Сальери - Сергей Нечаев

Эдуард Мёрике в своей книге о Моцарте отмечает: «Чаще всего Моцарт искал отдохновения вне стен своего дома. <…> Что в удовольствиях, что в трудах Моцарт равно мало считался с мерой и пределами»{357}.

Констанце оставалось только сидеть дома и тихо ревновать. Так, собственно, она и делала. Например, она ревновала мужа к певице Йозефе Душек, и ревность эта «была совсем не та, что к субреткам и горничным, с которыми Моцарт всегда не прочь был подурачиться»{358}. «Дурачился» он довольно часто, но при этом нет никаких веских оснований предполагать наличие у Моцарта сифилиса. Почему? Да потому, что, во-первых, болезнь эта имеет несколько иную клиническую картину, а во-вторых, были здоровы жена и двое сыновей Моцарта (младший родился за пять месяцев до его смерти), что исключается при больном муже и отце.

В одной из своих книг о причинах смерти Моцарта доктор Дитер Кернер из университета им. Иоганна Гутенберга в Майнце написал: «Стремительно наступившая гибель, внезапная смерть нуждаются в лучшем объяснении, чем приписывание множества различных болезней. Сегодня больше, чем когда-либо, можно считать вероятным, что Моцарт был отравлен. Картина острого отравления ртутью почти полностью присутствует»{359}. С другой стороны, Эрнст Вильгельм Гейне недвусмысленно намекает на то, что «ртуть считалась вплоть до конца девятнадцатого века действенным средством против сифилиса»{360}.

Но ртуть надо было где-то найти. Конечно, яд мог поступать через Готфрида ван Свитена, отец которого, лейб-медик Герхард ван Свитен, первым начал лечить сифилис «настойкой ртутной по Свитену» — раствором сулемы в водке. А Моцарт часто бывал в доме фон Свитенов…

У Эрнста Вильгельма Гейне читаем: «Моцарт принимал яд многие месяцы и замалчивал этот факт перед молодой женой, чтобы еще больше не волновать ее. Только за несколько дней до смерти он признался ей: “Мне осталось недолго, мне дали яду”. Он никого не обвиняет и не подозревает. Ему его дали. Он же добровольно его принял»{361}.

Возможно, именно поэтому первым к постели умершего прибежал Готфрид ван Свитен. Он боялся быть втянутым в скандал со ртутью, боялся за свою репутацию. Возможно, он-то и убедил жену Моцарта не делать вскрытия…

Не исключено, что он рассказал Констанце правду и она тоже испугалась скандала. Но возненавидела мужа-изменника и на его похороны не пошла. Позднее, кстати, она сожгла многие письма мужа, а многие «слишком интимные» места в оставшихся письмах сделала нечитаемыми. Вопрос: почему? Наверное, потому, что для потомков гений должен был остаться добродетельным…

Версия шестая: смерть от болезни, неправильное лечение

Сразу же оговоримся, что эта версия представляется нам наименее романтической, но зато самой близкой к реальности.

Эрнст Вильгельм Гейне пишет: «Врач предписал умирающему ледяные компрессы. Этот человек, должно быть, был невероятным невеждой. Доказано, что этим предписанием он лишь ускорил смерть пациента»{362}.

Он же задает вопрос: «Варварский метод лечения этого врача стал причиной смерти? <…> Тогда мы имеем дело с неосторожным убийством. Или он убил преднамеренно?»{363}

Ответ на этот вопрос прост: врач не убивал Моцарта преднамеренно, так как у него не было и не могло быть для этого мотива. Проблема заключалась исключительно в том, что в XVIII веке медицина как таковая находилась на весьма примитивном уровне.

Но почему не было проведено вскрытие? Этот вопрос уже выглядит гораздо серьезнее, и ответа тут может быть только два: либо причина смерти была точно известна, либо что-то хотели тщательно скрыть. Но если что-то хотели скрыть, то что? И зачем тогда вызывали лечащего врача?

Имена врачей, лечивших Моцарта, нам известны — это Томас Клоссет и Маттиас фон Саллаба. Они поставили диагноз: просянка. Так называется одна из разновидностей угрей, напоминающая крупицу белого цвета, плотную на ощупь. По большому счету, это не опасно: угри вскрывают продезинфицированной спиртом иглой и удаляют выдавливанием.

В 2000 году доктор Фейт Фицджералд, профессор Калифорнийского университета, высказала предположение о том, что Моцарт умер не от яда, который, согласно нелепой легенде, подсыпал ему Сальери, а от ревматической лихорадки — болезни, о которой в наши дни уже все забыли. Якобы именно ее симптомы (высокая температура, головная боль, сыпь) появились у Моцарта незадолго до смерти.

Многие врачи высказывали свои версии в связи с заболеванием Моцарта. По этому поводу Эрнст Вильгельм Гейне пишет так: «Бэр видит причину смерти в ревматическом воспалении. Бёме верит в заболевание почек и высказывается за финальную уремию[63]. Другие, такие как Гольц, говорят о хроническом нефрите[64] с отказом почек, а следующие — о почечной недостаточности с водянкой»{364}.

Развивая мысль Эрнста Вильгельма Гейне, отметим, что швейцарский врач Карл Бэр в 1966 году назвал поставленный врачами Моцарта диагноз любительским и непрофессиональным. На основании фактов, собранных врачом Моцарта Томасом Клоссетом, Бэр предположил, что у него был суставный ревматизм, острое неинфекционное заболевание, сопровождающееся болезненным воспалением суставов.

В 1983 году другой врач — Питер Дэвис из мельбурнского госпиталя Сенвинсент — опубликовал еще более подробный анализ истории болезни Моцарта. По его мнению, в 1762 году, когда шестилетний музыкант-вундеркинд начал давать концерты, он заразился инфекцией верхних дыхательных путей. Австралийский специалист пишет: «Это наводит на мысль о стрептококковой инфекции, осложненной узловатой эритемой (erythema nodosum) и ревматической лихорадкой. Диагноз же первичного туберкулеза <…> представляется менее вероятным с учетом последующих событий. Моцарт страдал частыми инфекциями верхних дыхательных путей на протяжении всей своей жизни, отягощенными, вероятно, тонзиллитом»{365}.

Считается, что последствия такой инфекции могут проявиться через месяцы и даже годы. В дальнейшем мальчик, нещадно эксплуатировавшийся тщеславным отцом, ставшим его импресарио, болел тифом, ветрянкой, бронхитом и желтухой (гепатитом А). В 1784 году, через три года после приезда в Вену, 28-летнего Моцарта начал мучить острый суставный ревматизм. При такой болезни, как известно, малейшее движение в области пораженных суставов причиняет нестерпимую боль. Но это заболевание, как правило, продолжается не дольше двух-трех дней, если его правильно лечить. В случае же с Моцартом ничего подобного не последовало. В результате Питер Дэвис сделал вывод о том, что причиной смерти композитора стало сочетание стрептококковой инфекции, почечной недостаточности, вызванной повышенной аллергической чувствительностью, известной как синдром Шенлейн—Геноха[65], а также кровоизлияния в мозг и смертельной бронхопневмонии.