Тайны гибели цивилизаций - Виктор Иванов

Характерной деталью сооружений майя является то, что их возводили на искусственных платформах из камня в форме пирамиды с усеченной вершиной. Стены храмов и дворцов, как правило, очень толстые, облицовывались каменными плитами с резьбой. Внутрь зданий вели необычайно узкие и низкие входы, а своды комнат имели вид удлиненных остроконечных арок, характерных лишь для архитектуры майя. И вообще эти здания производили бы впечатление приземистых крепостей, если бы не сюжетные барельефы, украшавшие их стены сверху донизу. На них изображены головы людей и животных, страшные змеи и идолы, напоминавшие химер средневековых соборов, будто выхваченных из бредового сна, но стиль барельефов отличается выразительностью и точностью рисунка.

Среди руин встречаются здания с такими маленькими входами и комнатами, словно их построили для пигмеев. Наиболее известен так называемый Дом Карликов. Правдоподобно предположение, что майя строили эти дома для духов или даже для каких-то мифических существ, которым они желали дать приют.

Город майя Чичен-Ица превосходил все другие города пышностью архитектуры, богатством скульптур, красотой цветных фресок, но главное своими размерами: он занимал свыше 3,5 квадратных километров.

Приблизительно в центре города возвышается, касаясь облаков, громадное круглое сооружение. Когда-то здесь размещалась астрономическая обсерватория майя. Ее окна расположены так, что взгляд по прямой линии попадает на определенные созвездия. Но наиболее интересен стадион. Надо сказать, что майя были страстными любителями игры в мяч. Мы видим на стадионе огромную стену, украшенную барельефами, с карнизом в виде извивающихся змей. На стене горизонтально укрепленный каменный обруч радиусом в полтора метра.

На этом стадионе жители Чичен-Ицы следили за жаркими состязаниями разных команд, бились об заклад, восторженно приветствовали своих любимцев и осыпали бранью и насмешками тех, кто не оправдал их ожиданий. В хрониках сообщается, что проигравшие должны были у всех на виду раздеться догола и отдать свою одежду победителям.

В северной части Юкатана на небольшом расстоянии друг от друга находятся два других города — государства майя — Ушмаль и Майяпан. Богатством архитектурных и художественных памятников они почти не уступают Чичен-Ице.

Среди гор и девственных лесов мексиканского штата Чиапас белеет древний, священный город майя, который именуют Паленке — по названию соседней индейской деревеньки. Если учесть то обстоятельство, что каменная часть города была религиозным центром, где жили только жрецы и аристократия, а все остальное население обитало в мазанках, от которых, естественно, не осталось и следа, следует предположить, что город насчитывал в период расцвета около 100 тысяч жителей. Эта громада покрытых изображениями, тщательно отесанных каменных глыб производит неизгладимое впечатление. Достаточно сказать, что там сохранилось 18 прекрасных дворцов и храмов, а также 22 других сооружения, среди которых — высокая башня для астрономических наблюдений. Все эти постройки были возведены на фундаментах в форме пирамид.

Считалось, что пирамиды майя, в противоположность египетским пирамидам, не являлись гробницами царей, а служили искусственными подножьями храмов и дворцов. Но однажды археолог Альден Масон заметил на полу Храма Надписей в Паленке какую-то плиту с отверстиями. Когда ее подняли, показалась узкая, забитая камнями лестница, ведущая в глубь пирамиды. Четыре года продолжалась кропотливая работа — и, наконец, археологи вошли в маленькую комнату с большим каменным саркофагом, в котором находились кости пяти молодых индейцев — двух девушек и трех юношей. Огромное количество украшений из яшмы указывало, что молодые люди — наверно, жертвы религиозного ритуала происходили из аристократических родов. Через треугольный вход, закрытый многотонным монолитом, исследователи вошли в огромный зал, буквально очаровавший их своими сталактитами, свисавшими с потолка, и сталагмитами, торчавшими с пола лесом игл.

Посредине зала стоял тяжелый каменный саркофаг с останками какого-то короля или высокого жреца. Покойник был усыпан украшениями из зеленой яшмы, а его лицо закрывала маска, отделанная мозаикой из плиток яшмы. Ткань одеяний совершенно истлела.

