Падая за тобой. Книга вторая - Иман Кальби

Подходит ко мне деловито, протягивает руку…

–Какими судьбами? Неравнодушное сердце? Сейчас нам нужна любая помощь…-говорит высокопарно-пиздоболисто, как они умеют, гребанные политиканы…

–Любая помощь, говоришь? Слышь, паренек?!-окликаю стоящего ближе всех ко мне парнишку из числа спасателей,– а принеси-ка нам пару лопат…

Тартыбеков смотрит на меня непонимающе, а когда я протягиваю ему вторую лопату и сам невозмутимо подключаюсь к группе мужчин, которые пытаются прорыть тоннель ко входу в отель, вынужден взять ее и тоже изобразить какую-то деятельность.

–Что, решил снова счастье попытать на любовном фронте?– выдает мудила…

Ооо, да тут все серьезно… Как же я сразу-то и не подумал, что не зря он тут так пыжится героем, не зря Камила вовлечена в проект… Очередной женишок нарисовался. И вдруг по телу ток ярости. А вдруг не нарисовался… Вдруг уже давно рисует… Узоры языком по ее голой спине…Вдруг она с ним… А что, я ведь сам дал ей свободу… А она завидная партия.

–Ты, я смотрю, тоже не прочь?-сохраняю хорошую мину при плохой игре… И тут же отворачиваюсь от этого урода. Мне сейчас на него насрать, даже если завтра у них свадьба будет пышная… Сейчас мне важно найти Лалу, вытащить ее из этого дерьма, отогреть… Убедиться, что она жива-здорова и спасена… Остальное неважно… Я и не собирался снова возвращаться в ее жизнь, не собирался питать ненужными иллюзиями ни себя, ни ее…

С одеждой я, конечно, не рассчитал… И хотя ребята и снабдили меня какими-то своими куртками, ботинками, шапками, холодно было чудовищно, даже мне, привыкшему в десятиградусный мороз ходить почти босиком, в шлепках перебежками до друганов в селухе…

Проблема была в том, что мы были у реки. У водоемов всегда намного холоднее, чем в официальных прогнозах погоды. Смело вычитайте еще три-четыре градуса… Мерзли все, усугубляло ситуацию то, что снегопад не заканчивался. А еще кто-то из умников-экспертов предвидел вторую серию толчков, поэтому сложилось ощущение, что большая часть трудящихся здесь хотела скорее свалить с этого жуткого места… И они реально как-то потихоньку рассасывались. С момента схода лавины прошли уже почти сутки… Меня все это потихоньку начинало вгонять в панику. Я все копал и копал, не обращая внимание на призывы отдохнуть и погреться у кострища. Лишь пил чай, который то и дело раздавали волонтеры из числа местных жителей. Раздражала крутящаяся вокруг пресса. Лучше бы так наши другие службы работали, а то только горазды собирать всякие сплетни- реальным трудом и не пахнет…

Когда, наконец, я уперся лопатой в твердое основание, похожее на стену, даже силы появились. Я уже не чувствовал от холода ни рук, ни ног, но времени на то, чтобы раскисать не было… Она там… И она ждет меня. Я точно знаю… Я должен был ей помочь… Хоть в чем-то хоть раз я же должен был помочь ей, сука…

Позвал остальных, говорю- вроде, добрались… А дальше помню все, как в тумане- прочищаю путь себе через большое окно в пол, залезаю и очень удачно- судьба меня вела к ней… Или сердце… Она лежала, одиноко свернувшись калачиком в неком подобии шатра из стекловолокна. Бедная моя девочка, губы синие, что-то шепчут нечленораздельное, руки крепко сжимает в кулаки, чтобы хоть как-то сохранить тепло… Смотрю на них, а они в маленьких порезах- это потому что утеплитель весь в стеклах. Хотел впитать в себя эту ее боль, забрать себе. Отшвыриваю лопату, которую так и продолжал инстинктивно сжимать, как сжимал последние пять часов работы, падаю к ней на колени, пытаюсь поднять ее быстрее, чтобы отсюда вынести, а руки и вправду меня не слушаются. Двигаю ими- не чувствую ни хрена. Кое-как подхватываю ее той частью, которая хоть что-то чувствует- выше запястий. Прижимаю к себе… А дальше замираю от ее слов сквозь бред… Она меня зовет… Она меня узнала… Как? Как такое вообще возможно? Зачем же ты, Лала, так сердце мое терзаешь… Как же больно, как же невыносимо больно- и морально, и физически…

Шепчу ей на ухо нежности, стараясь согреть дыханием ледяную кожу. Целую в висок, кайфуя от аромата ее волос, насквозь промерзших и все равно таких ароматных для меня, что аж дурманит голову…

Превозмогая боль и усталость выношу ее из окна, передаю по цепочке спасателям. Отдаю- и становится пусто… Так бы и держал ее, не отпускал… Прямо возле сердца… Нужно пойти, посмотреть, кто еще есть в доме… Времени в обрез. Мы в эпицентре завала, как никак, в любой момент может опять накрыть… Не успеваю ничего сделать, потому что накрывает теперь и меня. Какой-то гулкой, щемящей пустотой с болью…

Глава 27

Камила

Я прихожу в себя в больнице, как мне объяснили, республиканской, в столице… Именно туда оперативно на вертолетах вывезли всех пострадавших в результате схода лавины и повторного обрушения здания отеля, уже когда снежные массы давили на строящиеся конструкции и они не выдержали… Какое-то время собираю свои мысли в единое целое, не получается, скорее какой-то калейдоскоп в голове… Я в отеле, ощущаю подземные толчки, словно какое-то движение под ногами, словно на поезде едешь… В детстве такое было у нас, припоминаю. Потом помню странный гул, лавину… Игорь, буквально сожранный стихией… Помню, как растапливала камин, как строила себе укрытие, помню… Так… в голове сразу всплывают последние кадры… Алмаз? Почему Алмаз? Что там мог делать Алмаз… Почему мне казалось, что это он меня спас… Он меня вытащил… Память выдает какую-то странную информацию… Чувствую его запах, чувствую тепло его груди… Его руки меня сжимают, передают кому-то… А дальше… Я резко вскакиваю с койки, вызывая недовольный шик медсестры.

–Вы что, лежите! Организм еще истощен, Вы еще и там угорели ко всему прочему… Дыму-то выходить толком некуда было из камина… Вот он и скапливался внутри пространства, а Вы дышали этим углекислым газом…

–Скажите, – судорожно хватаю и сжимаю руку совершенно мне незнакомой женщины…– там был мужчина… Его зовут Алмаз… Он был среди спасавших? Или мне это только привиделось? Понимаю, звучу странно, но… Вы не могли бы проверить? Вы говорили про повторное обрушение… Мне кажется, он мог пострадать от него… По крайней мере, память моя так выдает…

–Как же, был, конечно. Алмаз Атабеков. Это же местная знаменитость. Все знают его. Да, совершенно верно, он приехал и участвовал в операции по спасению… Сам только пострадал, бедняга… Жаль его…

Господи… Что она такое говорит? Сердце сейчас вырвется