Глядя в будущее. Автобиография - Джордж Буш

длинные речи, не задавая никаких вопросов и лишь формально произнося "о'кей" или "понятно", когда ему казалось, что он выслушал достаточно. Вероятно, Картер держал в голове картотеку, в которую заносилось все, что могло понадобиться ему в будущем.

Однако потом выяснилось, что Картер был замкнутым, одиноким человеком, подозрительно относившимся к незнакомым людям и их намерениям. На сказанное кем-то он мог отреагировать взглядом, который означал бы: "Я слушаю тебя, но думаю, что ты что-то недоговариваешь".

Короче говоря, он был человеком, который, казалось, всегда был настороже. Джимми Картер вполне мог бы быть тем европейским министром иностранных дел, который, узнав о том, что князь Меттерних только что умер, спросил: "Интересно, что он хотел этим сказать?"

Мой последний визит в Плейнз состоялся в середине ноября 1976 года, вскоре после выборов. На этот раз я информировал не кандидата Картера, а только что избранного президента Картера и его напарника Мондейла, избранного вице-президентом. Это был один из моих последних официальных актов на посту директора ЦРУ. Перед тем как улететь ранним утренним рейсом, я посетил президента Форда и вице-президента Рокфеллера, чтобы сказать им, что направляюсь в Плейнз. По дороге я сказал Хэнку Ноче, что перед началом совещания я собираюсь сообщить новоизбранному президенту, что ухожу в отставку и что он может назначить на этот пост своего человека.

Совещание длилось полных пять часов. В середине встречи один из моих заместителей, Эдвард Мэрфи, начал излагать долгосрочные проблемы национальной безопасности, стоящие перед страной. Он упомянул об одной из проблем, которая должна выйти на первый план где-то к 1985 году. В этот момент новоизбранный президент, молча слушавший его, поднял руку. "Мне не нужно беспокоиться по этому поводу, — сказал он, чуть улыбнувшись. — К этому времени президентом будет Джордж. Он и займется этой проблемой". Затем, кивнув в сторону новоизбранного вице-президента, сидевшего в другом конце комнаты, Картер добавил: "Или Джордж, или вон Фриц Мондейл?"

Джордж будет президентом? Это было странное заявление, исходящее от Джимми Картера. Интересно, что он хотел этим сказать?

Глава восьмая.

"Мы там будем!"

Кливленд, осень 1979 года

Отель "Стофер" в Кливленде расположен на Паблик-сквер, недалеко от того места, где я проходил собеседование, чтобы получить свою первую работу в "Дрессер индастриз". Я показал это старое серое здание Питу Тили, когда мы направлялись в гостиницу. Он угрюмо кивнул; у пресс-секретаря кандидата в президенты "со звездочкой"[54] голова была занята другими мыслями.

"Не ожидайте, что на вашей пресс-конференции соберется большая толпа, — предупредил он, взглянув из окна нашей машины на пустынные улицы деловой части города. — Нам повезет, если мы вытянем хоть кого-нибудь в такой день".

Было воскресенье, и моросил мелкий дождь. По одному каналу телевидения транслировался матч финала чемпионата США по бейсболу между командами Балтимора и Питтсбурга, а по другому — передавалась игра команды "Кливленд браунз".

Вопрос: Почему вы при такой конкуренции проводите пресс-конференцию?

Ответ: Потому что кандидату на пост президента полагается устраивать пресс-конференции, когда он приезжает в какой-либо город, даже если это происходит в такое дождливое воскресенье.

Вопрос: До президентской предвыборной кампании еще 13 месяцев. Почему вы уже развернули вашу кампанию во всю мощь?

Ответ: Потому что кандидат "со звездочкой" или начинает заранее, или не начинает вообще. Старая мысль о том, что "должность ищет человека", больше не соответствует действительности. Нет никаких по-настоящему неожиданных "поисков" кандидата в президенты, никаких "темных лошадок", способных переменить ход событий при выдвижении кандидатур на национальных партийных съездах в последнюю минуту.

Мы только что завершили длительный неспокойный полет в небольшом самолете из Де-Мойна. В международном аэропорту Гопкинса нам не устроили никакой торжественной встречи. На улицах не собрались толпы людей. Не играл оркестр, в небо не взлетали разноцветные воздушные шары. Когда мы подъехали к гостинице, выяснилось, что наши регистрационные карточки предварительной брони где-то затерялись.

— Джордж Буш, — повторил портье регистраторше, сидевшей за конторкой. — Он приехал выступать на Национальной конференции христиан и евреев.

— Буш?

— Б-у-ш.

— Я не думаю… Подождите, кажется, нашла. Группа Буша. Посол Буш, мистер Бейтс, мистер Тили. Извините за задержку, мистер Буш.

— Я — Тили, — сказал Пит.

— Добро пожаловать в Кливленд, мистер Тили.

Добро пожаловать в самый центр президентской политической деятельности, на самое дно, но глядя вверх.

Целыми месяцами Пит Тили, Дэвид Бейтс и я перелетали, как кузнечики, из одного города в другой: из Хьюстона в штат Айова, затем из Айовы в штат Нью-Гэмпшир, затем обратно, домой в Хьюстон, чтобы сменить белье, и затем, замыкая круг, снова отправиться в Айову.

35-летний Пит был неплохим экспертом по средствам массовой информации, преждевременно поседевшим от напряжения, которое требуется при постоянном общении с прессой в качестве представителя двух американских сенаторов и НКРП, чем он занимался до перехода в мою команду, ведущую кампанию за президентский пост. Он также изобретал новые слова и стал автором одной памятной фразы о моей кампании, которая вошла затем в "Политический словарь Сафайра".

Дэвид, мой главный помощник в поездках, был молодым адвокатом из Хьюстона, обладающим невозмутимым характером и способностью отделять главные проблемы от второстепенных. Прежде чем год закончился, мы за 329 дней преодолели 250 тысяч миль и провели 850 политических мероприятий. Эти цифры должны были еще больше возрасти после того, как мы вступили в период предварительных выборов и кокусов: Новая Англия, Юго-Восток, Средний Запад в разгар зимы; Пенсильвания и Техас ранней весной; Огайо, Нью-Джерси и Дальний Запад, когда сходил снег и уже приближалось лето.

По новым правилам, кандидат в президенты должен определиться к июню, с тем чтобы, имея достаточное число поддерживающих его делегатов, превратить фактическое голосование на партийном съезде в простую формальность. Прошло много лет с тех пор, когда в 1952 году на национальном съезде республиканской партии во время борьбы Эйзенхауэра с Тафтом разыгралось настоящее сражение за выдвижение кандидата в президенты. У демократов такая ситуация не возникала с 1960 года, когда им пришлось выбирать между Кеннеди и Джонсоном.

Однако до июня еще оставались непреодоленные мили и непроведенные мероприятия. Время от времени мы заезжали в штаб-квартиру нашей избирательной кампании в Александрии, Виргиния. Это было помещение в районе с невысокой арендной платой, расположенное на другом берегу Потомака, вдали от вашингтонских штаб-квартир кандидатов, обосновавшихся в районах с дорогостоящими помещениями.

Временами руководитель моей кампании Джим Бейкер и Маргарет Татуайлер, составлявшая расписание моей деятельности, советовали мне