Операция Гемма - Николай Раков

Первый копар, пытавшийся выйти из помещения, был остановлен и осмотрен стоящим в двери солдатом, который дернул его за шерсть и заглянул в рот, задрав животному голову. Со вторым он проделал те же самые манипуляции.

Шаман подал сигнал Самуму, и оба через несколько секунд взяли под свой мысленный контроль обыскивающих. Маскировка не спасала. Двор был полон гаюнами, и оттуда наверняка страховали солдат, находившихся в копарнике.

— Что делаем, командир? — спросил Колдун, поигрывая автоматом, снятым с плеча гаюна. — У нас есть заложники.

— Миша, не смеши. Плевать они хотели на двух солдат, — сказал Самум.

— Значит, нам нужно захватить минимум генерала, — проговорил Шаман, — а так как его здесь нет, придется попросить отвезти нас к нему.

— Значит, вариант «гости»? — спросил психолог.

— Ну мы же не хотим поселиться в их тюрьме, даже элитной, навечно. А в гости зайти можно, если нельзя отказаться от приглашения.

— Гарантирую, что у них там отвратительно кормят, а у меня нет желания питаться всякой дрянью, — высказал свое мнение инженер.

— Вот вам и мотив, чтобы долго не злоупотреблять гостеприимством, — поддержал Шаман.

— Если Мишка опять разнесет их базу, как на Сохара, то ему придется присваивать еще одно почетное звание, — сообщил Самум.

— Присвоим, если он не против, — проговорил Шаман, расстегивая ремень и сбрасывая портупею. — Боря, сожги кольца и всю аппаратуру.

Самум вынул бластер и, дождавшись, когда Колдун с Шаманом сложили все оборудование сверху, на его персоналку, несколько раз прошелся по нему лучом, сплавляя все в единый монолит.

— Мы сдаемся, — крикнул Шаман, отпуская мысленный контроль над солдатом.

Оба гаюна, наконец увидев диверсантов, мгновенно вскинули автоматы. Тот, что находился в дверях, начал медленно отступать наружу, второй прижался к стене, не спуская глаз с солнечников, которых видел, похоже, впервые.

— Я пошел, — проговорил Колдун и, дождавшись утвердительного кивка командира, первым вышел из копарника с поднятыми руками.

За ним, не торопясь, двинулись оба нетраца.

— Пугливые они какие-то, — сообщил свое мнение инженер, когда все трое выстроились в шеренгу напротив двойного кольца солдат с направленными на них автоматами.

Через кольцо солдат двинулся штурмовик и, выйдя вперед, произвел три быстрых выстрела из парализатора.

Глава 15

Экстракция

— Где мы? — спросил инженер, приходя в сознание и пытаясь еще нетвердыми руками опереться на обивку кровати, на которой лежал.

— На ужин не рассчитывай.

Услышав голос Самума и с трудом повернув голову, увидел психолога, лежащего на соседней кровати.

— Все тюремщики разбежались, узнав, что ты поступил в их учреждение.

— Зачем эта скотина стреляла из парализатора, — не отреагировал на подначку Колдун.

— Боятся. У нас слишком плохая репутация в здешней среде.

— А где командир?

— В соседнем номере, — ответил Самум.

— И давно мы здесь?

— Лучше бы спросил, сколько мы здесь пробудем. Все-таки как-то перспективнее. Если хочешь точно, то с момента нашего захвата прошло три часа.

— Какая-нибудь полезная информация?

— Кроме наличия видеокамер, пока ничего ценного.

— Это уже о многом говорит.

Они замолчали и, лежа неподвижно, старались уловить малейшие вибрации, определиться с природой их происхождения и оценить полезность полученной информации. Через час стало известно, что они находятся в подземном бункере, на третьем уровне. От комнаты охраны и пульта наблюдения их отделяют около ста метров, пять дверей с дистанционными замками и охраной в десять человек.

Неожиданно дверь камеры бесшумно распахнулась, и в ее проеме появилась фигура Шамана. Он весело улыбнулся, подмигнул, и дверь захлопнулась.

Двое охранников отвели его в конец коридора и втолкнули в дверь, открывшуюся перед ним. В комнате находился стол, напротив которого стояло глубокое кресло, предназначенное для пленника. Из-за стола поднялся гаюн в форме старшего советника.

— Присаживайтесь, мазан Смирнов, — приглашающим жестом указал он на кресло. — Разговор у нас будет долгим, а у вас говорят: «В ногах правды нет».

— Приятно поговорить с умным человеком, — ответил Шаман.

