Пороховой погреб Европы - Александр Григорьевич Задохин

политическая ситуация в регионе постоянно выводит на политическую арену экстремистские силы. Периодическое разжигание националистических страстей приводит к тому, что национальное меньшинство не может жить в гармонии с остальным населением, а остальное население не может терпимо относиться к меньшинству.

Конечно, нет государства на Балканах, которое без определенной доли настороженности относилось бы к тем или иным меньшинствам. Но если государство, призванное относиться лояльно ко всем своим гражданам, рассматривает какое-то меньшинство как абсолютное зло, которое должно быть устранено оперативным путем, внутренний конфликт неизбежен. В таких условиях легко могут разгореться радикальные националистические и сепаратистские настроения. Более того, они могут вызвать обострение отношений двух соседних государств или перерасти в международный конфликт, так как меньшинство вполне может ориентироваться в достижении своих целей на помощь соседнего этнически родственного государства, с которым связано религиозными или культурными традициями. Неоднократно проблема национального меньшинства становилась причиной ухудшения международных отношений. Это происходило: между Грецией и Турцией, Албанией и Югославией, Албанией и Грецией, Болгарией и Турцией.

В свою очередь, ухудшение отношений между балканскими государствами отрицательно сказывается на положении национальных меньшинств. Так, для греко-турецких отношений второй половины XX века характерно, что все случаи их обострения непосредственно отражались на жизни греческого меньшинства в Турции. Например, увеличивалось число провокаций и угроз в адрес греческого населения, а также количество вооруженных нападений и убийств представителей этого меньшинства. Так было в 1955, 1964, 1974 годах. Во время греко-турецкого кризиса 1974 года на островах Имброс и Тенедос греческое меньшинство подверглось грабежам и насилию. В это же время в Греции в Западной Фракии можно было увидеть сгоревшие мечети, угрожающие надписи на стенах домов мусульман, представители мусульманских общин также нередко подвергались насилию.

В значительной степени взаимная психологическая нетерпимость создает проблему национального меньшинства и является одной из причин возникновения конфликта. Сложная история Балкан, оставившая в памяти их народов не одну зарубку, сформировала противоречивую систему взаимовосприятий, стереотипов представлений друг о друге.

Пожалуй, общим для большинства балканских народов была память об османском прошлом и негативное восприятие Турции как наследницы Оттоманской империи. В этом они абсолютно солидарны. Конечно, актуализация памяти происходит у каждого народа по своему. Для Греции это связано с территориальным спором и соперничеством с Турцией в Эгейском море, а также военной поддержкой Анкарой де-факто раздела Кипра. В Болгарии так же есть те, кто считают, что территории Западной Фракии могли бы принадлежать болгарскому государству. В период вхождения Болгарии в Организацию Варшавского Договора Турция рассматривалась как основной ее вероятный противник.

Отношение балканских государств к Турции определяется не только их претензиями на ее территорию и озабоченностью по поводу своей безопасности. В своих негативных стереотипах по отношению к туркам балканские народы самоутверждаются, выстраивая удобную для себя иерархию оценок: «мы лучше, чем они». Так, Турция и турки воспринимаются как олицетворение азиатчины, восточного деспотизма и коварности, верный союзник Запада, сателлит США.[59] В негативном отношении к Турции есть и скрываемое чувство если не зависти, то неудовольствия тем, что Америка так опекает эту азиатскую страну, не имеющую права называться европейской. Соответственно Турция воспринимается как враг. В настоящее время обращается особое внимание на различного рода радикальные высказывания турецких политических и общественных деятелей, которые истолковываются однозначно как стремление Анкары к реваншу, воссозданию Османской империи или реализации идей пантюркизма и панисламизма.

Другой страной, традиционно воспринимаемой негативно рядом балканских государств, является Греция. Это связано с византийским периодом истории балканских народов, когда могущественная империя решала их судьбы по собственному усмотрению. В греческой ретроспективе соседние балканские народы видят потенциальную угрозу их целостности и безопасности. И если на государственном уровне вопрос о границах не поднимается, то в общественных кругах Албании и Болгарии оспаривается принадлежность ряда северных районов Греции и идентификация его населения. Турция же претендует на острова в Эгейском море, находящиеся в непосредственной близости от ее западного побережья, принадлежащие Греции. В памяти турок осталась и последняя греко-турецкая война, когда ослабленная в ходе Первой мировой войны Турция подверглась агрессии со стороны соседнего государства.

Естественно, что у Турции и Греции есть свои восприятия. Традиционно говорится о «славянской угрозе», попытках некоторых соседних государств расширить свои границы «от моря до моря», ассимилировать соответственно турецкое и греческое население. Анкарой и Афинами высказывается озабоченность и по поводу положения мусульманского населения и греческой церкви.

Далее в иерархии «врагов» и «угроз» на Балканах после Турции и Греции следует Сербия. Когда-то сильное средневековое государство Великая Сербия доставила массу проблем всем балканским народам. В новое время, когда устанавливались границы независимых балканских государств, у Сербии возник спор сразу со всеми ее соседями. Причем они видели в Сербии агрессора, стремящегося создать империю от Адриатики до Эгейского моря. После Второй мировой войны Югославия, несмотря на свой федеративный строй и многонациональный состав, продолжает отождествляться с Сербией, которой и приписывали создание этого мощного государства на Балканах. Греция к тому же видела в ней еще и «коммунистическую угрозу». Негативное восприятие Сербии во многом способствовало тому, что скоротечный распад югославской федерации прошел при молчаливом согласии соседей. Только позднее опасность расползания войны на все Балканы, вмешательство США и НАТО в балканские дела изменили отношение к Сербии. С сочувствием к ней стали относиться в Греции, в меньшей мере в Болгарии и Румынии. Сербия видится общественностью или ее частью жертвой сепаратистов, поддержанных Западом и Турцией. Особую лояльность проявляет теперь Греция, ибо македонский вопрос в ее отношениях с Сербией был исчерпан после возникновения независимой Македонии. Теперь греческое общественное мнение рассматривает Сербию как жертву экспансии Запада и католической церкви и ислама, а также видит в ней потенциального союзником в решении тех или иных вопросов своей безопасности, в частности как сдерживающий фактор в отношении Турции.

Болгарское общество с большим предубеждением относится к сербам, что проистекает из исторического соперничества этих двух славянских государств. Только один раз они были союзниками — в 1912 году, когда в Первой Балканской войне все государства этого региона воевали против Турции. До того и после Болгария и Сербия всегда были по разные стороны фронтов, в том числе во время Первой и Второй мировых войн. Интересно отметить, что одновременно Россия ни разу не поддерживала оба славянских государства. После Второй мировой войны Болгарии, как члену организации Варшавского договора, отводилась значительная роль как в сдерживании натовской Турции и Греции, так и титовской Югославии. После падения коммунистического режима Болгария изменила свою геополитическую ориентацию и стремилась войти в НАТО. А до этого она поддержала операцию НАТО против Югославии и заявила о возможности размещения