Страна Арманьяк. Книги 1-7 - Александр Вячеславович Башибузук

никто не приучивает к грохоту и вспышкам, поэтому они все разом обезумели и понесли седоков. Ни о какой организованной атаке даже речи не могло идти. Понятное дело, казанцы на лошадях с детства, поэтому справятся, но пока им не до нас. А нам, как раз все на руку.

- Стрелки, не спать!!!

Хлестко рявкнули аркебузы. Выстрелив, аркебузиры отступили перезаряжаться, их место заняли арбалетчики. Плотность огня была невысокой, не то количество стрелков, но каждый выстрел все-равно усиливал неразбериху среди татар. Часть казанцев уже начали группироваться для новой атаки, но большинство все еще пытались справится с лошадями. Эх, сейчас бы их контратаковать в конном строю... Где там, этот чертов тысяцкий Прут, который Козьма? Основной удар пришелся на нас, но русичей тоже пытались связать боем. Хотя и гораздо меньшими силами. Должны уже справиться.

Как бы услышав меня, из-за леска на холме показались первые русские ратники, на таких же низкорослых конях, как и татары. И вообще, они не очень отличались своим внешним видом от наших визави, разве что улюлюкали по-другому.

Исход стычки окончательно решился. Расстроенные ряды татар не смогли ничего противопоставить мощному фланговому удару и были полностью рассеяны. Отряд мурзы Али-Гази перестал существовать. Конечно, части казанцев удалось уйти и со временем они опять организуются, но это будет уже не та угроза.

Ну что, бастард Арманьяк, можешь записать себе в актив еще одну победу. Задумка удалась не в полной мере, но татарам это не помогло.

После боя началась обычная рутина. Ратники потянулись собирать трофеи, сдавшихся в плен татар вязали, а раненых добивали без особых затей. Преследовать отступавших я запретил, и пригласил командиров подразделений к себе на стопку горячительного, так сказать, отметить победу, а также для того, чтобы заодно принять доклады о потерях и отдать приказ готовиться к маршу на Казань.

Ну приступить не успел, потому что, совершенно неожиданно, заметил, как с близлежащего холма неспешной рысцой в нашем направлении стал спускаться одинокий всадник.

Причем, это был татарин, на очень красивом, белоснежном жеребце, в отблескивающем золотом доспехе и с плюмажем из конского хвоста на верхушке шлема.

юшман (от перс. джавшан) – кольчато-пластинчатый доспех с кольчужными рукавами до локтя и полами до середины бедра. Пластины, вплетенные в кольчужное полотно, доходят почти до шеи. Застегивался спереди как кафтан на застежки, приклепанные к передним пластинам. Производился с XIV до XVII в.

иерихонка — тип средневекового шлема. Состоит из железной или стальной тульи с остроконечным верхом, снабженной элементами для защиты ушей, плоским козырьком, скользящим наносником (узкая железная полоска, защищавшая лицо от поперечных ударов), нередко — пластинчатым назатыльником. Науши и назатыльник крепились к тулье посредством кожаных ремней или реже — цепочек

Вятичи и ратники Прута, как волки ринулись к гостю, еще бы такой трофей сам в руки идет, но я успел остановить их и сам выехал к гостю навстречу.

Даже интересно кто... Парламентер? Так поздно уже, все закончилось, не о чем разговаривать. Да и флажок на пике не белый, а скорее всего, личный вымпел. Впрочем, хватит голову ломать, сейчас все узнаю, поворачивать назад он не собирается, уверенно прет прямо к нам.

Когда казанец подъехал поближе, я рассмотрел его внимательней.

Жеребец великолепный, явно арабских кровей, поджарый как борзая собака, седло и сбруя богатая, украшенная серебряными бляшками, доспех – под стать, юшман украшенный золотой насечкой и усиленный зерцалами, шлем – иерихонка, восточного образца, с поднятой личиной в виде человеческого лица – то есть, татарин явно не простолюдин. Не молод, но еще полон сил. Сам ростом не велик, но крепок статью. Лицо властное, человека, привыкшего повелевать, нос горбатый, борода короткая, ухоженная, на скуле, прямо под левым глазом, хорошо заметный шрам.... Сам мурза Али-Гази? Да нет, вряд ли. Тот уже совсем старик, а этому не больше сорока пяти. Видно, что и в бою успел поучаствовать, на доспехе несколько свежих царапин от стрел или болтов.

Тем временем татарин остановился, не доезжая до нас десятка шагов и что-то выкрикнул на татарском языке.

Вятский старшина Вавула Кныш, едва сдерживая смех, перевел:

- Это мурза Абдалла... Вроде как ближник самого хана Ильхама. На бой тебя, княже, вызывает. Так и сказал, вызываю вашего набольшего, князя Ивана, хозяина Двинской земли...

Несколько русских ратников, видимо понимающих татарский язык, откровенно расхохотались. Через мгновение уже ржали все, кроме моих ближников.

Мурза зло набычился и на ломаном, но вполне понятном русском языке, обратился уже прямо ко мне.

- Я мурза Абдалла, сын Алибека, вызываю тебя, князь Двинский, на бой!

Уже все русичи взорвались хохотом. Я утихомирил их взглядом и поинтересовался у татарина:

- Откуда знаешь меня, мурза?

- Я многое знаю, князь... – отрезал Абдалла.

- С чего ты решил, что я должен биться с тобой, мурза, а не приказать просто тебя взять и привести в Москву на привязи, как барана?

- Ты можешь напустить на меня своих нукеров! – запальчиво выкрикнул татарин. – Но это будет поступок трусливого шакала, а не честного воина! И тогда все узнают, что князь побоялся скрестить сабли со стариком. А взять себя живым, я не дам, так и знай... – он выхватил кривой кинжал и приставил его себе к горлу.

Я задумался. Если судить по современным меркам, такой поступок мурзы попахивает дикой наивностью, граничащей с полным идиотизмом. Но со средневековой точки зрения, все выглядит достаточно пристойно. В наше время, честь, благородство и мужество, удивительным образом, благополучно соседствуют с жестокостью, скотством и коварством. Человек потерял лицо и решил, что самое время его вернуть или умереть с честью, по возможности забрав с собой врага. Я, за свою попаданческую эпопею, уже не раз встречался с подобным. Правда, мурза очень рискует, мое решение взять его в плен, тоже вполне укладывается в рамки средневековой этики. Ответ стандартный: моя честь принадлежит государю, добро пожаловать в цепи. Либо, как вариант: родом не вышел