Облака среди звезд - Виктория Клейтон

Я почувствовала, что мне все же удалось его задеть.

— Понимаете, в чем проблема: до многих ли людей вам самому есть дело? — спросила я. — Речь, конечно, не обо всех ваших знакомых.

— Да, мне до многих есть дело, — обиженно отозвался он. — Даже если у Аннабель вскочит прыщ на носу, мне будет ее жаль. Мне было много дела до Кейт, пока она не послала меня ко всем чертям. — Он задумался на минуту. — Ах да, забыл!.. В школе я был влюблен в одну преподавательницу, ее звали мисс Проссер, у нее были очень густые темные волосы, она напоминала мне мою любимую собаку.

Я рассмеялась, поскольку разговор постепенно переходил от душераздирающей тональности к более спокойной.

— Простите, я не хотел быть дерзким… — Он вдруг замолчал и добавил уже совершенно серьезно: — Простите меня, Хэрриет, я иногда бываю слишком развязным. И сам не знаю, что на меня находит. Потом себя ненавижу, вы правы, я всегда злюсь, когда кто-то хочет мне помочь. Простите и дайте мне еще один шанс.

В его лице появилось что-то совсем беззащитное, он казался в эту минуту очень смешным, со своей длинной бородой и толстым носом, нисколько не заносчивым и не грубым, а напротив — добродушным.

— Хорошо, давайте все забудем. С этой минуты… будто ничего не было. — Я улыбнулась: — Пойдемте же в дом, очень холодно.

— Скажите, это правда, — продолжал он, открывая калитку, — что в лондонских школах английский знают лучше, чем в провинциальных? Разве у меня есть какой-нибудь акцент?

Я не ответила ему, поскольку онемела от неожиданности, увидав у входа в дом Макса, — он стоял на ступеньках в темно-синем плаще.

— Не робейте, — сказал мне Джонно. — Вы смело можете доверить мне тайну вашего девичьего сердца. Сколько бы я ни выпил, ничего никому не скажу. — Но тут он сам увидал Макса. — О, кого я вижу, великий актер, образчик мужской красоты!

— Как вы можете так говорить? Вы же с ним едва знакомы.

— Меня что-то совсем развезло. Но я помню, что вчера какая-то провинциальная девица прибежала к нам, чтобы попросить у него автограф. Он был неотразим, как Роберт Ретфорд. Но я, кстати, тоже полезен, хотя и клоун.

— Это вы? — окликнул нас Макс. — Вы собирались гулять всего двадцать минут. По-моему, уже час прошел. Я начал беспокоиться. Но, вижу, у вас славная компания. — Он улыбнулся Джонно, но невозможно было понять, что он при этом подумал. — Вам давно пора было вернуться, Хэрриет, смотрите, вы совсем замерзли.

— Я заблудилась, — оправдалась я, встав между двумя мужчинами и не зная, как повести себя, чтобы никого не обидеть. Макс взял меня за руку и тихонько пожал ее.

— Так вот, кто это… — почти шепотом сказал мне Джонно. — С вами все ясно, мисс Совершенство. Мне следовало бы догадаться. Я предупрежу остальных, чтобы не тратили время понапрасну и не докучали вам.

Джонно отошел от нас и свернул куда-то за угол дома, исчезнув в тени деревьев.

Мы поднялись по лестнице и остановились перед дверью, ярко освещенной фонарем, висевшим под крышей. В окне столовой мелькнула тень Мэгги — она, должно быть, торопилась накрывать стол к ужину.

— Неужели достаточно того, чтобы вы нравились другому человеку, и тогда он сможет вызвать у вас ответные чувства? — спросил Макс, когда мы вошли в прихожую. Он вдруг взял меня за плечи и заглянул мне прямо в лицо. Но, к счастью, там было так темно, что нам было нелегко рассмотреть друг друга. — Хэрриет, ответьте мне.

Но я ничего не сказала ему. Тогда он взял мою голову в руки и поцеловал меня. Я ответила ему поцелуем из вежливости, чтобы сгладить неловкость ситуации. Сложно было определить, приятен мне его поступок или нет.

Вырвавшись, я побежала к лестнице, но, взявшись за перила, повернулась к нему и сказала:

— Вы это неудачно придумали.

— Вам не следовало искушать меня, если вы не хотели, чтобы я вас поцеловал.

Макс подошел и снова положил руки мне на плечи. Я опустила голову, понимая, что с трудом справляюсь с волнением. Он взял меня за подбородок довольно настойчиво и заставил посмотреть на него.

— Хэрриет, — произнес он, — что бы я ни делал, где бы ни был, каждый день думаю о вас. Даже ночью, особенно ночью. Когда вы находитесь рядом, я не могу от вас глаз отвести. Я никогда и ни к кому не испытывал таких чувств.

В это мгновение наверху распахнулась дверь, и на лестницу вышел Руперт. Макс мгновенно опустил руки и отступил от меня.

— Что вы за шумная пара! — крикнул нам Руперт. — Мисс Типпл уже спрашивала всех, не вызывать ли полицию, а то ей кажется, что кого-то насилуют. Мэгги пришлось поить ее бренди, чтобы успокоить.

— Что это значит? — в недоумении спросила я.

— А то, что вы нажали на дверной звонок и держали его минут десять.

Глава 23

«Сочельник.

Дорогая Мария-Альба!

Большое спасибо за твое письмо, которое благополучно дошло до нас, хотя почтальону пришлось проделать весь путь из деревни пешком. Ночью опять выпал снег, и его фургон застрял. Корделии гораздо лучше; будь уверена, она питается так хорошо, как только возможно. Стряпня Мэгги почти так же хороша, как и твоя, разве что более английская. Кажется, я писала в предыдущем письме, что мы ели в первый вечер в Пай-холл, и я могу сказать, что хуже с тех пор не стало. В таких условиях мы все скоро станем ужасно толстыми. Мэгги так расстраивается, когда кто-то недоедает! В ней так много материнских чувств, очень жаль, что у нее нет своих детей. Но Аннабель и Джонно вполне ее признали.

Так вот, вчера вечером у нас был суп-карри, а затем жареная утка с чудесным соусом. Я немножко расспросила Мэгги, из чего он приготовлен, поэтому могу рассказать тебе. Для него нужен лук-шалот, красное вино, апельсиновый сок, желе из смородины и еще что-то, что называется «полуглазурь». К утке подавали жареную картошку, морковь, лук-порей и цитрусовый салаг. Потом были сливы, запеченные с розмарином, удивительно вкусные, а затем сыр. А на десерт — свежие и засахаренные фрукты и орехи. Мэгги и миссис Уэйл прекрасно справляются со своими обязанностями, но я всегда думаю о том, как тяжело им приходится, пока все остальные сидят сложа руки. Правда, когда Фредди предложила помочь убрать тарелки, сэра Освальда чуть не хватил удар. Поэтому мы предпочитаем не лезть. Позавчера на ланч мы ели яйца в сметанном