Пенсия для морского дьявола - 3. Подводный охотник (СИ) - Чиркунов Игорь

— Спасибо тебе, отец войны, что так кстати оказался здесь и разъяснил нам кое-что в этом деле, — довольно ровно поблагодарил вождь главного воина.

— Не знаю, Напо, что вы тут затеяли, — повернулся Ата к старейшине рыбаков, — но звать меня ради этого дела, не стоило. И так дел много, а тут вы ещё… Ваша каста, вы и разбирайтесь.

Он махнул сопровождавшим его воинам, и они неторопливо покинули пляж.

Арииаху хотел было взять слово, но тут опять раздался голос Напо. Вот блин, да что ты никак не уймёшься!

— Вы слышали? Даже отец войны сказал, что рыбу ловят сетями. Сетями! А не дурацкими палками… Но я хочу, чтоб вы подумали вот ещё над чем! Этот человек… — он опять ткнул в меня пальцем.

Сук… Не перестанешь, я тебе его сломаю! Почувствовал, что начинаю закипать.

—… этот человек ещё и опускался под воду! Вы слышали⁈ А вы все знаете, что под воду имеют право опускаться лишь люди глубин! Я специально попросил прийти сюда отца глубин, — Напо развернулся к уже немаленькой толпе, выискивая кого-то-взглядом.

Понятно кого. Я просмотрел момент, когда Ситу присоединился к местному шабашу, но его высоченную фигуру не заметить теперь не мог. Рядом с ним мелькал Наставник, слегка помятый и хмурый. Там же виднелась злорадная рожа Кая. Кажется, я увидел ещё Маку и Алеки.

— Глубокоуважаемый Ситу, — повернувшись, и даже слегка привстав на стуле, попросил вождь, — я благодарен тебе что пришёл. Поможешь нам разобраться?

Ситу протолкался вперёд.

— Скажи, отец глубин, знаешь ли ты этого человека? — зашёлся в патетике Напо.

Но не успел Ситу ответить, как поднял руку я.

— Прости меня вождь, что открываю рот, на столь высоком собрании, — приложил руку к груди и чуть склонил голову, — но позволь мне сказать пару слов отцу глубин. Нас с ним связывают некоторые клятвы.

На словах про клятвы вождь бросил на меня быстрый взгляд. Остановил рукой уже надувшего грудь как барабан и готового разразиться гневной тирадой старейшину рыбаков.

— Говори, — кивнул коротко.

— Отец глубин, — начал я, — я помню все те клятвы, что давал, когда был Учеником. И я не нарушил, и не нарушу ни одну из них.

При этих словах, немного тревожно поглядывающий на меня, Ситу милостиво кивнул.

— И я сразу скажу, — продолжил я, воспользовавшись моментом, — я не опускался на дно. Моя добыча ходит в толще воды, и мне не зачем это делать. Более того, любой из тех, кто был там, и даже сам вождь, могут подтвердить, что большую часть времени я вообще провёл на поверхности. Да ты же сам, — я посмотрел на Ситу, — видел, как я плаваю! Ты сам тогда сказал, что мой метод не годится для человека глубин… Вот я и не пытаюсь им быть. Я просто добываю рыбу!

Напо, разве что, не скрипел зубами.

Ситу повернулся к вождю:

— Что бы вы сейчас не обсуждали, у моей касты нет претензий к этому человеку.

И, несмотря на удивлённо-возмущённые взгляды Кая на отца, вся компашка ныряльщиков ушла прочь с пляжа.

Похоже, подумал я весело, отбодались. Взглянул на Арииаху, тот ответил подбадривающим подмигиванием.

Но, не тут-то было!

— Послушайте меня! — в голосе Напо появились усталые нотки. — Послушай меня вождь… Я не хотел этого говорить, ибо дело касается другой касты…

При этих словах присутствующие резко прекратили переговариваться, тут же пропал и весь гомон.

— Думаете, я не узнавал про этого пацана? Думаете, что старый Напо совсем из ума выжил и просто так отказывается от вроде бы волшебных возможностей, что предлагает этот… молокосос? — тишина повисла такая, что вновь стало слышно шёпот волн, накатывающих на песок, шум ветра в недалёких кронах, крики птиц. — А вы знаете, за что его выгнали из касты глубин?

Ах, ты ж, скунс! Выгнали! Захотелось взять гавайку, что сын Напо бросил в прибое, не донеся до лодки, и воткнуть её в грузное брюхо немолодого аборигена.

