Сага-фэнтези о Синдбаде-мореходе и его друге Ибн-сине - Сергей Гжатский

— Разве они не поверили, что ты сгорел в собственном доме? — удивился Синдбад.

— Ты не знаешь хроников! — горько усмехнулся Ибн-Сина, — Они наверняка просеяли пепел с пожара через сито. Не обнаружив моих останков, комиссары поняли, что я их одурачил и скрылся в одном из параллельных миров.

— Но ты говорил, что у них нет аппарата для путешествий по парал лельным измерениям…

— Да, говорил! Но сделать его проще простого, если додуматься и взять за основу Временной Портал, именуемый в просторечьи "маши ной времени". На ВЧХК работают замечательные учёные. Поверь мне, они уже давным-давно обо всём догадались и наверняка создали свой прототип моего аппарата, что стоит у меня в Начале Эпох…

— Тогда, может быть, тебе стоит удрать туда, к своему аппарату?

— Нельзя! Ищейки ВЧХК быстро вычислят меня и там. Тогда вместе со мной хроники захватят и мой аппарат, а я этого не хочу. Ведь я не собираюсь долго гостить в застенках ВЧХК. Я снова сбегу от них по налаженному каналу, о котором они вряд ли догадываются. Но сна чала мне необходимо раздобыть для себя новую "глушилку".

Так что, Синдбад, как не парадоксально это звучит, мне просто жизненно необходимо, что бы хроники меня арестовали и по своим каналам переправили домой. А там я найду способ от них улизнуть и перебраться в Одессу, к старому знакомому мастеру, который сдела ет мне ещё пару "глушилок", что бы про запас… А уж потом я вернусь сюда!

Не огорчайся, друг, рано или поздно, но мы с тобой ещё сви димся. Встретимся без сомнения! А теперь, Синдбад, беги, прячься, пока не заявились комиссары ВЧХК. Я уже говорил, хроники не любят оставлять свидетелей, убьют и глазом не моргнут. Тем более, что ты для них и не человек вовсе, а так, сказочный персонаж, иллюзия…

Внезапно по листве граба пробежался лёгкий ветерок. Пение птиц среди ветвей как по команде смолкло. Цыкад и других насеко мых, что перед заходом солнца надрывались в траве, тоже стало не слыхать. Кролики, суслики и иные мелкие животные быстро попрята лись в свои норы.

Друзья не сговариваясь задрали головы: в небе над деревом появилась перевёрнутая воронка из вихревых воздушных потоков.

В неё втягивались проплывающие поблизости облака, которые напомнили Ибн-Сине вращающееся бельё за стеклом стиральной

машины.

На подёрнутой вечерней дымкой лазури небосклона воронка смотрелась угрожающим серым пятном, способным заглотить не только облака, но и средних размеров торговый корабль.

Синдбаду на миг почудилось, что он снова посреди океана сто ит на капитанском мостике "Ирбисса", который стремительно затяги вается в такой же как и воронка водоворот. Тогда ему чудом удалось спасти корабль, но ужасные воспоминания надолго осели в его памя ти. К тому же из воронки, как и из водоворота потянуло ледяным холодом…

— Да не стой же ты истуканом, Синдбад! — в отчаянии закричал Ибн-Сина, — Пряься скорей!

Он в последний раз крепко обнял приятеля за плечи и развер нув, сильно ткнул кулаком между лопаток в направлении зарослей. Синдбад бросился к укрытию со всех ног, искоса поглядывая на во ронку, которая быстро спускалась к земле. Внутри её что-то громых нуло, вспыхнула и погасла алая зарница.

Заросли с шумом расступились перед капитаном. Едва скрыв шись в гуще зелени, он остановил бег и развернулся, присев на кор точки. У земли листва не казалась такой густой, он осторожно развёл ветки руками, что бы лучше видеть, что происходит под деревом.

Из воронки, опустившейся до середины ствола граба, вдруг выстрелила прямая ослепительная молния, которая ударила прямо под ноги Ибн-Сины. Учёный отпрыгнул в сторону, громко выругав шись.

Но тут прилетела ещё одна молния, ударившая в землю под его пятки. Затем огненные стрелы так и заплясали вокруг учёного, не да вая последнему сдвинуться с места. Синдбад, ослеплённый ярким огнём, крепко зажмурился. А когда открыл глаза, то увидел, что его друг уже стоит в окружении пяти смутно различимых человеческих

фигур. Это были не иначе, как хроники…

Когда и откуда появились пришельцы он проморгал. Возмож но, что комиссары ВЧХК материализовались прямо из воронки, как привидения на заброшенном кладбище. Синдбад удвоил внимание.

Так вот вы какие оперативники группы захвата! Все как один одеты в облегающие, зеркально бликующие костюмы, на которых не

просматривалось и намёков на швы. На головах — стеклянные шары со штырями в области макушек, в руках — короткие гнутые клюшки, по виду вроде как из металла. По тому, как хроники держали их, направляя длинные стволы на его друга, Синдбад догадался, что это, возможно, и есть то самое необыкновенное оружие, испускаю щее молнии…

Один из комиссаров, низкорослый крепыш с могучими плеча ми щёлкнул пальцем по своему прозрачному шару вокруг головы и тот с мелодичным перезвоном растаял в воздухе. Наверное, это был старший группы захвата, потому что остальные последовали его примеру только после его короткой команды, отданной на незнако мом языке.

Без шаров физионимии оперативников смотрелись значитель но отчётливее: прозрачный материал сфер всё-таки влиял на рез кость, смазывая лицевые черты. Синдбад с удивлением изучал их, поражаясь толстым, слегка вывернутым красным и слюнявым губам, маслянисто поблёскивающим выпученным поросячьим глазам и безобразно отвисшим носам с торчащими из ноздрей пучками волос, а так же поросшим шерстью хрящевидным ушам немыслимых форм и размеров.

Пятым членом группы захвата оказалась женщина лет пятиде сяти, если не больше, но она мало чем отличалась от мужчин. Разве что более пышной седой причёской да обрюгсшим студенистым ры лом, под которым колыхался тройной подбородок, близко посажен ными глазками на выкате и непроходящим выражением людоедки-мегеры на морде.

Синдбад чуть было не присвистнул: до того хроники походи ли обличьем на дикарей пустыни, о которых они с учёным вели не так давно разговор. Просто поразительное сходство, что и говорить!

Тем временем старший группы захвата шагнул к Ибн-Сине и привстав на цыпочки с трудом дотянулся до плеча учёного, водрузив на него свою ладонь, всю в мелких рыжих завитках. Друг Синдбада на это никак не отреагировал, по очереди одаривая каждого из хрони ков презрительно-насмешливым взглядом.

— Иван Синаев! — громко прокаркал коротышка-крепыш противным гнусавым голосом, — Ты обвиняешься в незаконных хроно и межпро странственных перемещениях! А так же в контробанде и заговоре против Российского государства! И ещё во введении в заблуждение

органов правосудия и нарушении подписки о невыезде! А так же