Побудь моей навсегда (СИ) - Макута Мануэлла Юрьевна Мануэлла

Мама, с которой удалось наладить более — менее хрупкий мир, когда я сообщила ей о беременности, лишь поджала губы, недовольно выдав мне нечто вроде " Сидеть с ребенком будешь сама. Я только жить начинаю"- словно бы я пришла договариваться о помощи, а не просто поделиться новостью. Конечно, это не могло не задеть, да и расспросы о том, кто отец ребенка, вперемешку с сожалениями, что это- не Сергей и упреками в том, что упустила такого мужчину, привели к логичному выводу — общение нужно сокращать до минимума. Мне нельзя нервничать. Вот ходить, гулять, дышать воздухом — это да. И действительно, стало гораздо легче. Токсичность родственников иногда бывает причиной целых психических расстройств, неврозов, а беременным нужны только положительные эмоции

Звук вибрации телефона заставил покопаться в сумочке минуты две, отставив пакеты с покупками на лавку. Адриана? Немного смутилась, ведь она звонила мне в прошлом месяце, благодарила и предлагала прийти в гости, навестить их с Арсением. А я так и не нашла решимости сделать это, боясь, что правда о моем положении может выйти наружу. Мало ли, плохо станет. Адриана же работает на одного из друзей Руслана, и не гляди, что хорошая девушка, правильная. Наоборот, против меня и сыграть может этот факт. Вдруг решит, что таким образом помогает мне? Да мало ли чего.

— Здравствуйте, Ульяна Юрьевна. — голос девушки был немного взволнованным- Извините, что отвлекаю. — видимо, Адриана была уверена, что я на работе. — Тут у Тимоши небольшая сыпь снова.

— Здравствуй, а где, как проявляется, как он себя чувствует? — сразу загорелась профессиональным азартом, вдруг почувствовав острую тоску по профессии.

— На щечках немного. И ещё на груди и шее. Чувствует хорошо, температуры нет, не вялый… Кушает тоже хорошо. — Адриана замолчала на минуту- Я так и не знаю, что это. У врача были, но но мне кажется, что не тот диагноз, что нам озвучили.

— А какой диагноз? Какие анализы сдавали?

— Нууу…. — Адриана замялась — Если честно, никаких. Я поэтому и звоню. Мне не понравилось, что пару минут лишь осмотрели, меня опросили — и все, диагноз готов. Сказали, что атопический дерматит.

Я закатила глаза- ох уж эта поспешность, которая в определенных кругах именуется, вообще — то, халатностью. И статья определенная имеется! Как можно ставить диагноз без каких-либо подтверждений?! Буквально " на глаз". А, тем более, такой. Там целый комплекс обследований нужен, а после, как подтвердится, учёт.

— А ещё нам прописали антигистаминные, а ещё Нурофен, если болеть будет… — продолжила перечислять абсурдные назначения Адриана, я же подхватила пакеты одной рукой, зажав телефон между плечом и ухом.

— Так. Подожди. Ничего не давай ему, раз хорошо себя чувствуеь. Я смогу быть через минут сорок.

Бросив пакеты на заднее сидение машины, поспешила усесться в водительское кресло. Ну уж эти врачи! Хоть и коллеги, хоть и долго в профессии, а я до сих пор поражалась — ну как, как можно так равнодушно относиться к работе?!

Доехала до дома Адрианы даже быстрее. Оставила машину у ворот модного жилого комплекса, невольно вспомнила, как Руслан, ни секунды не медля, предложил оплатить год аренды жилья для нее и ребенка. Он вообще поражал своей многогранностью. То — злобный и едкий, то- добрый и человечный, то- красивый и уверенный в себе, то теряющий голову… Так! Хватит думать о том, что было. Нужно жить настоящим. А в настоящем у нас больной маленький мальчик.

Охранник у ворот молча пропустил, нажав кнопку открытия железной калитки. Адриана, умничка, предупредила. Её организаторские способности вообще действительно были на высоте, это я ещё с момента первого знакомства отметила. Так что не зря ее Волков на работу принял, не ясно ещё, кто кого спас, кто кому помог.

Поднявшись на этаж, увидела, что дверь в нужную мне квартиру приоткрыта. Ждёт. Поспешила войти внутрь, быстро скинув обувь и одежду в прихожей. Когда за спиной хлопнула дверь, вздрогнула. Я и не помнила, закрывала ли её, сквозняк? Где-то в квартире открыто окно? Вряд ли, здесь ведь Тимоша.