Саркофаг был украшен сюжетным орнаментом и иероглифами, из которых Масон сумел выделить дату: 27 января 603 года…

Паленке принадлежал к городам старой империи майя. Следует отметить, что археологи делят их историю на два больших периода: новую и старую империю. Первые майя населяли южную часть Юкатанского полуострова, современные — Гондурас, Гватемалу и мексиканские штаты Чиапас и Табаско, Это было приблизительно с X века до н. э. до VI века н. э. На первые века нашей эры приходится вершина расцвета старой империи. Около 610 года н. э. в государстве майя произошло нечто совершенно беспримерное в истории мира. Однажды население закопало свои пожитки и навсегда покинуло города с их замечательными улицами и площадями, храмами и дворцами, чтобы в северной части Юкатана возвести совсем новые города — Чичен-Ицу, Майяпан и Ушмаль.

Как только ученые убедились в исторической достоверности этого, отовсюду, как из рога изобилия, посыпались различные теории, пытающиеся его объяснить — от нашествия завоевателей и страшных стихийных бедствий до глобального изменения климата.

Однако разгадка этой тайны майя оказалась весьма прозаичной.

Отсталость, спесь и оторванность аристократии от жизни народных масс привели к тому, что общество остановилось в своем развитии. Это особенно отразилось на сельском хозяйстве, где методы обработки земли были чрезвычайно примитивными. Достаточно сказать, что майя не знали даже плуга.

Чтобы вырастить кукурузу, крестьянин поджигал участок джунглей и на полученной таким образом полянке делал заостренной палкой ямки, в которые бросал зерна. Когда земля на участке истощалась и переставала родить, он переходил на другое место, потому что удобрять землю майя не умели. Заброшенные участки зарастали джунглями и только много лет спустя их молено было снова обрабатывать.

В поисках урожайной земли крестьяне углублялись в джунгли, удаляясь от городов, которые им приходилось кормить. Жить горожанам становилось все труднее, в их дома начинал заглядывать голод. Огромные пространства оказались истощенными, и народ понял, что единственное спасение — это эмиграция. В то время, когда на севере возникала новая империя, древние города Уашактун, Тихаль, Наранхо, Копан и Паленке затерялись в диких зарослях, тысячи лет скрывавших от людских глаз руины старой империи.

Из хроник, написанных в XVI–XVIII вв. на языке майя латинскими буквами (книги Чилам Балам), мы узнаем, что в северном Юкатане существовало три главных политических центра: города-государства Майяпан, Чичен-Ица и Ушмаль. Властителями Майяпана были жрецы во главе с королем, которые считали себя непосредственно потомками белого бога Кукулькана и поэтому носили искусственные бороды. В Чичен-Ице же и Ушмале правили воины, вожди аристократических военных каст.

В 1000 году названные города объединились в федерацию, но, уже около 1200 года между ними разразилась война. Вождь армии Майяпана Хунак Кеель с помощью наемников из племени тольтеков захватил и разрушил Чичен-Ицу, а его правителей увел с собой как заложников. В 1441 году в захваченных городах вспыхнуло восстание. Войска повстанцев под предводительством князя Ушмаля из династии Шиу превратили Майяпан в груду развалин. После этих событий разбитая и ослабленная страна майя стала легкой добычей ацтеков.

Когда прибыли испанцы, древней культуры майя уже не существовало. Потомки великих зодчих, художников, астрономов распались на слабые, полудикие племена, говорили на разных наречиях, отличались друг от друга одеждой и обычаями, а о своей общей славной истории имели туманное представление. Правда они исповедовали старую религию, но уже в довольно искаженной форме. Такими их застал де Ланда.

Города новой империи постепенно утонули в глубинах джунглей, как в морской пучине, и никто о них уже не упоминал. Только некоторые племена индейцев в руинах этих городов совершали свои тайные религиозные обряды.

Глава 20

ЖЕСТОКИЕ АЦТЕКИ

История испанских завоеваний в Америке, тайна гибели великих индейских цивилизаций заставляет нас вновь возвращаться к книгам Керама и Косидовского, ярко описывающим грандиозные события тех времен и отличающимся глубокой литературной обработкой исторических материалов и описаний и записей свидетелей.

Эрнандо Кортес, сын обедневшего испанского дворянина из Эстрамадуры, смолоду был повесой и ловеласом, каких мало. Пьянками в компании таких же бездельников, скандалами и тайными амурными делами он в конце концов так разозлил добропорядочных мещан, что ему пришлось, спасаясь от гнева городских блюстителей порядка, пуститься в богатые странствиями путешествия. Это был 1504 год; после первой экспедиции Колумба не прошло и 12 лет. О золотых сокровищах Антильских островов ходили такие легенды, что от них могла закружиться голова не только у отчаянного Кортеса, но и у самого старого и почтеннейшего жителя Испании.