Совершенно несовершенная (СИ) - Катри Кримбер

пропавшей еды. Над всем этим разве что мух не хватало в дополнение, но, к счастью, на дворе стояла зима, а их отродясь не было в такое время года. На полу были разбросаны пустые бутылки из-под лимонада, да алкоголя, а на подоконнике он приметил трехлитровую банку, которая удачно сошла за пепельницу, ведь несчетное количество окурков могло уместиться только в ней.

Однако среди этого срача его больше всего напрягли использованные шприцы, да жгуты рядом с людьми, которых он не знал, да и не хотел знать, учитывая то, что они здесь устроили. Коснувшись пальцами шеи того, кто сидел к нему ближе всех, он проверил наличие пульса и, удостоверившись в том, что компания просто спала, а не отправилась в мир иной от передозировки, убрал свою руку от незнакомца.

Услышав шум со стороны коридора, Алан вышел из кухни, тут же подтолкнув Алексию к входной двери, чтобы та не смотрела на всю эту картину. Забрав у нее чемодан с сумками, он невольно зацепился взглядом за большой шкаф в конце коридора в надежде, что там не окажется вещей девушки.

— Все взяла?

Алексия, натянув кроссовки обратно на ноги, кивнула, после чего бросила ключи на пуфик и обернулась к Алану.

— Там цветы…

Подтолкнув девушку к выходу, парень не счел нужным возвращаться за тем, что не имело для жизни никакой ценности.

— Купишь новые.

Захлопнув за ними дверь, Алан уверенно направился на выход из подъезда, не обращая внимания на мимолетный ступор Алексии, которая не хотела оставлять в квартире то, что вырастила своими руками.

Однако ради новой жизни всегда приходилось чем-то жертвовать, отчего она бросилась вниз по ступенькам, понимая, что в любом случае все то, что находилось в ее комнате из растений, не уместилось бы в машине, на которой они приехали.

Стоя на перекрестке в ожидании зеленого сигнала светофора, Алан повернул голову к Алексии, которая без какого-либо интереса рассматривала горящие вывески различных магазинов за окном. Пригревшись под струями горячего воздуха от печки, девушка не хотела лишний раз шевелиться, ведь куртка была тонкой, а кроссовки за весь день промокли насквозь. Она собрала всю свою обувь в квартире Оливии, но не успела переодеть даже носки, ведь совсем не думала об этом.

Она устала. Слишком много стресса за один день на ее, и без того измученный, организм. Она даже не удивится, если сляжет с ангиной после такого путешествия по морозу. А ведь она хотела сходить в магазин и купить теплую одежду, но так и не нашла времени на это. Ее старый пуховик сильно износился, и его пришлось выбросить по весне, но тогда она надеялась, что успеет приобрести ему замену. Однако этого не произошло, и она очень жалела об этом.

— Сигареты есть?

Алан, внезапно возжелав потравиться сизым дымом, не стал заезжать за ними в магазин. Он понимал, что за все то время, что они с Алексией не виделись из-за подготовки к конференции, девушка не могла бросить, ведь столь заядлые привычки не искоренялись по щелчку пальцев.

Алексия, сжав в кармане пачку, сжалась, но не от того, что не хотела делиться с парнем, а от того, что Алан мог вновь начать ругаться. Она не хотела скандалить. У нее уже не было никаких сил на это.

Заметив, как девушка мотнула головой в разные стороны, парень нахмурился.

Вдавив педаль в пол после того, как на светофоре зажегся зеленый свет, Алан немного устало отчерканил то, что его раздражало в отношениях между ними.

— Еще раз соврешь — выкину тебя из машины.

Хоть Алан понимал, что Алексия его боялась, отчего старалась не доводить парня, но он устал от ее лжи по каждому, даже мимолетному, поводу. Да, Алан ругался, но ругался по делу, ведь ему было не все равно, что с Алексией будет дальше.

Девушка, достав из кармана пачку, отдала ее на расправу парню вместе с зажигалкой внутри. Она ожидала увидеть то, как ее единственное спасение от стресса полетит в окно, но, к его удивлению, Алан закурил сам, на первых затяжках закашлявшись с непривычки.

Парень не собирался увлекаться. Хотел немного отвлечься от вороха мыслей, что копошились, словно мыши, в его голове. Та картина на кухне квартиры, в которой жила девушка, до сих пор стояла перед глазами. Он никогда не сталкивался с наркоманами вживую. Видел картинки в интернете, писал еще по школе рефераты на тему того, что это плохо, но кто бы знал, что, увидев все это своими глазами, вживую, это произведет на него такое впечатление? А главное — он мог лишь предполагать, какое отношение имела Алексия ко всему этому.

Девушке же было неинтересно, чем Оливия занималась со своей компанией. Она давно перестала заходить на кухню даже за тем же кофе. В квартире лучшего друга она спала, принимал душ, да меняла одежду, после чего уходила на работу, стараясь не попадаться на глаза ее хозяйке. После того разговора по телефону по поводу резко пропавшего телевизора она перестала волноваться по поводу вещей, которые ей никогда не принадлежали. Главное — та компания не тронула ее вещи, которые находились так близко к ним. Она открыла чемодан с деньгами, и те лежали так, как она видела их в последний раз, когда убирала в него купюры со своей подработки.

Завалив их какими-то вещами с вешалки, она с трудом справилась с молнией, после чего отдала чемодан в руки Алану, который впоследствии спустил его в свою машину и кинул на заднее сидение.

О том, что Алексии стоило бросать все деньги на карточку, на которую приходила ее зарплата из цветочного ларька, она стала раздумывать лишь после того, как оставила чемодан наедине с Оливией и ее компанией. Но, в микрорайоне, в котором они проживали, не было терминала, а идти до ближайшего банка после подработки у нее не хватало сил. К тому же, чемодан все равно лежал без дела, поэтому она сделала его своеобразной копилкой, в которую все это время умещались все купюры, без исключения. Стоило все же сказать Оливии спасибо за то, что, не смотря на их сложные отношения, она сдержала свое обещание, и не стала тормошить все ее вещи. Она с таким трудом собирала все эти деньги на свое будущее, отчего расставаться с ними ей было бы очень болезненно и трудно.

Бросив пачку между ветровым стеклом и приборной панелью, Алан приоткрыл окно со своей стороны, чтобы сбрасывать за него пепел. Он не знал, каких