— Да вот за тоже самое! — голос взлетел, звеня обвиняющими нотками. — И мы, и они, люди глубин, поколениями занимаемся своим делом так, как завещали наши отцы, наши деды, а им — их отцы и деды. И всегда всё было благополучно! Но, стоило на рифе Учеников появиться вот ему!… — опять толстый палец ткнул в мою сторону.

Ах, как же я хочу сломать этот палец! Не-е-ет… Я сначала возьму его и воткну этой роже прямо в глаз! А потом в жопу! А потом снова в глаз!…

—… сопляку, что возомнил себя непонятно кем! Как среди Учеников сразу же начались проблемы!

Присутствующие захлопали глазёнками. Вождь подобрался и смотрел заинтересованно.

— Не знали? — продолжал торжествующе Напо, словно прокурор на суде, «доставший из рукава» неопровержимые улики. — Скажи, Арииаху, — повернулся он к моему компаньону, — разве ты забыл, по чьей вине твой сын, на которого ты возлагал столько надежд, стал одноногим инвалидом? Ты ему доверился, ты даже сына своего вновь отпускаешь с этим отродьем, а ведь это из-за него!

Тут даже дисциплинированный Семис пытался было что-то ляпнуть из-за спины отца, но был остановлен родителем.

— Как только он, — тычок пальцем в меня, — появился, на рифе Учеников, тут же начались нападения подводных тварей. Сын досточтимого Арииаху. Другой мальчик, на которого этот человек натравил рыбу-змею. Вы видели, как беднягу покалечили? Потом и этого ему показалось мало, и другого Ученика укусила посланница морских демонов!

Хм… Я думал, что смерть Тайпена он преподнесёт как пик обвинений. Нет. Интересно, и что он заготовил «на сладкое»?

— Работа людей глубин, Напо, никогда не была лёгкой и безопасной, — голос Арииаху звучал ровно и спокойно, словно на него никакого впечатления не произвели все доводы старейшины. — И раньше погибали Ученики. И раньше на них нападали те, кто живёт под водой. Именно поэтому мы все так уважаем наших ныряльщиков. Именно поэтому племя для них готово пойти на любые жертвы.

Последние слова Арииаху обратил уже к собравшимся. И, кстати, многие охотно кивали.

— Всё так, досточтимый, всё так, — кивнул Напо, словно соглашаясь. — Но скажите мне, помнит ли кто-то из вас? Или может отец ему рассказывал, или дед… — он сделал паузу. И обрушился, словно тонна камней. — Чтоб на людей касты глубин хоть кто-то, из ходящих под этим небом, поднял руку!

По толпе пробежал ропоток. Люди переглядывались, спрашивали друг друга в полголоса. По всему — широкой огласки дело не получило.

— Люди войны с острова Двурогой горы приплыли на риф Учеников… Да, да! Они на него высадились! И собирались похитить трёх дев, что там проходили обучение! — экспрессия Напо достигла апогея. — Так скажите мне, когда ещё такое было?

Народ снова словно впал оцепенение.

— А я скажу… Только тогда, когда нашёлся… один выродок, который решил, что боги не для него дали людям законы и наставления. Про то, что человеку воды нельзя работать в лесу, как и человеку земли лезть под воду. Что не должен в руки брать оружие человек, который не рождён стать воином. И что рыбу надо ловить сетями!

Громкий ропот и несмелые крики одобрения прокатились по довольно внушительной толпе, словно мы и не на обсуждении дел касты сетей, а на первомайском митинге каком-нибудь!

— В общем, — видно было, что Напо и сам устал от такой длинной речи, — вождь, ты у нас самый мудрый из всех, не даром столько лет племя живёт и процветает благодаря твоим советами и указаниям. За тобой, конечно, последнее слово… Но я, — он прижал руку к груди, — старый Напо, старейшина касты сетей, касты, что кормит всё племя, заявляю. Не будет в моей касте такого, чтоб рыбаки, словно ныряльщики, лезли под воду с палками, использовали оружие, вместо того, чтоб забрасывать честные сети. Мы — каста сетей! И этим всё сказано. Наша работа — забрасывать сети, и вынимать их с тем, что послали нам духи воды. Мы не каста глубин и не каста воинов. Пусть этим занимаются в других кастах. Мы будем забрасывать сети. А кто не станет это делать?… — пауза. Напо вновь нашёл глазами меня и, прямо в лицо, выплюнул: — Тому не место в моей касте!