Ненависть - Ким Ынджон

в полной тишине. Шумный бамбуковый лес. В месте, где он находился, было так шумно, что вряд ли его кто-то мог услышать.

* * *

В день съемок атмосфера спокойствия в квартире снова была нарушена.

– Ты редко ухаживаешь за своей кожей, я права? – спросила визажист, когда готовила кожу Гынён к макияжу.

– Ну…

Ей нечего было сказать. Если бы у нее были деньги на уход за лицом, были бы деньги и на нормальную еду. Она и не пользовалась никогда какими-то специальными средствами, так как во время работы у нее просто не хватало на это времени.

Гынён сжала кулаки от досады.

– Постарайся ухаживать за собой, иначе мне будет сложно сделать ровный тон кожи.

Гынён всегда устраивало то, как она выглядит. Ей казалось, что дорогущие средства для кожи просто того не стоят. Однако сейчас, когда на время съемок с ней работали визажисты, она увидела разницу. В ответ на слова визажиста она лишь улыбнулась и сказала, что просто не привыкла к такому.

– Давайте еще раз все обговорим, пока едем на место. А то ты всегда спишь, пока мы в машине, – сказал продюсер Хан Гынён.

Когда они наконец прибыли, Худжун уже вовсю болтал с персоналом. Вдруг Гынён снова вспомнила о девушке, о которой говорил Худжун.

Похоже, они продолжают видеться. Хотя не факт. Он сказал, что потерял ее, поэтому вряд ли они сейчас пересекаются.

Гынён покачала головой, думая о том, что больше не будет лезть не в свое дело и уж тем более шпионить. К ней подошел Джихян и тоже начал качать головой.

– Привычка? Почему вы качаете головой?

Джихян лишь снова покачал головой.

Гынён была смущена, так как не понимала, что происходит.

– Джун сегодня отменил все свое расписание. Говорит, что повредил лодыжку.

После слов Джихяна девушка посмотрела на руку Худжуна: она была аккуратно замотана. Затем взглянула на его лодыжки.

Одна и правда была перевязана. Вчера все вроде было нормально. Неужели он упал, когда возвращался домой?

– Сегодня продюсер приготовил кое-что интересное. Он хочет, чтобы за сегодняшний день Худжуну и Гынён удалось немного сблизиться. Справишься?

Джихян так аккуратно спросил ее, словно в китайском ресторане уточнял про блюдо с жареным кимчи. Словно уже считает, что это невозможно сделать.

– Я пока не знаю. Но думаю, идея хорошая.

На самом деле ей хотелось рассказать Джихяну о том, что они с Худжуном даже начали немного ладить, когда вместе пили соджу и ужинали, но она так и не решилась.

– Почему бы нам не отправиться в Сеульский лес[18], чтобы подышать свежим воздухом? – спросил Джихян с явным облегчением после слов Гынён.

Девушка неуверенно кивнула, а затем вздернула подбородок.

– Постарайся в машине тоже иногда разговаривать с Худжуном. Так будет веселее, – сказал только что подошедший продюсер.

Девушка не задумываясь кивнула.

После того как съемки закончились и у Гынён взяли небольшое интервью, она поспешно вышла в прихожую и надела туфли.

– Ой, подождите!

Закончив обуваться, она обернулась.

– Похоже, это пакет Худжуна, но он забыл взять его. Передайте ему, пожалуйста.

Сотрудник площадки протянул небольшой черный пакетик.

– Да, конечно.

Девушка взяла пакетик и положила себе в карман.

– Простите, но не могли бы вы передать эту коробку съемочной группе? Им это понадобится.

Другой сотрудник подал Гынён коробку.

– Да, хорошо.

Она взяла все вещи и направилась на стоянку, где ее уже ждали Худжун, Джихян, продюсер и вся съемочная команда. В тот же момент продюсер, увидев Гынён, крикнул:

– Мы уже опаздываем! Поторопитесь!

– Да, иду!

Гынён немного смутилась из-за того, что заставила всех ждать, взяла коробку и села в машину Худжуна. Как только фургон тронулся, она тут же потянулась, чтобы пристегнуть ремень безопасности. Вскоре фургон выехал с парковки рядом с домом Худжуна.

Воцарилась тишина. Гынён взглянула на Худжуна, который не отрываясь смотрел в окно. На мгновение ей показалось, что в лучах солнечного света он и вправду выглядит прекрасно.

Знал ли он, что, когда рассказывал ей ту историю, она не спала и все слышала?

Что же случилось между ним и той девушкой? Гынён вспомнила, с какой грустью и тоской он говорил о ней в тот вечер.

История, которая не давала ему покоя и которую он никому не мог рассказать, показалась Гынён интересной, но в то же время ей было его немного жаль. Неужели такой человек, как Худжун, способен по-настоящему любить?

Он ведь такая крутая знаменитость, даже немного бунтарь, но все же способен любить.

Задумавшись над этим, Гынён посмотрела на него еще раз и почувствовала, что лед между ними начал понемногу таять. Теперь он уже не был таким незнакомцем для нее.

Вероятно, из-за своей популярности Худжун не познал настоящей любви, так как не мог даже открыто рассказать о своих чувствах. Но теперь Гынён казалось, что он знает о любви больше, чем она сама.

Она никогда не влюблялась. Она все время была поглощена своей работой, а теперь даже немного завидовала ему, так как, несмотря на свое разбитое сердце, Худжун хотя бы раз в жизни испытал настоящую любовь.

Внезапно девушка почувствовала пустоту в душе. Настоящая любовь всегда поражает воображение, даже если ее испытываете не вы, а кто-то другой.

Гынён ощутила, что атмосфера в фургоне стала гнетущей. Вдруг она почувствовала себя очень неловко.

Оператор громко вздохнул, и девушка вспомнила, как кто-то говорил, что это шоу – лишь пустая трата времени, так как особо ничего и не происходит. Она вспомнила слова продюсера Хана, который просил ее завести разговор в машине. Теперь Гынён судорожно размышляла о том, что сказать.

Девушка долго размышляла, и вдруг ей на ум пришло имя ее школьной подруги.

– Худжун, вы знаете, когда я училась в школе, у моей подруги было очень забавное имя.

Внезапные слова Гынён выдернули Худжуна из раздумий, и он повернулся к ней. Встретившись с ним взглядом, она улыбнулась, но он все так же холодно продолжал смотреть на нее.

– Знаете, как ее звали?

Худжун скрестил руки на груди и, приподняв уголок рта, вопросительно продолжал смотреть на нее.

– На самом деле у нее было две старшие сестры – Сонхи и Сонми. Ее родители ожидали, что в третий раз родится мальчик, но когда их ожидания не оправдались, то они решили назвать ее мужским именем. – Гынён продолжала рассказ с ухмылкой на лице. Худжун сидел не двигаясь и все так же вопросительно смотрел на нее. Тогда голосом, полным предвкушения, Гынён спросила: – Символом их рода был дракон, как