Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

Последние гномы продержались намного дольше, чем любой из северян мог предвидеть, и большинство из бежавших первыми варваров были срублены точными ударами в пах и по коленям, ударами, которые рассекали равно кожу и кости, нанося людям серьёзные и просто смертельные раны. Остальных они также вырезали с лёгкостью. Люди были полубезумны и глупы, что делало их лёгкой добычей. Многие умерли прямо там, где упали, и Валькии с Ботхваром очень быстро пришлось перешагивать растущие груды своих мёртвых последователей.

Скалди боролся с упорством, черпая силу из боевых кличей воинов, что окружали его. Древняя реликвия, которой он обладал, давала ему силу за гранью обычного, и он обратил свою стальную волю на битву. Множество людей, что вставали на его пути, нашли смерть от молота короля.

Ботхвар и Валькия прорезали свой собственный путь сквозь ряды гномов, которые бились отчаянно, но в итоге умирали под жестокой и беспощадной волной врагов.

Скалди забылся в своей ярости, его молот поднимался и опускался, и он был слишком сосредоточен на битве, чтобы понять, что остался последним гномом, что всё ещё стоял на ногах. Он начал смутно догадываться об этом лишь тогда, когда варвары начали избегать его атак, пятясь от него и открывая проход для демонической принцессы Кхорна, которая шла к нему со светящимися от ненасытного голода глазами,

Король гномов взмахнул молотом и обрушил его на щит. Лик Лоцефакса с вожделением посмотрел на него, смеясь и дразня. В ярости Скалди, казалось целую вечность обрушивал сокрушительные удары на лик демона, вновь и вновь. Кроме нескольких синяков, что практически мгновенно обесцветились и рассосались, он, казалось, не достиг больше ничего.

В конце концов, один из наиболее сильных ударов пробил оборону Валькии, и молот с оглушительным лязгом врезался в нагрудную пластину её брони. Это не дало никакого эффекта, но отдача встряхнула руку короля, и Скалди выпустил молот. Валькия подняла длинную изящную ногу и пнула его в грудь. Он пошатнулся, но не упал. Она повторила свой удар и, с её силой и раздвоенными копытами, королю показалось, что его лягнул злобный боевой конь. Сравнение было смешно, и даже когда Скалди наконец упал у подножия своего трона, то не мог понять, почему он вообще подумал об этом.

Он оторвал голову от каменных ступеней и расплывающимся взором увидел, как женщина-демон приблизилась к нему. Она наклонилась, так чтобы её лицо оказалось на одном уровне с его. Её дыхание было тёплым и вызывало воспоминания о бесчисленных прошлых сражениях. Медный запах крови, новой и старой, заполнил всё пространство вокруг неё, и перед самой смертью Скалди чуть было не вывернуло наизнанку. Одна рука поднялась, словно он хотел нежно прикоснуться к лицу демонессы. Так близко к чистой боевой славе…Одно прикосновение, и он сможет пройти по пути полному славы, равной которой он никогда не знал.

Валькия несла безмолвное предложение о нескончаемой жизни кровопролития и славы, и это было так заманчиво. Очень заманчиво…

Лица его погибших сыновей промелькнули перед его глазами, и рука короля гномов медленно сжалась в кулак в жесте неповиновения. Что-то вроде разочарования промелькнуло в глазах Валькии, и она отдёрнула голову от гнома. Их взгляды скрестились, и он посмотрел в бездонные глубины её глаз.

Он не почувствовал боли, когда она разорвала его на части. Он понял, что она разрезала плоть на его груди и даже сейчас щёлкала костями его груди, лишь тогда, когда остро ощутил тепло, пробежавшее по его телу. Смерть пришла. Однако он не будет закрывать глаза. Он умрет, бросая свой последний вызов в лицо своему ненавистному врагу.

— Хорошо, — прошептала она. — Я так ненавижу трусость.

Нечеловеческим усилием она разорвала грудную клетку Скалди, а затем погрузила руку внутрь и вырвала его сердце. Подняв скользкий, ещё пульсирующий орган над головой, она издала триумфальный крик. Потом она оторвала кусок от сердца и прожевала его, прежде чем бросить остатки Ботхвару, который тут же погрузил в него лицо.

— Этот оплот теперь твой, мой чемпион. — Она смотрела на него, слегка наклонив голову. Он хорошо сражался и пролил много крови для её возлюбленного супруга. Это подтверждало выбор Ботхвара чемпионом, и, несмотря на её предыдущие насмешки над его слабостями, не было никаких сомнений, что он продолжит проливать кровь и собирать черепа во имя её и общего их божества. — Делай с ним, что хочешь. Но сдержи своё обещание. Каждый труп гнома должен быть раскрыт. Мы оставим Кровавого ворона, как знак нашего прохождения и предупреждение тем, кто осмелится отправиться ещё дальше к северу.

Ботхвар, по-прежнему в тисках боевой ярости, не ответил, лишь кивнул головой, большой кусок сердца короля гномов торчал из его рта. Проглотив его, он поднял руку над головой и взревел в триумфе.

— Кровь Богу Крови!

— ЧЕРЕПА ДЛЯ ТРОНА ЕГО! — незамедлительно пришёл ответ, и варвары принялись за разграбление крепости и выполнение обещания своей королеве. Ещё оставались очаги сопротивления, которые следовало очистить, но они прикончили короля. Скрепляющий всё был мёртв, и после этой победы взятие остального оплота было лишь делом времени.

И в этом хаосе, вкусном, замечательном хаосе, никто не заметил, когда Валькия удовлетворённо кивнула. Её долг здесь был исполнен, и она развернулась и зашагала прочь, оставив за своей спиной финальное осквернение благородных гномов Карак Гулга.

Ник Кайм

Город мертвых самоцветов (не переведено)

Не переведено.

Энди Хоар

Последняя атака

В конце первого тысячелетия после объединения славной Бретоннии, в год людей Империи 1974, прибрежные районы Старого Света и далёких земель за его пределами были разорены падшим отпрыском Наггарота, звероводом по имени Ракарт. Сколько тысяч нашли смерть от его монструозных орд не ведомо и по сей день, ибо слишком немногие из тех, кто видел его вторжение, остались живы, чтобы поведать о нём. Порт за портом, город за городом рушились под когтистыми ступнями гнусных мерзостей, что вёл в битву зверовод. Тех, кого не съели его боевые гидры и чёрные драконы, забрали в рабство и утащили обратно на скованную льдом Холодную Землю, кричать и стонать для услады слуха извращённых созданий. Эпоха разрушения Ракарта увенчалась беспрецедентной атакой на землях Бретоннии, возлюбленной Леди и защищаемой храбрейшими сердцами. Внимайте же рассказу о городе Брионне, возлюбленного герцога Корентина…

Город Брионн тревожно дремал под ночным небом, что кипело призрачным свечением. По ночам, таким как эта, как гласили предупреждения Дочерей Грааля, пустоши далеко на севере от Бретоннии выли от грубой силы запрещённого волшебства. Огни, как говорили они, означали, что убийцы из-за грани, люди и иные, тёмные твари, разбрелись по долам и весям в поисках резни.