В проклятых землях - Елена Самойлова

Странный густой воздух на поверхности — пальцы вязли, когда я выбиралась на волю, цепляясь за траву и какое-то мелкое деревце, оказавшееся поблизости. На миг возникло ощущение, будто я падаю в бесконечный колодец, желудок болезненно сжался, а виски словно сдавил ледяной обруч — до боли, до краткого момента слепоты, когда мне почудилась пронизанная холодом бесконечность. Потом неожиданное возвращение обратно в собственное тело, уставшее, с ноющими плечами и пребольно впившимся пониже копчика корешком.

Я ойкнула и повернулась на бок, приоткрывая глаза и с удивлением обнаруживая, что лежу на земляничной поляне. Маленькие ярко-красные ягодки прятались под широкими зубчатыми листиками, такие спелые, что, казалось, их и обрывать-то не надо — сами свалятся, только ладонью проведи. Тоненькая березка, за которую я хваталась, выбираясь из отверстия в земле, трепетала нежно-зелеными, почти прозрачными листочками на ветру, который нес с собой запах нагретой на солнце почвы, сосновой смолы и палой хвои.

Фэй, мы где?

Тишина в ответ. Я села и посмотрела на нетронутый мох в том месте, где я выбиралась из-под земли всего минуту назад, на здоровые, не изуродованные странной магией Заброшенных земель деревья, тянущиеся к ярко-голубому летнему небу, и вот тогда мне стало по-настоящему неспокойно, если не сказать страшно.

Фэ-э-эй!!!

«Я думаю. И анализирую. И вообще я сейчас немного приду в себя и, возможно, даже вменяемым буду».

Я тебя сейчас прибью. Расколочу о лезвие квэли и скажу, что так оно и было. Где мы?!

«Милочка, не хочу тебя шокировать, но нас с тобой, похоже, занесло не „куда“, а в „когда“. Насколько я могу судить, к северу расположены те же самые горы, что и рядом с Запретными землями, но местность, сама видишь, сильно отличается. Странной живности поблизости не видно и не слышно — обычные птички, бабочки и зверушки, вместо дикого леса — нормальные деревья и кусты. Если не веришь — попробуй ствол мечом потыкать. Готов спорить, что пойдет обычный сок или смола, а не кровь».

Час от часу не легче. Есть идеи, как вернуться обратно?

«Есть, но задача несколько усложнилась из-за того, что временная аномалия, через которую мы сюда пробрались, сместилась на версту с небольшим к западу. Я могу ее засечь, но не уверен, что, пройдя через нее, мы окажемся в том же времени, из которого прибыли».

Хочешь сказать, что мы довольно долго можем блуждать по одному и тому же месту, но в разные времена?

«Именно. К сожалению, ориентироваться во временных потоках я не обучен — вряд ли Джерайн мог предположить, что мне придется служить компасом в межвременье».

Я задумчиво сорвала земляничку и машинально сунула в рот. Спелая ягодная сладость, смешанная с солоноватым привкусом крови, навела меня на две мысли. Первая — хорошо бы поесть, ибо я ощутила себя голодной, как проснувшийся д'эссайн, а вторая — неплохо было бы помыться, потому что сейчас, забрызганная кровью деревьев из Запретки, я представляла лакомую добычу для любого уважающего себя хищника.

«Что-то мне подсказывает, что в этом лесу ты самый страшный и голодный зверь, — хихикнул браслет. — Но если очень хочешь есть — могу помочь. Как мне кажется, тут должно быть достаточно много некрупной дичи».

По-моему, я сейчас не в состоянии гоняться за зайцами и мышами.

«Предоставь это мне. Поверь, я еще способен на кое-какие маломощные боевые заклинания, так что потенциальный обед будет лишь слегка опаленным. Кстати, неподалеку есть закрытый водоем, довольно большой и, судя по всему, безопасный».

Так что сразу не сказал?

Я ругалась больше по привычке, чем всерьез, и моя заботливейшая из нянек, удобно устроившаяся у меня на запястье, принялась указывать дорогу с помощью цветного светящегося шарика, плывущего на уровне глаз в пяти шагах передо мной. Поначалу я хваталась за нож на поясе при первом подозрительном шорохе, но постепенно успокоилась и перестала оглядываться через плечо, поминутно ожидая подлости. Странно непривычно было видеть Запретку такой, какой она была очень давно — простой лес, где нет никаких разъедающих плоть мхов, причудливых тварей, словно выбравшихся из горячечного бреда пьяницы или сумасшедшего. Поневоле начнешь задумываться, а что же должно было произойти с этой местностью, чтобы она стала Запреткой? Ну, вот не верилось мне, что земля могла сама себя изуродовать до такой степени без вмешательства извне, значит, «помог» кто-то.

«Если бы Равен не был мертв много лет назад, я бы подумал, что это его рук дело. Он славился навязчивой идеей захватить этот мир, принести самую колоссальную в истории жертву и каким-то образом перекроить существующее мироздание».

Тогда он точно был психом, потому что в одиночку такое никому не удастся.

«Не хочу тебя разочаровывать, но ему это почти удалось. Д'эссайны вмешались».

Погоди-ка. Насколько я помню из уроков истории, Равена убили сидхийские воины. Именно они обезглавили мага и забрали с собой в новую Столицу его посох.

«Все правильно, убили Равена сидхе, а вот его возрождению воспрепятствовали д'эссайны. Не спрашивай, как — сам не знаю. И подозреваю, что, кроме Джера, подробностей той истории знать некому, а он вряд ли кому расскажет. Даже тебе. И не потому что не доверяет — скорее, просто не хочет тебя в это впутывать».

Как благородно! Только верить в благородство д'эссайнов чаще всего смертельно опасно.

«Я почему-то думал, что ты ему доверяешь…»

Тираэлю я тоже доверяла. Результат тебе известен. Чем последний из д'эссайнов лучше лесного эльфа?

«Ничем. Джерайн просто другой».

Я кое-как отжала волосы и, в который раз воспользовавшись Фэем, как сушилкой, принялась одеваться. Сложно выразить, какое же это все-таки счастье, когда в косе не копошатся мелкие насекомые, стряхивать которых бесполезно, а кровь деревьев вперемешку с сырой землей не стягивает кожу на руках и лице. Рубашку мне отстирать почти удалось, правда, после сушки от нее пахло озерной водой и тиной, но это всяко лучше запаха сырой норы, откуда я вылезла. Штаны и куртку я отчистила, но вот процарапанные насквозь голенища сапог пришлось зачаровывать с помощью браслета, который негромко зудел на тему того, что в служанки он мне не нанимался, но работу свою тем не менее сделал исправно.

Все бы хорошо, но есть все равно хотелось, причем сильно, вплоть до того, что еще немного — и я буду готова сожрать любое живое существо, как какой-нибудь д'эссайн, тысячу лет «отсыпавшийся» в каменном гробу, весьма удачно прикидываясь древней мумией.

«Лесс, не знаю, насколько для тебя это в новинку, но твой голод вызван неизвестно почему ускорившимся в несколько раз обменом веществ. Плюсы этого состояния — ускоренная реакция на окружающую обстановку, минусы — если не будешь пополнять затраченные „ресурсы“, организм начинает сжигать сам себя с огромной скоростью. Сейчас я пытаюсь контролировать этот процесс, но не уверен, что смогу долго прослужить для тебя аккумулятором».