем, подобно тому как усики виноградной лозы пробиваются вверх, неизбежно достигая конечного, устойчивого состояния, и если уж трудно было им, то мало радости это доставляло и их охранникам. Квирор и контрразведчик были в равной степени бесстрастны — лишь их лица выдавали напряжение, — но по виду Висстора было ясно, что он уже готов лезть на стенку. Он чувствовал, как у него от страха живот подвело. При первой же вспышке этот нервный полковник собирается открыть бешеный огонь из своего оружия. А он, Донован, стоял на пути.

— Привет, ребята, кончай играть в героев.

Донован чуть было не подскочил, услышав неожиданный голос. Он увидел вспышку тревоги в глазах Висстора, которая сменилась сомнением, а затем замешательством. На долю секунды его пальцы сомкнулись вокруг приклада автомата, затем разжались. Донован вспотел. Было очень близко, очень близко.

Эти слова застали их всех врасплох. Даже роботы, казалось, сильно удивились. Они прекратили перемещение и остановились как вкопанные. С некоторым опозданием лларанцы и их пленники обернулись и стали осматриваться в поисках источника этого разрядившего напряжение голоса.

В проеме разрушенной двери, через которую они вышли в проход-аллею, как в рамке, стоял землянин — огромный субъект с диким взглядом и темной нечесаной бородой, с ружьем на изготовку в руках.

Десантник, пробормотав проклятие, стал возиться с гранатой и — поник на месте. Разрушительный цилиндр выкатился из его ставших нечувствительными пальцев. Висстор обезумевшим взглядом уставился на него; глаза Квирора широко раскрылись. Ни субъект в проеме двери, ни роботы не сделали ни малейшего движения.

— Просто небольшая дезориентация противника, — раздался голос великана. Он разговаривал на тяжеловесном лларанском языке с сильным акцентом, отвечая на незаданный вопрос. — Солдат увидел во мне и роботах главную опасность. Он ошибся. — Он отнял руку от ствола ружья и сделал ею широкий жест. — Вон там угроза.

Донован проследил взглядом направление его взмаха — вверх. Он услышал непроизвольное, затрудненное дыхание Висстора, похожее на его собственное. Наверху вдоль крыш выстроился в ряд добрый десяток роботов-жандармов с оружием в руках.

Сджилла опустил руки вдоль тела и, обойдя свою группу, прошел назад, чтобы посмотреть на землянина. По его лицу блуждала слабая улыбка.

— Кажется, меня перехитрили.

— Кажется, да, — ответил человек-великан. Он снисходительно рассматривал огнеметы в руках Сджиллы. — Намерены избавиться от этих штуковин? Если их отбросить, ничего им не сделается, а мое самочувствие при этом заметно улучшится.

— Сначала вопрос, можно?

— Идет, — согласился землянин, несколько колеблясь.

— Могут ли вон те роботы стрелять, не убивая ваших парней, вот этих? Будут ли они стрелять в меня — по виду землянина?

— Здесь два вопроса, — сказал землянин. — Но я отвечу на оба. Нет, они не могут стрелять, не поразив землян, и они не убили бы вас, раз вы кажетесь землянином.

— Значит, в таком случае… — начал Сджилла.

— Но в этой трогательной картинке есть одна неувязочка, — прозвучал новый голос.

Донован оглянулся назад, на крыши.

— Риерсон, — прошипел Сджилла. — Я полагал, что ты убит у лагеря.

— Очень жаль, что разочаровал вас, — с из девкой поклонился старый охотник. — Так вот, о неувязочке: у этих роботов не боевое оружие, а парализаторы. Парализаторы. Одно движение, и они станут стрелять. После этого мы сможем отделить друзей от врагов, а врагов — от их оружия, на досуге, не спеша.

Сджилла склонил голову к человеку в дверном проеме.

— Ваша идея?

— Да.

— Очень умно. Примите мои комплименты.

— Благодарю, — ответ прозвучал сухо.

— Полагаю, вы и есть тот самый неуловимый Джеймс Риерсон?

— Да, это я, — подтвердил землянин.

— В этом случае…

Сджилла не договорил. Он бросился в сторону, распластался по стене, выставив перед собой огнеметы и поводя ими круговым, смертельно угрожающим движением. Воодушевленные этим, Квирор и Висстор направили свое оружие на роботов наверху. Маневр был эффектным, он привел бы в восторг зрителей из плоти и крови своей полной неожиданностью и, возможно, вырвал бы победу на самом краю поражения. Но рефлексы и скорость роботов сделали бесполезным все его великолепие. Парализаторы заработали в тот же момент, как только Сджилла метнулся к стене. Роботы, находившиеся над ним, не сделали ни одного движения, чтобы наклониться и выстрелить вниз; они предоставили это своим собратьям, которые стояли поперек аллеи, а сами методично поливали из своих автоматов те пять фигур в центре аллеи.

Только мгновение Донован наблюдал, как шеф контрразведки стоит у стены, и вот он уже медленно сползал на мостовую, до последнего сопротивляясь действию парализаторов. Потом огонь с крыши достал и Донована, и он также погрузился, кружась как в водовороте, в беспамятство.