Бывшие. В поисках рая (СИ) - Ольга Ларгуз

– И что скажешь? Как я должен с тобой поступить?

Балуев отошел к окну. Вид ночного города успокаивал, отвлекал. Внезапно ему захотелось оказаться на пороге номера, где спала Ева. Постучать в дверь, услышать тихое «кто там?» и увидеть ее заспанное лицо. Обнять бы, посмотреть в любимые глаза, прижаться, вдохнуть запах…

– У меня есть предложение, Балу.

– Какое? Говори, я слушаю.

Дымов сверлил друга взглядом, пытаясь предугадать реакцию на свои слова. Не получалось. Вероятность того, что он будет послан на хер, то есть уволен по причине потери доверия, была слишком велика. Но это волновало меньше всего, головная боль заключалась в другом. То есть в другой. Главное – донести мысль верно и обосновать просьбу. Он попробует, потому что другого выхода не было.

– Я помогаю поймать поставщика дури, а ты отпускаешь нас с Жанной подобру-поздорову.

– Вас с Жанной? Именно так? Ты не ошибся?

– Да, Жень, именно так, – Кир растер шею рукой и устало прикрыл глаза. – Жанка, конечно, дура, что затеяла всю эту историю с отравлением, но ты сам прекрасно понимаешь, почему она это сделала.

– Понимаю, Кир, но это не оправдание. Жанна перешла все границы…

– Отпусти нас, Балу. Мы уедем в другой город, и ты никогда о нас не услышишь. Будешь жить тут со своей Евой, а я устрою нашу жизнь с нуля далеко отсюда.

– Зачем тебе Жанна? Ты ее любишь?

– Я всегда ее любил, Балу, – голос Дымова был тихим и спокойным. – Я любил, а она смотрела только на тебя. Она буквально помешалась на тебе, никого в упор не замечала. Я не мешал вашим отношениям, но, когда ты отказался от женщины, я забрал ее себе. Отпусти нас. Она беременна. Срок еще маленький, но врач сказал, что у Жанны какие-то проблемы по-женски и выносить ребенка будет трудно. Это мой ребенок, Балу. Я стану отцом.

Это откровение заставило Евгения замереть на месте.

Какого черта? За все время, когда он был с Жанной, начбез не проявлял ни малейшего интереса в сторону женщины. Он вел себя так, словно Жанны не существовало, но сейчас оказалось, что все это – иллюзия. Если Жанна и в самом деле беременна от Кира, – а Балу почему-то не сомневался в правдивости этих слов – то ситуация сильно усложнялась.

– Черт!

Кирилл устало улыбнулся. Надежда на чудо поднимала голову: как бы ни был зол медведь, он не планировал адской мести.

– В конце концов я прекрасно понимаю, что после всего произошедшего уже ничего не будет как раньше. Ты бы меня уволил или я сам ушел, какая к черту разница? А так я решу две проблемы одним махом. Это будет выгодно всем. Соглашайся. Как только поставщик дури окажется в клетке, мы тихо уедем. Никто и не заметит…

– Ты не прав, Дым. Как минимум один человек уже заметил. Он оказался вовлечен в эту нелепую историю. Дурачок Ромка теперь сядет, ты ведь это понимаешь? Сядет только за то, что Жанна решила наказать соперницу чужими руками. Доказательств хватит, к тому же я записал разговор с парнем, где он чистосердечно во всем признался и указал на продавца дури. Завтра мы докрутим его на тему примет, места встречи и контактов. Подключим полицию и начнем разрабатывать операцию по задержанию.

– Сука! – рыкнул Дым. Он обхватил голову руками, сдавил виски. – Жень, остановись, ладно?! Не наказывай парня! Ромка только на вид взрослый, а на самом деле – дурак дураком. Десять лет назад его родители погибли в автокатастрофе, другие родственники от пацана отвернулись. Кому нужен балласт? У него осталась только Жанна.

– И что ты предлагаешь? Закрыть на все глаза? Что я ментам скажу? Сделаю вид, что инфу сорока на хвосте принесла? А насчет преступления и наказания… Незнание закона, как и опилки в башке, не освобождают от ответственности, Кир. Если сейчас пацана не приземлить, он продолжит падение и кто знает, во что еще вляпается… Сам говоришь, дурак дураком. Попадет в чужие умные руки, станет марионеткой и что тогда?

В кабинете повисла тяжелая тишина.

– Балу… – Дымов встал перед другом как раньше. Глаза в глаза, с открытыми руками и душой нараспашку. – Отдай этого пацана мне. Я заберу его с собой и возьму ответственность за его жизнь. Еве возмещу моральный ущерб за поступки Жанны и Ромки, пусть только скажет, чего хочет. Все равно придется продать ее салоны, так что деньги будут. Закрою счет Евы и увезу своих так далеко, что ты о нас не услышишь…

– Я подумаю над твоим предложением, Кир. На сегодня все. Завтра утром встретимся в больничке, поболтаем с парнем. Сделаем дело и только после этого подобьем долги. Я все сказал.

54

Эту ночь Балу провел в офисе. Возвращаться в пустой дом не хотелось.

Он лег на диван, положил руки под голову и закрыл глаза. Бесполезно. Сон не шел. Мысли то и дело возвращались к недавнему разговору с начбезом.

– Любовь – такая сука! Терпеть пять лет… Пять! Видеть любимую женщину рядом с другим и не выдать себя ни взглядом, ни жестом… Дым железный, что ли? – Евгений пытался представить себя в подобной ситуации, но не смог. От мысли, что к Еве прикоснется кто-то другой, руки сами собой сжимались в кулаки, в глазах плыли красные круги.

Ева…

В смартфоне мужчина было много фотографий, сделанных во время его визита в Екатеринбург. Ева рядом с лошадьми, на конной прогулке, на привале у обрыва. Красивая, нежная, любимая.

Его.

Зря он открыл галерею! На образ любимой тело отреагировало моментально. Кровь прилила к паху, напряжение стало невыносимым. Выбора не оставалось.

– Да ну… – поднимаясь с дивана рыкнул медведь. На ходу сорвал пиджак и рубашку, расстегнул брюки. Он открыл незаметную дверь, за которой скрывался санузел с душевой кабиной. Упругие струи ударили по плечам, но прохладная вода не приносила облегчения, пришлось помогать себе руками.

Балу закрыл глаза, вспоминая облик Евы, ее нежные прикосновения, их поцелуй. Память с радостью подбрасывала мелкие детали: робкие прикосновения, шумное дыхание, сладкий вкус мягких губ, очертание красивой груди, которая идеально ложилась в ладонь медведя. Заряд удовольствия родился где-то в затылке, электрической дугой пробежал по позвоночнику, острым спазмом скрутил мышцы. До боли, до судорог.