— Я не думаю, что наша беседа доставит вам большое удовольствие, так как в основном будет состоять из вопросов, на которые хотелось бы получить правдивые и исчерпывающие ответы. Вы понимаете, что мы можем получить их и другим способом, но я решил оставить выбор за вами. Я пошел вам навстречу. Вы убедились, что ваши подчиненные живы и пока здоровы. Хотелось бы получить кое-что и от вас, если можно так выразиться, в добровольном порядке. Вы доставили нам массу неприятностей. Потеря нами Сохара до сегодняшнего дня является тайной империи и так ею и останется. Мне кажется, что и на Портейне вы приложили руку к тому, что творится сейчас на Сотае. Мы знаем, что вы там были.

— У меня к вам один вопрос, советник, и потом мы поговорим. Удовлетворят вас или нет мои сведения, судить не мне, но обещаю ответить откровенно.

— Спрашивайте.

— Что будет со мной и моей группой после того, как мы передадим интересующую вас информацию?

— Вы слишком опасный противник. Я получил указание обещать вам и вашим людям жизнь при условии получения интересующих нас сведений. Вы можете прекрасно жить в случае перехода на нашу сторону и обучения наших специалистов. Вас переправят на одну из планет империи, и никто никогда не узнает о нашей сделке. В случае отказа вас ждет частичное стирание памяти.

— Почему не полное и не расстрел?

Советник пожал плечами.

— Вы понимаете, что при полном стирании вы фактически перестанете существовать и не поймете ужаса наказания. При отказе от сотрудничества наши психологи превратят вашу жизнь в непрекращающийся ад.

— Спасибо за откровенность, но я бы хотел получить более твердые гарантии в обмен на нашу информацию.

— Какие именно и как вы себе это представляете?

— Уважаемый советник, я думаю, что мы можем быть полезны друг другу.

— Я вижу такую перспективу, но все зависит от вас.

— Будем считать, что сделка заключена. Мы сообщим информацию, позволяющую вам стать тенью многоликого. Взамен вы предупреждаете нас о времени нашей переброски с Портейна и месте, куда мы будем доставлены, а также сообщаете, в чьи руки мы попадем. Кроме того, мне нужно согласовать свое решение с товарищами во избежание возможных накладок, поэтому прошу вас поместить нас в одну камеру.

— Для большей достоверности один из членов группы не должен согласиться сотрудничать с нами, и я буду вынужден применить в нему спецметоды допроса. Легкая победа не приносит большого успеха, — проговорил советник.

— Абсолютно согласен с вами, но мой человек должен остаться в полной форме.

— Не сомневайтесь, так оно и будет.

— Пожалуй, еще одна малость. Вы можете предоставить мне доказательства сотрудничества с вами кого-нибудь из наших. Хотелось бы из первых уст услышать о реальности обещанных перспектив.

— Такая возможность у меня есть. Думаю, к следующей нашей встрече вы будете иметь возможность пообщаться с земляком.

— Похоже, мы обо всем договорились.

— В подтверждение нашей сделки, мазан Смирнов, расскажите, как вы высадились на Портейне.

— Не знаю есть ли у вас такой спорт, как гонки на звездном парусе.

— Принцип действия такого паруса нам знаком, но таким спортом у нас не занимаются.

— Транспортник нас сбросил на орбите… откуда мы каждый на своей яхте прошли под парусом к Портейну.

— Насколько я знаю, в атмосферу под парусом входить нельзя.

— Один из членов моей группы гениальный инженер. Технически он решил проблему очень просто. Парус свернулся, создав кокон вокруг капсулы управления. Накопленная парусом энергия сбрасывалась через небольшое отверстие, работая в качестве тормозного сопла двигателя. Парус сгорел в атмосфере. Последний десяток километров спуск осуществлялся на обычном парашюте в океан. Все это можно проверить. Капсулы затоплены в сорока километрах от берега на траверзе.

— Если это правда, то вы очень рисковали. Могли сгореть при посадке.

— Мой инженер ошибок не делает, так что риск был минимальный. И еще хочу заметить, советник. Если мы заключили сделку, то я строго соблюдаю ее условия и не хотел бы без оснований выслушивать ни на чем не основанные сомнения.

— Хорошо, хорошо, вы слишком эмоциональны для работы, которую делаете.

— Мое руководство не жаловалось на результаты выполнения заданий, а противник обычно бывал почему-то недоволен.

— Последний на сегодня вопрос. Что вы делали на Сотае и что это за гадость, которая уничтожила все на материке?