Внезапная жертва - Джон Сэндфорд

Поблизости никого не было. Бандит изобразил улыбку и подошел к ним, сжимая в кармане складной нож.

– Как дела, ребята? – спросил он, обращаясь к Лашезу.

Тот наклонил голову набок. И хотя не поднял глаз, бандит видел, что он улыбается. Жертвы всегда сначала улыбаются, делая вид, что не замечают враждебных намерений.

– Может, подкинете мне несколько баксов?

Лашез поднял голову и спокойно, нарочито ласково произнес:

– Если ты сейчас не отвалишь, я отберу у тебя нож и отрежу тебе яйца.

– Я ошибся… – проговорил бандит и сделал шаг назад.

– Скажи это кому другому, «ошибся», – сказал Лашез. – Ты что-то хотел делать, вот и делай, педрила.

Бандит бросил взгляд на Мартина. Тот посмотрел на него, как на клопа.

– Ну вас в жопу! – произнес бандит и торопливо двинулся прочь.

– Нужно поскорее уходить отсюда, Дик, – взмолилась Сэнди.

– Да все отлично, – сказал Лашез Мартину. Тот кивнул. – Ну все, идем в киношку!

– Дик, прошу тебя!

Лашез притянул женщину к себе.

– Может, ты наконец замолчишь, а? Хватит скулить. Я несколько лет не был в обществе и, черт побери, сегодня хочу оттянуться по полной. Сегодня, мать твою. И ты пойдешь со мной, так что заткнись!

Лашез с трудом поспевал за действием фильма. На экране взрывались здания, машины врезались друг в друга, копы стреляли из противотанковых гранатометов. Короче, полная чушь. Мартин заснул на середине сеанса, однако проснулся, когда фильм закончился.

– Пойдемте-ка отсюда, – пробормотал Лашез.

Выйдя из кинозала, спутники прошли мимо магазина электроники: там вдоль стены выстроился целый ряд огромных телевизоров. Пока все трое шагали, на экранах появилась женщина, начальник полиции. Ее лицо уже было им знакомо из выпусков новостей.

– Стойте! – сказал Мартин, и все посмотрели сквозь стекло витрины. – Черт! Они меня засекли.

– Это значит, что они нашли пикап, – предположил Лашез.

– Мы знали, что так будет, – отозвался Мартин.

Дик взглянул на него, потом снова на телеэкран и сказал:

– Знаешь, тебя никто не узнает даже за миллион лет. Никто.

Билл посмотрел на Сэнди, та, в свою очередь, – на телеэкран, затем снова на Мартина и в конце концов кивнула в знак согласия.

Билл изучал свое экранное изображение до тех пор, пока лицо не исчезло, после чего отрывисто бросил:

– Пойдемте-ка выпьем пива.

Лашез потер ладони.

– Вот это совсем другое дело. Давайте поищем какой-нибудь бар. А ты только посмей у меня пикнуть, – повернулся он к Сэнди.

Бар спутники нашли рядом с аэропортом – стилизованный под длинную бревенчатую хижину с неоновой рекламой в витрине и сугробами грязного снега у стен, который соскребли с парковки. Над входом моргала старая вывеска из лампочек – не то «Леопард», не то «Леонард» – лампочки четвертой буквы давно перегорели, равно как и неоновые трубки на ребре здания.

На парковке, носом к входу, стояли семь или восемь легковых машин и несколько пикапов. Огромные и старые, все как одна исключительно американского производства. Внутри имелись несколько музыкальных автоматов, высокие кабинки и пара бильярдных столов. За стойкой устроился хмурый бармен.

Когда троица вошла в бар, бармен вытирал полотенцем стаканы. Посетителей было немного, человек двадцать, в основном кучковавшихся по трое-четверо, но несколько явно пришли в одиночку и сидели за отдельными столиками. Двое мужчин с прилипшими к нижней губе окурками ходили кругами вокруг бильярдного стола. Они смерили Лашеза и Мартина долгими взглядами, после чего продолжили игру.

– Давайте-ка накормим монетками музыкальный автомат. А то здесь скука, как в каком-нибудь склепе, – заявил Лашез и, подняв руки, дурашливо вильнул бедрами. – Поставим что-нибудь зажигательное!

– Не забывай, что ты старик, – шепнул Билл.

– Ладно, давайте закажем пива, – предложил Дик.

Он поставил песню в исполнении Вейлона Дженнингса, а Сэнди между тем нашла для них свободную кабинку.

Дик сел рядом с ней, Мартин устроился напротив. К новым посетителям подошла официантка. Лашез заказал три бутылки «Бадвайзера», две пачки «Мальборо» и дал девушке двадцатку.

Когда официантка принесла пиво, Дик подтолкнул одну бутылку к Сэнди:

– Пей!

Пиво Сэнди не любила, но пить пришлось. Она выглянула из кабинки и обвела глазами бар. Обычно телефоны-автоматы ставят рядом с женским туалетом. После пары бутылок Сэнди скажет, что хочет в дамскую комнату. И попробует позвонить.

Ее мысли прервала официантка: Дик заказал еще пива. Сэнди попыталась вслушаться в разговор: Лашез и Мартин вспоминали какого-то черного парня, который, сидя в тюрьме, постоянно качал в спортзале мускулатуру.

– …они подумали, у него что-то типа инсульта, потому что когда его нашли, он лежал на коврике мертвый, но ничего подозрительного, никаких травм, – рассказывал Лашез. – Поговаривали, что на него кто-то наехал. И его ткнули в ухо ледорубом.

– Чушь собачья, – изрек Мартин.

– Вот и я то же говорю. Как можно воткнуть такую штуковину в ухо парню, который выжимал четыреста фунтов? Неужели это кому-то удалось бы?

Мартин задумался.

– Знаешь, его могли подкараулить. Допустим, когда он один лежа жмет штангу. Кто-то мог подскочить и, как только он привстал, сделать свое черное дело.

– Так-то оно так, – кивнул Лашез. – Но скажи мне, где это видано, что тебе вбивают в ухо ледоруб – и нет никакой крови? Быть того не может.

Сэнди закрыла глаза. Она сидела в кабинке бара с двумя мужчинами, обсуждающими, как убить человека, который открутит вам голову, если ваша попытка провалится, и каким образом использовать оружие, которое для начала нужно еще пронести в спортзал.

Мартин постукивал по столешнице бутылкой пива.

– Самое подозрительное, что его нашли совсем одного, – произнес он. – Ты когда-нибудь видел, чтобы качалка была пустой?

– Ну, не знаю…

Открыв глаза, Сэнди поймала на себе взгляд ковбойского вида мужчины, сидевшего в кабинке напротив в обществе троих друзей. Он был примерно ее возраста. Сэнди отвела взгляд, но через секунду снова посмотрела на незнакомца. Их глаза еще несколько раз встретились, и Сэнди заметила, что мужчина что-то сказал одному из своих друзей. Тот посмотрел на нее и что-то произнес в ответ. Оба тут же рассмеялись.

Смех был более-менее приличный, никакой похабщины. Сэнди отвернулась и подумала об Элморе. Он мертв, и его тело сейчас неизвестно где. Ей предстоит заняться похоронами.