Алиедора - Ник Перумов

Корчаги полетели вниз, одну кто-то самый ловкий приспособил к креплениям осадной лестницы, возле самых зубцов треснуло, грохнуло, оглушённый, Дигвил пошатнулся, ему показалось, по ушам разом ударили деревянным молотом.

Вниз по приставленной лестнице, что не сломаешь и не оттолкнёшь, потекла настоящая огненная река; с двух сторон вцепившиеся в поперечины зомби вспыхивали, срывались, падали вниз с глухим стуком — или со всплеском, если их принимала мелкая прибрежная вода.

Справа и слева уже поднимались другие лестницы, гремели, падая, крючья, и не хватало людей, чтобы разом отбросить врага во всех местах. Лучники не жалели стрел, вниз летели новые корчаги, алхимическое пламя пожирало зомби, их тела разваливались на куски, не спасали даже толстые доспехи, но на место сгоревших вставали новые, и не существовало во всём свете силы, что заставила бы их повернуть назад.

Ариагос выругался.

Любая армия, состоящая из людей, даже самых храбрых и отчаянных, даже глубоко презирающих смерть и одушевлённых благороднейшей из возможных идей, остановится перед рубежом, где не ждёт ничего, кроме смерти. Остановится хотя бы для того, чтобы изменить направление главного удара, зайти с фланга, попытаться выманить защитников из крепкого места или, поняв, что крепость не взять с налёту, перейти к правильной осаде. У обороняющихся такой возможности нет. Но упорная оборона может не столько истребить всех до единого штурмующих, сколько, сломив их дух, заставить повернуть назад.

Однако зомби не знали страха, не боялись никого и ничего, послушно выполняли приказы, и заставить их повернуть было невозможно. Единственная надежда защитников — истребить их всех, сколько б ни оказалось; и окажись на бастионах все положенные законами Долье воины — они бы выдержали.

…Первый из воинов Некрополиса тяжело перевалился через гребень стены и тотчас получил в грудь аж три копья. Из ран хлынула чёрная дымящаяся жижа — страшная «некромантова кровь», что, по слухам, и оживляла ходячих мертвецов. Мечники Деррано спешили подрубить твари ноги, прежде чем копейщики не перевалили её через парапет, сбросив вниз.

От первого мертвяка осталась лишь дурнопахнущая чёрная лужа.

Но через зубцы уже переваливались следующие — со стёртыми серыми лицами, где едва можно было различить прежние черты, словно Некрополис с маниакальным упорством стремился, помимо прочего, сделать своих солдат совершенно неразличимыми.

В животе у Дигвила разрастался ледяной комок. Кончик меча дрогнул, словно руки молодого нобиля готовы были изменить собственному хозяину. Восточный ветер выл и бесновался, пригоршнями швыряя жёсткую сухую снежную крупу в глаза дольинцам.

Всё против нас. Всепобеждающая смерть, что ждёт в конце каждого из живущих, — Мастера нагло пользовались Её тенью, таились там, изредка высовывая ядовитые жала.

Так некстати посетившая мысль — что Мастера Смерти на самом деле лишь воруют и обманывают, прикрываясь Её грозным величием, — неожиданно помогла. Дигвил услыхал собственное рычание, меч крест-накрест рассёк воздух, и оказавшийся перед наследником Деркоора мертвяк рухнул со снесённой напрочь головой и разваленной грудью.

Отрубите ему голову, вспомнилось старое наставление. Пресеките жилу жизни, ибо без неё не ходят даже восставшие волею Некрополиса мертвяки.

Ледяные чёрные брызги попали на щёку, и Дигвил содрогнулся от отвращения.

— Сотри, молодой дон! — рядом оказался всё тот же десятник.

Дигвил машинально схватил протянутую тряпицу, смахнул с лица отравную дрянь.

— Иначе бы до кости проела. — Десятник ловко принял топорищем взмах мертвяцкой сабли, одним движением, доведенным до совершенства годами службы, снёс очередному зомби круглую башку, разрубив кольчатый хауберк.

— Благодарю, — только и успел ответить молодой нобиль, потому что на них вновь навалились, на сей раз — сразу четверо.

…То, чего не понимал Дигвил Деррано, упоённо размахивавший мечом, прекрасно сознавал дон Ариагос, старый и опытный вояка, молодым сквайром хаживавший и на тот берег Сиххота.

Бой проигран. Как только мертвяки зацепились за гребень стены — всё, пиши пропало. Вниз спускались канаты и гибкие лестницы, всё больше и больше солдат Некрополиса переваливались через зубцы. Пусть они падали, поражаемые игольчатыми, легко выдёргивающимися копьями, изрубаемые пудовыми секирами и тяжёлыми мечами, что ломали оставшиеся человеческими кости даже под кованой бронёй. Пусть люди в цветах Илтеан и Деррано падали реже, много реже, но Мастера Смерти рассчитали точно, словно заранее зная, сколько защитников встретит их на стене. Меняя одного за шестерых, а то и семерых, дольинцы пятились назад. Не помогали и алхимические заряды, швыряемые в самую гущу ходячих мертвяков. Те невозмутимо перешагивали через разорванные, второй раз умиравшие тела и шли дальше.

Людей Деррано оттеснили ко входу в одну из башен. Они едва успели захлопнуть железную створку, как в неё застучали — с поистине нечеловеческим упорством.

— Сейчас притащат таран, — бросил кто-то в темноте за спиной молодого дона.

Дигвил и сам видел, что долго они тут не продержатся. Зомби, собственно говоря, уже победили — они мерным шагом спускались со стен вниз, туда, где лежали земли живых, на которые после многих лет мира ступила-таки неживая нога.

…Дольинцы дрались, прорывались из окружённой башни — прочь, к коновязям, теряли своих, бросались в контратаки, стараясь отбить даже смертельно раненных; мрак быстро сгущался, но зомби это словно бы и не мешало.

Последнее, что увидел Дигвил, перед тем как повернуть гайто, — застывшая на парапете фигура мертвяка, высоко поднявшая факел, вспыхнувший вдруг так ярко, что Дигвил едва не ослеп.

И далеко на востоке, в снежной хмари, в мрачной круговерти ему ответили — там тоже что-то вспыхнуло, что-то настолько яркое, что свет его пробился даже сквозь валивший всё гуще и гуще снег.

Они отступили без паники, считай, «в идеальном порядке» — сотни полторы защитников Долье, малой горсткой пытавшихся сдержать натиск Некрополиса. Каменные стены, так и не оправдавшие возложенных на них надежд, остались далеко позади, исчезли в непроглядной метели. Впереди лежала спящая, ни о чём не подозревающая страна.

Гайто устали, плелись шагом — правда, от ходячих мертвецов отряд оторвался изрядно. На северо-востоке располагался замок Илтекоор, к западу раскинулись непроходимые предгорные пущи, а прямо впереди текла недлинная, хоть и полноводная речка Илте. Нельзя сказать, что эти земли были так уж густо заселены — мало кого прельщала близость жуткого Некрополиса. Серфы бежали отсюда при первом удобном случае, расходы на поимку превышали все разумные пределы, и наконец кто-то из хозяев Илтекоора решил осаживать здесь только свободных общинников, заманивая почти полным отсутствием податей и повинностных работ. Желающие нашлись — в бедном свободным местом Долье иные согласны были и на соседство с Мастерами Смерти.