Мировой Ворон - Смит Э. Дж.

Дракон снова заворчал — гортанный, низкий звук — и кашлянул, сплевывая мокроту на камень — камень тут же расплавился.

— С тобой все в порядке, просто сейчас тебя питает иная сила. Ты прибыл сюда — и в тот же миг вдалеке я услышал карканье ворона. Он велел мне помочь тебе. Другая тень, очень далеко отсюда, отдает свою силу тебе, чтобы ты стал цельным. Ты становишься не просто воспоминанием и будешь таким, пока у Мирового Ворона есть силы.

Глава четырнадцатая

Леди Бронвин в городе Канарн

Она так долго не надевала доспехи. Ощущение плотной кожи и сегментированной стали на теле успокаивало и приносило чувство легкой ностальгии: Бронвин вспоминала, как часто в этом замке они с братом проводили бесконечные часы в тренировках. Она так и не научилась ловко обращаться с длинным мечом, но с легкой рапирой или коротким мечом могла стать довольно опасным противником. Именно короткий меч сейчас парировал удары ятагана Хасима.

— Ты все еще вздрагиваешь, когда парируешь удар, — заметил каресианец. — Будто боишься, что тебя все–таки достанут.

— Мечи — острые штуки, знаешь ли, — ответила девушка, отшагнув назад и принимая защитную стойку.

— Верно, но никогда не ввязывайся в бой с мыслью, что можешь проиграть. Какие у тебя есть преимущества?

Она ловко крутанула лезвие и ухмыльнулась.

— Возможно, женская грация… Или скорость?

— Да, ты быстрая, — согласился Хасим. — И я знаю подобные трюки. — Лезвие его ятагана описало в воздухе восьмерку, со свистом разрезая воздух. — Я и сам довольно быстрый.

Бронвин бросилась в атаку, принимая широкую стойку, и заставила соперника отступить.

— Высокомерие порождает излишнюю самоуверенность.

— Но я все еще жив, милая. Значит, что–то я делаю правильно.

— Живой — но бездомный, — ответила леди Канарна, изобразив ложный выпад в его незащищенную грудь.

Он уклонился, но не стал атаковать в ответ.

— Вот ведь, а я и не знал… В Канарне я чувствую себя почти как дома. Я никогда не ощущал такого в Кессии.

Бронвин развернулась и нанесла удар наотмашь, но поднятый вовремя ятаган парировал.

— Получилось так, что я точно знаю: местная герцогиня разборчива в вопросах, кому можно остаться в ее городе, а кому — нет.

— Ну я был знаком с братом герцогини, — ответил Хасим. — Уйди я отсюда — и он никогда бы меня не простил.

Девушка ослабила защиту из–за внезапно нахлынувших чувств.

— Я не желаю, чтобы ты оставался тут только из–за него. Только если ты сам этого хочешь.

— Мне не нужно говорить тебе о причине, по которой я тут остался, любимая, — ответил мужчина, изобразив на лице самую чарующую улыбку из своего арсенала.

Но Бронвин уже почти не поддавалась его чарам — по крайней мере, она пыталась себя в этом убедить. Бронвин хотелось думать, что в основе ее чувства к каресианцу лежала глубокая душевная связь, а не примитивная похоть. «Но разве похоть — так уж плохо?» — подумалось ей.

— Мы можем исчезнуть на пару дней, — прошептал Хасим. — Забыть обо всем, взять лодку и уплыть на уединенный остров.

— Уединенный остров? — переспросила девушка. — Почему ты думаешь, что заманить меня таким предложением будет настолько легко?

— Я буду вести себя как истинный джентльмен.

Бронвин схватила каресианца за ворот и страстно поцеловала. Хасим бросил ятаган, обнял ее за талию и поднял над землей. Она обвила его ногами, и любовники прижались к стене, срывая друг с друга одежду.

— Не нужно быть джентльменом, — выдохнула девушка. — В моей жизни их и так слишком много.

В любом случае почему бы опальной герцогине не взять себе в любовники каресианского бродягу?

