"Фантастика 2024 - 156". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Белаш Александр Маркович

Блок 7

Как родился Буш-2? как вообще являются на свет кошмары инженерной мысли? Вы полагаете, у техночудищ нет ни отца, ни матери? Знайте: их папа – так называемый Прогресс, а мама – всем известная Алчность.

На Хэйре керилен встречался всюду – понемногу в грунте и воде, побольше в торфе, донных отложениях, осадочных породах, но больше всего – в биосфере, что накапливала керилен как неотъемлемую часть комплексных соединений, позволяющих животным усваивать кислород, а растениям – энергию двух солнц. В каждом хэйранце, в любом животном было около 0,01% керилена. Будь его в живности хотя бы процент, чад мясного всесожжения затмил бы небо Хэйры, а боги задохнулись бы в дыму…

Наиболее прибыльным биндэйю сочли получение керилена из золы. Древесная биомасса привлекла их своим изобилием и тем, что не убегала и не сопротивлялась, хотя керилена в древесине было втрое, а в листве – в полтора раза меньше, чем в мясе, и перевозить спиленные хлысты со всей зеленью даже дирижаблем казалось накладно. Решение пришло в виде самоходных лесосжигателей. Печь на гусеницах пожирала лес ненасытной пастью, заглатывая всё живое; когда зольные бункера наполнялись, над кочующим страшилищем повисала серебряная сигара и засасывала добычу широкой гибкой трубой.

Племена орэ, первыми оказавшиеся на пути сжигателей, сочли появление машин смерти атакой из преисподней (трудно иначе воспринять шествие Прогресса), а биндэйю, разглядев-таки под гусеницами печей краснокожих малюток, нашли их весьма сообразительными зверюшками – по крайней мере, достаточно понятливыми для того, чтобы выполнять несложные приказы вроде «убей!». Часть орэ они прикормили и вооружили – это было второе серьёзное решение в проблеме освоения Хэйры. Союзы старателей занимались вербовкой туземцев врозь, натравливая их на конкурентов. Со своей стороны аборигены, прилежно изучив стрелковое оружие, выяснили, что адские пришельцы весьма уязвимы, а полезных товаров на их складах и в караванных фурах – ой как много!.. Кончилось это тем, что в Джифаре биндэйю с неприятным изумлением встретили армию из своих синих наёмников и красных камикадзе, имевшую нехилую ПВО и свой космодром.

И третье гениальное решение, осенившее биндэйю, было наиболее чревато будущими гадостями – они заставили хэйранцев работать на должностях младшего технического персонала. И ладно бы на одной Хэйре…

Дэга и Унта – Далёкая и Близкая, голубая и алая звёзды, жгуче сияющее солнце и великий багровый шар – дали свои имена орбитальным поясам. Куда тебя везут? на Дэгу? значит, на спутники ЛаБинды, где огромные заводы, верфи. На Унту? три луны Унты, вращающиеся вокруг Хэйры – перевалочные базы, рынок, заповедник жулья и контрабандистов. Едва грянул вердикт высших миров – «Превратить колонию в протекторат с широкой автономией!» – как биндэйю обнаружили, насколько их мало на Унте. И пурпурные племенные царицы, окружённые батальонами мужей-солдат, устремились на директорские, губернаторские и прочие высшие должности. Пусть инженер-биндэйю составляет чертежи и сметы; на подпись он пойдёт на четвереньках, держа бумаги в зубах, а захочет царица-директриса, умащающая божков жабьим салом и цветочным соком – он и ногу поцелует ей, собака синяя.

Остановились в джунглях брошенные печи – лес атаковал их и похоронил в своих объятиях. Последние, ввезённые на Хэйру, так и застряли на задворках Гезы.

Их строили, всячески экономя. Газотурбинные двигатели и передаточные механизмы, ёмкости и батареи, гравиторы – с пояса Дэги. Каркас и корпус изготовляли в Гезе, прессуя под давлением древесину с пропиткой из глин и композитных смол – получался лёгкий, негорючий, прочный материал. Всё это надо было окупить, сбросить с баланса госконсорциума по добыче керилена. И явился спаситель – Уго Черубини, подмигнул, и опустилась лапища его под весом взятки. И возрадовались биндэйю! Ибо добрый Уго лоббировал их в ГенКоме УППМ, возложив бремя закупки Буш-2 на альтийскую казну. То-то было веселье, то-то пустились вприсядку синие чиновники! Имеющий ухо да услышит: все администраторы в Галактике – одна гон-компания, сколько бы хромосом ни вилось в ядрах их клеток. А имеющий второе ухо да вытряхнет услышанное прочь и да воспоёт осанну и аллилуйю, да восхвалит государственный ум и неподкупность, а заодно и презумпцию порядочности чиновников, суть которой: «Не пойман – не вор». Аминь!

