Жестокая судьба (СИ) - Монро Кира

Это было странно.

Он наклонился и прижался губами к ее виску и зачесал выбившуюся прядь волос за ухо. Сэм надеялся, что ей удобно будет спать в джинсах и рубашке, потому что не решался ее разбудить. Мысль о том, что она покинет его квартиру, была невыносима. А она, несомненно, попытается сбежать.

Мужчина решил разрешить ей остаться у его кровати. Он отправился в смежную хозяйскую ванну, быстро сделал свои дела и вернулся в комнату в одних боксерах. Это был не первый раз, когда они делили постель. Они делали это на протяжении всей командировки. Но в этот раз все будет по-другому. Они были в его постели, на его территории. В месте, которое, как он был уверен, ни одна женщина не увидит, не говоря уже о том, чтобы провести там время.

Сэм осторожно перебрался в постель, беспокоясь, что Кира может проснуться. Он повернулся на бок так, чтобы оказаться лицом к лицу по спящей красавицей. Он не сводил глаз с ее спокойной позы, пока веки не отяжелели, и он не погрузился в сон. В эту ночь он спал лучше, чем за последние несколько недель.

Глава 18

Кира чувствовала себя очень тепло и уютно, медленно пробуждаясь от райского сна, в котором она лежала с мускулистым мужчиной под простынями из египетского хлопка. Ей потребовалась секунда, чтобы осознать, где она находится и как ее мечта оказаться в мужских объятиях стала реальностью.

Самюэль.

В голове пронеслись воспоминания о том, как они вместе сидели на диване и смотрели фильм. Кира поняла, что заснула. Его пальцы просто массировали ее затылок, и это было так приятно, так расслабляюще, что ей трудно было оставаться в сознании.

Она винила себя за то, что не решилась пойти домой, когда поняла, что устала. Но больше всего она была счастлива оказаться в объятиях Самюэля. Сомнения всегда грызли ее сознание и заставляли беспокоиться о будущем, но сегодня она собиралась держать их на расстоянии. По крайней мере, постарается. Она заслужила передышку. То, что она осталась на ночь, не имело значения. Она никому не причинила вреда. Единственное, что было плохо, это то, что ее сердце еще больше привязалось к мужчине, который держал ее в своих объятиях. А это было опасно. Она и так уже слишком много чувствовала.

Чтобы освободиться, Кира толкалась и тянулась, но безрезультатно. Самюэль крепко сжимал ее в объятиях, не давая пошевелиться. Его грудь была прижата к ее спине, одна рука обвилась вокруг ее талии, другая была под ней, а одна нога из его ног была перекинута через ее бедро. Каким-то образом ему удалось переплести их конечности. Его объятия придавали их отношениям новый смысл. Признаться, ей было приятно, даже больше, чем приятно, если так вообще бывает, что он держал ее в своих объятиях. Она чувствовала себя защищенной и любимой, к чему не привыкла.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

Кира чувствовала себя очень тепло и уютно, медленно пробуждаясь от райского сна, в котором она лежала с мускулистым мужчиной под простынями из египетского хлопка. Ей потребовалась секунда, чтобы осознать, где она находится и как ее мечта оказаться в мужских объятиях стала реальностью.

Самюэль.

В голове пронеслись воспоминания о том, как они вместе сидели на диване и смотрели фильм. Кира поняла, что заснула. Его пальцы просто массировали ее затылок, и это было так приятно, так расслабляюще, что ей трудно было оставаться в сознании.

Она винила себя за то, что не решилась пойти домой, когда поняла, что устала. Но больше всего она была счастлива оказаться в объятиях Самюэля. Сомнения всегда грызли ее сознание и заставляли беспокоиться о будущем, но сегодня она собиралась держать их на расстоянии. По крайней мере, постарается. Она заслужила передышку. То, что она осталась на ночь, не имело значения. Она никому не причинила вреда. Единственное, что было плохо, это то, что ее сердце еще больше привязалось к мужчине, который держал ее в своих объятиях. А это было опасно. Она и так уже слишком много чувствовала.