На деревянном столе высилась кипа непрочитанных бумаг. Бронвин проглядела мельком первые несколько листов, но остальные так и остались лежать беспорядочной кучей. После ее возвращения внезапно выяснилось, что в городе накопилась груда бумажной работы, требовавшей ее внимания. Некоторые свитки она привезла с собой — соглашения о мирном сосуществовании и взаимной поддержке из Южного Стража и Ро Хейла. Остальные письма пришли из земель ро: лорды из разных уголков страны просили о союзах или землях. Похоже, определенные представители мелкой аристократии Тор Фунвейра желали переселиться в герцогство Канарн. Она мало знала о том, как представляют себе ее город жители за проливом, за исключением того, что ее отец там не пользовался большим уважением. Бром слишком мало пробыл у власти и не успел заработать себе репутацию, поэтому именно Бронвин предстояло вести Канарн в будущее, полное неопределенности.

Лорд Хетерли из Чейза, сэр Дэвид из Рейна и еще несколько мелкопоместных дворян прислали ей брачные предложения. Каждый из них надеялся стать герцогом свободного города. Они видели Канарн безопасным убежищем, куда можно сбежать от наступающих на их земли Мертвого Бога и его Искривленного Древа. Видимо, они не очень–то доверяли рассеянным по стране армиям народа ро. Бронвин подумала, что лучше бы они взялись за защиту своих земель, чем придумывали способы с них сбежать.

«Я, лорд Хетерли из Чейза, — читала она, — в настоящем письме со всей возможной почтительностью хочу сделать Вам предложение о браке. Слухи о Вашей мудрости и красоте, несравненная леди Бронвин, достигли и моих земель, и я полагаю, что союз с древним домом Чейза сможет обеспечить Вашему городу самое радужное будущее».

С «древним домом»?! Бронвин даже не знала, где находятся земли лорда Хетерли, не говоря уже о том, как долго его семья ими правила. Где–то рядом с Дю Баном?

«У меня в замке двести слуг, и с моих земель я могу собрать пятьсот воинов. Полагаю, Вы согласитесь, что подобный вклад в защиту и процветание прекрасного города Ро Канарн послужит укреплению наших общих позиций. Я с нетерпением буду ждать Вашего согласия, после которого я отправлюсь к Вам в город, и мы немедленно начнем приготовления к свадьбе».

«Что за чушь…» — подумала Бронвин. Но этот соискатель ее руки хотя бы пытался быть учтивым. Другие же писали так, будто своим брачным предложением делали одолжение самой Бронвин. Сэр Дэвид зашел настолько далеко, что даже назвал Бронвин запасным вариантом. Он вообще–то хотел жениться на другой девушке — влюбленной в него юной леди из Водопадов Арнона. Но, к счастью для девушки, у нее не оказалось собственного города в достаточном удалении от основной части страны, вот лорд из Рейна и решил рассмотреть кандидатуру Бронвин. Леди Канарна живо представила себе, как советник или придворный священник нашептывает ему на ухо преимущества переезда в безопасный город за проливом.

Другие письма были не в пример более скромными. Фермеры и торговцы тоже хотели обосноваться в ее герцогстве, предлагая долю в прибыли в обмен на небольшие земельные наделы или городские дома. К этим прошениям она отнеслась гораздо более благосклонно. Несмотря на упрямство и несговорчивость, Бронвин приветствовала тех, кто мог внести свой вклад в развитие Канарна. В конце концов, после всех невзгод город остался полупустым. Десятки таверн и лавок, опустев после нападения на город Красных рыцарей, стояли закрытыми, и пока не нашлось никого, кто решил бы снова заняться делом и снял доски, закрывавшие окна и двери.

Девушка потерла глаза и зевнула, слишком уставшая, чтобы порадоваться возросшей популярности города.

— Миледи, у северных ворот ожидает человек с собакой, — произнес Аукер, пробудив Бронвин из полудремы.

— Что? Какой еще человек? — спросила она, выпрямив спину.

— Узколицый ранен в синем плаще. Говорит, вы его знаете.

Бронвин снова потерла глаза и подбросила дров в ближайший очаг. По чернеющим углям разлетелись яркие искры. С тех пор как генерал Фрит и брат Ланри отправились в Ро Тирис, замок опустел. Красные рыцари готовились к путешествию в лагере за городскими стенами, и уже через несколько недель они все отправятся через пролив.

— А у него на лице случайно не было такой зловещей улыбки? — спросил она. — Будто у гремлина, который доволен очередной шалостью?