Едва я вошла в комнату, как тихо вскрикнула, никак ожидая увидеть там вместо больного малыша больного на голову взрослого. Агаев собственной персоной. Обернувшись на звук шагов, он был не менее удивлен, чем я. Но быстро сумел взять себя в руки, скрыв эмоции от нежеланной, видно, встречи. Скривив губы в едкой усмешке, он подошёл от окна, где стоял, чуть ближе ко мне, кивнув на мой округлившийся живот:

— Быстро ты…в себя пришла.

Я нахмурилась, ничего не понимая. Где Адриана, где Тимоша, что вообще происходит. Агаев, невыносимо красивый в светло-бежевом свитере и брюках цвета жженой карамели, что обрисовывали каждый мускул его накачанных ног, буравил меня тяжёлым взглядом.

— Ну, и зачем ты это все устроила?

Я аж задохнулась от обиды и несправедливости. Он что, серьезно сейчас?! Он считает, что я это все подстроила?! И, подождите, а что он говорил про беременность…

— Ульяна Юрьевна, — едко начал он, покачав головой. — У вас что-то со слухом или вы говорить разучились?

Вот же…. козёл!

— Где Адриана и ребёнок? — как можно грубее выдала я, решив не поддаваться на его провокации. Он лишь шире улыбнулся, показав на свой живот пальцем:

— Вот тут, как в сказке. Проглотил. Теперь можешь начинать спрашивать, бабушка — бабушка, а почему у тебя такой большой….

— Ты совсем….- я, ни капли не разделяя его глупого и неуместного сарказма, развернулась, пулей вылетев из комнаты. Может, Адриана с малышом на кухне, тоже прячутся от этого дурака. Выставить неловко, но и находиться рядом невозможно. Но ни на кухне, ни в ванной никого не было.

Дрожащими руками достала из кармана джинсов телефон, набрав последний входящий. Адриана взяла трубку тут же, будто ждала моего звонка.

— Да? — как-то несвойственно для нее неуверенно робко ответила она.

— Адриана, что происходит? Вы где? — затараторила я, краем глаза глядя на дверь кухни, точно Агаев мог в любую минуту ворваться и….и ничего хорошего это мне не сулило.

— Я….мы не дома. — все также неуверенно и даже немного нервно принялась объяснять она- Мы через часик где-то будем, и…

— Подожди, ты же сказала, что ребенок заболел. И…Агаев здесь почему? — зашипела я в трубку, уже сообразив, что Адриана знает больше, чем говорит.

— Мы… — она откашлялась, прежде чем продолжить — Вернее, я…. Решила….Подумала..

На заднем фоне послышался шум, а затем трубку взял….Арсений Волков.

— Короче, это. Здравствуй, Ульяна. Ты девчонку-то не вини, она не знала. Вернее, не знала, что ей уйти придется. Я попросил.

— Зачем? — почти шепотом выдохнула я, опускаясь на стул.

— Да потому что иначе вы как два дурака будете мучить и себя, и других. А фиг признаетесь, что любите друг друга. Вы же гордые оба, млять!

Позади него раздались приглушенные упрёки Адрианы, и Волков тоже шепотом принялся извиняться. А я невольно задумалась, а те ли это " двое любят друг друга"? У них с Волковым, я ещё в клубе заметила, такая идиллия была. Но тут послышались тяжёлые шаги по направлению к кухне, и я поспешила завершить разговор.

— Если моя помощь не нужна, я пойду. И Адриане передайте, что так делать как минимум некрасиво! — не упустила возможности поддеть девочку, в душе понимая, как мелочно это выглядит. Но зато так истинный виновник всего этого идиотизма, Волков, устыдится вдвойне. Но, увы, он не устыдился.

— Куда пойдете? В окно? Дверь закрыта снаружи, ключи от двух верхних замков у меня. Так что советую провести эти пару часов, что нас не будет, с пользой. И обязательно расскажите ему про ребенка. Его ребенка. А не то мне придется сделать это самому, и, поверьте, тогда Руслан очень разозлится, что вы скрывали от него правду.

— Откуда вы… — мои глаза, казалось, вот-вот выпадут из орбит. Да как…как он узнал? Откуда?

— Неважно. Главное, запомните, или говорите вы, или это делаю я.