Колдовской мир - 3: Полет мести - Андрэ Нортон

Он повернулся к Пире, которая пока единственная из жителей Лормта вернулась к ним. Вдали слышались звуки схватки, крики людей и лай охотничьих собак-волкодавов. Остальные продолжали преследование. Очевидно, ни одной из этих странных тварей не удастся спастись.

— Наша благодарность не может быть выражена в словах, но как вы узнали, что мы в опасности?

— Мы об этом не знали, просто сами искали чудовищ. — Худое лицо Пиры затвердело. — Этот бедняга ехал за своим скотом, держа перед собой в седле сына. Когда на них неожиданно напали, он бросился на землю, чтобы задержать их, и ударил пони по крупу. Он знал, что ребенок умеет ездить верхом, а ужас и привычка приведут лошадь домой.

Мальчик, естественно, был в истерике, но сумел внятно рассказать матери о случившемся, и она подняла тревогу. Злобные твари и раньше появлялись в этих местах, а в последнее время количество их очень увеличилось. Местные жители готовы были к встрече с ними, опасаясь, что вскоре их земля станет непригодной для жизни.

Мог потребоваться и целитель, и так как я хорошо владею луком, а Аден нет, вместо нее поехала я.

Воин кивнул.

— Храбрый человек, — сказал он, поглядев на труп и вздрогнув при воспоминании об этих тварях. Пастух пожертвовал собой, спасая сына. — Тяжело будет ребенку об этом вспоминать, хотя самого ужасного он не видел.

— Да, это так, — отозвалась женщина из народа фальконеров. Ей нравился Тарлах, несмотря на все, что она знала о поведении фальконеров. — Шум охоты затихает, — заметила она. — Скоро мы сможем вернуться в Лормт и попытаемся оставить позади события этого дня.

— Да, хорошо, что он скоро кончится, — согласился Тарлах, но слова его прозвучали тяжело. Нужно нечто большее, чем сытный ужин и спокойный сон, чтобы снять тяжесть с его сердца.

Глава пятая

Капитан фальконеров придвинул стул ближе к ревущему огню. Тепло стало наконец проникать к нему, хотя он еще не снял свой тяжелый плащ.

Этот невыносимый холод — последствие плохо залеченной раны, которую он получил в самом начале своей карьеры, когда Псы все еще осаждали Высокий Холлак. Конечно, это не болезнь, а просто неудобство, и в обычных условиях он не снисходил до того, чтобы замечать его. Однако сейчас настроение у него плохое, и он поддался требованиям организма.

И тепло наконец подействовало. Тарлах ощутил сонливость, физическую расслабленность, и только вялость помешала ему отправиться в постель. Огонь в комнате разожгли заранее, перед его возвращением.

Неожиданно лицо его напряглось. По правде говоря, спать он еще не хотел. Он слишком хорошо знал себя, чтобы надеяться быстро заснуть, когда его не оставляет ощущение поражения и чувство вины.

Глаза у него стали мрачными, как свинцовое небо, грозящее снегом. Снова Уна из Морской Крепости доверилась ему, и снова он не сумел уберечь ее от опасности. Сколько раз еще смогут они уходить от гибели? Сколько еще?..

Послышался стук, Тарлах отвернулся от огня, неохотно потянулся за шлемом, разрешив войти. Дверь у него не заперта, хотя ему никого не хотелось видеть сегодня вечером. Да он и не ждал никого. Может, что-то произошло в Лормте или с хозяйкой долины?

Вошел Дуратан. Получив разрешение, он открыл дверь, но остановился возле нее.

— Надеюсь, я не побеспокою тебя, птичий воин, но я увидел у тебя свет и понял, что ты не спишь.

— Не сплю. Входи, добро пожаловать. Чем я могу быть полезен?

— Просто хотел посмотреть, как ты себя чувствуешь, прежде чем ложиться самому. Сегодня тебе пришлось выдержать нелегкое испытание.

Глаза ученого сузились. Несмотря на сравнительно мягкую зиму, ночи холодные, и огонь разожгли рано. Маленькая комната хорошо прогрелась, и здоровому человеку не нужен в помещении плащ.

— Ты ранен, капитан? — озабоченно спросил Дуратан. — У нас есть опытные целители, хотя не такие искусные…

— Я здоров, — торопливо ответил фальконер, сбрасывая плащ. Ему стало стыдно того, что его застали в таком состоянии. — Если я доверил леди Уне своего товарища, то доверился бы ей и сам. Целительницы — это обычно женщины, и мы привыкли к встречам с ними, хотя мудрых женщин предпочитаем избегать. В их делах много колдовства.

Дуратан кивнул. Так было и до падения Гнезда, когда наемники оказывались далеко и не могли своевременно вернуться в свою крепость за помощью.

— А как себя чувствует твой крылатый? — поинтересовался он.

— Хорошо, как и сказала владелица крепости. Через несколько дней сможет летать. А как Брейвери?

— Отдыхает и наслаждается всеобщим вниманием. — Дуратан удивленно покачал головой. — Она заслужила такое имя (Брейвери по-английски — храбрость). От твоего сокола я не ожидал меньшего, но никогда не слышал, чтобы кошка так вела себя.

— Большинство животных будет мужественно сражаться, если угрожают тем, кого они любят. — Тарлах внутренне напрягся, хотя понимал, что Дуратан не стал бы так говорить, если бы у него были дурные новости.

— А как сама леди? — Было бы странно, если бы он не спросил о ней, учитывая, какую роль она играет в спасении его народа. Он рассказывал об этом Дуратану перед тем, как выехать ей навстречу.

— Никаких последствий, и можешь быть уверен, что целительницы о ней хорошо заботятся.

Тарлах улыбнулся.

— Удивляюсь, как они тебя к ней допустили.

— Она больше не больна, и не думаю, чтобы Уна из Морской Крепости позволила распоряжаться собой.

— Да, это точно.

— Вдобавок к решимости она обладает редким мастерством. Джерро рассказал, что она сражалась, как леопард, когда появились наши люди.

— Для нее хорошо, что она это умеет, не правда ли? — с горечью проговорил фальконер. — Надежда на долгую жизнь была бы у нее слабой, если бы она полагалась только на мою защиту.

Ученый взглянул на него.

— Не думаю, чтобы любой другой воин смог сделать для нее больше.

— Мы серьезно относимся к данным клятвам. Я поклялся защищать Морскую Крепость и ее владелицу от опасностей, а не только сражаться, когда нет другого выхода, но после того как началась моя служба, мы переходим от одной катастрофы к другой.

Дуратан нахмурился. Ему показалось, что он заметил озабоченность владелицы крепости, и теперь он видел, что эта озабоченность оправдана. У ее товарища мрачное настроение, гораздо хуже, чем в тот вечер, когда он рассказывал, зачем приехал в Лормт. Возможно, это просто реакция на неожиданное нападение после напряжения прошедших недель и почти полной неудачи поиска.

— Леди Уна не глупа, — спокойно возразил Дуратан, — и не робка. Если бы твоя служба ее не устраивала, она отказалась бы от нее.