Буш-2 снаряжается в путь! Завтра отправление! Префект разобьёт о его носовой сегмент традиционную бутылку шампанского. Разрежут шёлковую ленточку и всё такое. Вы видели, какая это махина? Его трубы выше города! Его пасть… сходите, загляните. Пасть снабжена габаритными огнями, чтобы в неё случаем не залетел флаер. Экскурсия по Буш-2 стоит семь Е; позавчера там кто-то заблудился, так его искали до конца сиесты. Вид сверху – о-бал-деть! Он с двадцатиэтажный дом. На кормовом сегменте – посадочная площадка для флаеров или большегрузных ротопланов, выдвижная причальная мачта для дирижабля. Охотничьи кооперативы уже заарендовали места на крыше под базирование – да, Буш-2 станет авианосцем для зверобоев.

27 флореаля, 39.20. Жарища адова, в раскалённом небе ни облачка; солнце лениво перевалило полуденную черту и начало сползать к закату, заливая зеркально-белый город и его протухшие окраины своим пыточным огнём. Пространство вокруг Буш-2 расчищено бульдозерами, разглажено катками и уже растрескалось, как глиняный такыр. Шарики, хлопушки и флажки, пирожки, ледяное пиво, лока чистая, лока «лёгкая розовая», лока «дамская ванильная», лока «крем-брюле», макетики Буш-2 – всё на лотках. Полупьяная толпа в намордниках с глот-патронами, в белых шляпах, протекала между торговцами и сминалась у трибуны. Конечно, обмороки, тепловые удары – чего ж вы хотите, послезавтра лето, термидор! Санитары обшаривали потерявшего сознание в поисках страхового полиса.

Трибуну начальства покрывал тент с гравиторной завесой по периметру и внутренней вентиляцией, позволявшей высоким должностным лицам не надевать респираторы.

– Ну где эта отрыжка рода человечьего? – недовольно спросил Черубини. – Я их ждать обязан?..

– Сейчас, господин префект, – секретарь трепетал. – Едут.

– Кто «едут»?!

– Я хотел сказать – везут. Уже близко. Мы постоянно на связи с машиной.

– А ты, дурак, не догадался привезти заранее? Они должны быть здесь! сейчас!

– …Вот. – Руна достала из-под туники обёрнутую плоскую коробку и, воровато оглядевшись, сунула её Форту; тот проворно опустил запретную вещицу в сумку. – Обыскивать вас не будут?

– Чихал я на все обыски.

После выдачи команде Буш-2 рабочих карточек Форт совершенно не тревожился о том, попадут ли они с грузчиком на борт. Однозначно попадут. За них поручились два честных свидетеля – антрепренёр мсье Вирджил и Хутыш, обладатель лицензии на торговлю вторсырьём, по совместительству вожак масонской банды; оба письменно заверили имена и безупречную репутацию Артона Ферро и Джифаренге, которых они лично знают как добросовестных и работящих граждан. Вирджил полагал, что на парней напала блажь честно и тяжело поработать, как иной раз нападает желание упиться локой; Хутыш пошёл свидетельствовать с камнем в сердце, но отказать не мог.

– Скажу, что это игровая приставка, семнадцать тысяч игр в одном картридже, – прибавил Форт. – Думаешь, бинджи понимают в нашей электронике?

– Мало ли. Меры безопасности по высшему разряду. Толпу подряд не обшаришь, но в воротах шлюза стоят уличные сканеры.

Она принесла «агрессор». «Ты хакер, это понадобится. Можешь считать моим вкладом в операцию». – «Френкель знает?» – «О, Бер очень проницателен, но он – не детектор лжи. Разве я обязана докладывать обо всём?»

Все смотрели на трибуну; они тоже. Буш-2 возвышался геометрически правильным голубовато-серым массивом из пяти сочленённых глыбин; колёса угнетали, трубы насмехались над лилипутами, копошащимися у подножия гиганта. Гусеницы готовы были раздавить толпу, как подошва – сборище клопов.