Паутина судеб - Елена Козак

   Я затянула шнуровку, еще раз взглянула на брата и вышла из комнаты, медленно спустилась по скрипящей от каждого моего шага лестнице и вышла из трактира. На улице пришлось прибавить шаг. До полуночи оставалось мало времени, а путь был неблизким.

   Тирин открыл глаза и долго смотрел на захлопнувшуюся дверь, скрипнул зубами и поднялся на ноги. На ночь он не раздевался. Подозревал, что придется быстро собираться, каждая минута будет на счету. Так и оказалось. Интуиция в который раз не обманула. Тирин скрипнул зубами, припоминая тот день, когда не прислушался к кричащему внутри него голосу. Сидел в каком-то баре...

   - Эй, плесни мне еще! Хорошая в этом году смородиновка. Но такую только здесь подают!

   - Для вас, господин, и стараемся, - девчонка в переднике угодливо улыбнулась, за что удостоилась шлепка по мягкому месту.

   - А ведь ты права, душа моя. Может, с нами сядешь, выпьешь, на игру посмотришь, может, мне подскажешь чего.

   - Я бы рада, господин, - подавальщица легко увернулась от рук клиента. - Но правил-то я совсем не знаю, да и работать мне нужно.

   - Да, оставь ее, Тирин! - подал голос бородач, сидевший в углу. - Бабы только несчастья приносят. Давай, лучше откроемся!

   - Изволь, - Тирин перевернул карты рубашками кверху. - Что ты там о несчастьях болтал? Мне девчонка эта удачу принесла. Первый выигрыш.

   Бородач сокрушенно поцокал языком, завистливо поглядел, как Тирин сгребает весь кон себе, и неожиданно предложил:

   - А давай еще, отыграться хочу?

   На мгновение в голове у Тирина прозвучал голос: "Не делай этого! Иди домой". Но граф отмахнулся от напутствия. Удача ему улыбалась, зачем оставлять ее, не воспользовавшись ее дарами по полной?

   Воспользовался, как же! В следующей игре противник выиграл, затем еще раз и еще. Денег становилось все меньше. Но не может же он - Мирра, остановится! Никогда!

   - Еще!

   В ту ночь он проиграл последний злотый, даже остался должен. Пришлось писать расписку, и это в их, бедственном положении. Но есть долг чести и слово дворянина. Тирин не забыл об этом и спустя год после той игры. Точнее, не то, чтобы забыл - снова повторил свою ошибку. Сказал, что обязан тому игроку. Фреду, или как его там. Но ведь он не знал, что это знакомый сестры, не знал, что они так скоро после злополучной игры ее отыщут.

   Тирин запер за собой дверь и пошел по лестнице вслед за Элен. Интуиция... В ту ночь он не просто проиграл последний грош, в ту ночь исчезла сестра. Пришел бы он во время домой, помешал бы ее исчезновению.

   Но прошлое не перепишешь, а будущее - можно. Потому-то сейчас Тирин и крался вслед за "горячо любимой" сестрицей.

   - Нет, вот ты скажи, маги - нормальные люди? - монотонно бубнил себе под нос полноватый стражник, поминутно сплевывая в сторону. - Отдохнуть ни дня не дадут.

   - Лучше, чтобы в нашем городе мразь какая появилась? - все же услышал причитание стражника его напарник.

   - Не лучше, но с их-то силой можно самим все сделать, а не нас припрягать!

   - С их силой можно и твои причитания услышать. Не больно-то в голосе у тебя почтения. А они этого, знаешь, страх, как не любят. Так что, заткнись!

   - Да прав ты, прав, но все равно чудно это как-то. По прошлому разу, с полгода назад это было. Да ты, наверно, не помнишь, не служил еще у нас. Молодой слишком.

   - Я уже год эти улочки патрулирую. Помню ту паутинку, как они ее называли, как все огни в городе погасли, помню. А чего сейчас так не сделали, да откуда мне знать? Может, слишком крупная рыба в сети должна попасть. Много магии на нее надо угробить.

   - А мы значит пышечное мясо?! - разъярился полноватый стражник. - Коли помрем, не страшно!

   - Да может, еще другая причина есть. Был я у капитана, когда к нему этот маг пожаловал. Молодой еще. Видел я его пару раз в городе, в таверну "Вкуснотище" он часто заглядывает. Подавальщица тамошняя - Марьша, вроде, говорила он ее родственник. Так вот, может, маг этот просто козырь хотел себе заработать. Слышал, что люди поговаривают, в Университете этом в последнее время странные дела творятся?

   - Да люди всегда о чем-то бают.

   - Не скажи, - человек заспорил. - Сейчас совсем что-то странное. Вот и нет между магистрами веры, грызутся они. Маг этот и пришел к нашему капитану, а не к своим. Не доверяет, значит. Просил он найти еще какого-то мага. Кто знает зачем. Какое же у имя, у того, кого нам искать? Джасс? Джесбург? Не вспомнить. Ну да ладно, думаю ничего особенного. Одна бессонная ночь нам, да остальным ребятам, которых город патрулировать послали, а потом и премиальные будут.

   - Ага, жди от них. Еще и ворота невесть зачем приказали закрыть. Ни въехать в Риан, ни выехать. Ладно, выбора-то нет, против магов не попрешь, пошли патрулировать!

   - Привет!

   Я не ответила. Слова ведь только мешали. Да и не было на них времени. Не важно, что хотел мне сказать Фред. Слова ничего не изменят. Я уеду уже завтра. Просто сегодня ночью хотелось его увидеть, быть с ним, принадлежать ему до конца.

   Прочь слезы, мысли, чувства. Только безумное наслаждение, горячая волна, что поднималась с глубины души, его губы на моем теле, опасное безумие, страсть, руки, что бережно и крепко прижимали меня к себе. Шум прибоя, что заглушал мой стон и горячий песок, на который мы опустились.

   Я чувствовала, что он хочет что-то сказать, но не давала ему это сделать, закрывала его губы своими губами. Тихо шептала: "Молчи!" и "Я люблю тебя", а потом уткнулась носом ему в шею, в который раз за этот нестерпимо долгий день делая вид, будто заснула.

   Вставало солнце. Оно делало это сотни раз до этого дня, я и не обращала на него внимание. Просто медленно встала, снова завязала шнуровку на платье, последний раз взглянула на спящее, умиротворенное лицо Фреда, вытерла, неизвестно откуда взявшуюся на лице слезу и медленно пошла вперед.

   Еще долго за моей спиной слышался шум прибоя, впереди же царило безмолвие, да и пейзаж был обыденным - песок, и начавшие появляться на горизонте одноэтажные строения. Пригород Риана не отличался изяществом, роскошью, обыкновенные лачуги, в которые еще год назад я бы побрезговала зайти.

   Чуть слева виднелось высокое, ветвистое дерево. Я глядела на его листья, стараясь утонуть в их зелени, не позволяя себе обернуться и насладиться более приятным пейзажем. Морем, чайками, а еще телом Фреда, с которым я больше никогда не увижусь. Он и был той причиной, по которой мне так нестерпимо хотелось обернуться, а вовсе не голый песок и вода, как ни убеждала я себя!

   Но оборачиваться нельзя, не уйду ведь потом. А вернуться в трактир надо до того, как проснется Тирин, как заметит мое отсутствие. Брат не тот человек, что поверит в мои отговорки, будто я просто пошла прогуляться!