Чтобы освободиться, Кира толкалась и тянулась, но безрезультатно. Самюэль крепко сжимал ее в объятиях, не давая пошевелиться. Его грудь была прижата к ее спине, одна рука обвилась вокруг ее талии, другая была под ней, а одна нога из его ног была перекинута через ее бедро. Каким-то образом ему удалось переплести их конечности. Его объятия придавали их отношениям новый смысл. Признаться, ей было приятно, даже больше, чем приятно, если так вообще бывает, что он держал ее в своих объятиях. Она чувствовала себя защищенной и любимой, к чему не привыкла.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

И хотя она очень хотела остаться в этом безопасном коконе, который создал Самюэль, но природа звала ее. Кира прикинула, что у нее есть еще примерно пять-десять минут, прежде чем мочевой пузырь лопнет. Удивительно, что она не проснулась раньше. Обычно ей приходилось вставать хотя бы раз за ночь, чтобы сходить в туалет. Она решила, что единственный способ вырваться из тисков мужчины - это разбудить его. Поэтому она легонько погладила его по руке и позвала по имени. Он пробормотал что-то невнятное и спрятал лицо у нее на шее.

Это было восхитительно. Настолько восхитительно, что еще одно теплое чувство захлестнуло все ее тело. Чем дольше времени она проводила в его компании, тем больше очаровывалась. Кира изо всех сил старалась запереть свое сердце на замок до тех пор, пока не убедится, что его можно открыть мужчине, который мог легко его разбить. Но как бы она ни старалась, замок не поддавался. Она влюбилась в него так сильно и так быстро, что испугалась до смерти.

-Самюэль, мне нужно вставать, - сказала она, на этот раз громче.

Он издал еще один милый ворчливый звук и, наконец, ослабил хватку. С облегчением, но без всякого удовольствия она освободилась и бросилась в ванную.

Когда она вернулась в комнату, Самюэль сидел на кровати с сыном на коленях. Видимо, пока ее не было, Коди нашел дорогу в комнату отца и теперь нежился в объятиях мужчины. Они включили огромный плоский экран, висевший на противоположной стене комнаты, и сейчас смотрели эпизод из любимой передачи мальчика. Это было потрясающее зрелище - двое мужчин вместе, которым явно было комфортно рядом друг с другом.

Она больше не чувствовала ревности, как раньше, наблюдая, как легко Коди принял Самюэля. А сейчас она, наоборот, чувствовала удовлетворение. Это было то, чего она всегда хотела, чего жаждала. Семья. Оставалось еще много неясностей и тем для обсуждения, но впервые за долгое время Кира почувствовала уверенность в завтрашнем дне. Она не была уверена, что они с Самюэлем смогут преодолеть свои разногласия, но, по крайней мере, они оба готовы выложиться по полной и сделать все возможное. Это было то, чего она не ожидала, и это застало ее врасплох, но в то же время сделало ее такой счастливой, какой она никогда не была.

-Мамочка! - взволнованно пискнул мальчик, заметив ее в дверях.

Мужчина тут же обернулся и улыбнулся ей, когда их глаза встретились. Да, это было то, чего она всегда хотела.

***

Судя по всему, Коди не показалось странным, что на следующее утро его мать все еще находилась в квартире отца. Он ни слова не сказал об этом и не задал никаких вопросов.

Странно.

Кира ожидала, по крайней мере, хмурого или растерянного взгляда. Ее сын не проявил никакого любопытства? Это было не похоже на ее мальчика. Он всегда задавал не менее десяти вопросов за раз.

-Ты хмуришься, - сказал ей Самюэль, ставя перед ней чашку со свежесваренным кофе, и на его губах появилась небольшая улыбка.

Кира подняла на него глаза, а затем перевела взгляд на их сына, который смотрел очередной мультфильм.

-Похоже, он не очень удивился, увидев меня утром выходящей из твоей ванной, - пробормотала она, снова обращая свой взгляд к Самюэлю.

-Он еще маленький. Ты была здесь прошлой ночью, так что, возможно, ему показалось бы более странным, если бы тебя не было здесь утром. Дети не анализируют такие ситуации, как это делают подростки. Не переживай.

-Ты чертовски мудр для того, кто стал отцом за такой короткий срок, - с улыбкой заметила Кира. – Думаю, иногда все происходит более естественно, чем я ожидала. Но это не значит, что я в два раза меньше боюсь сделать что-то не то.