Шаг к звездам - Андрей Ливадный

Ненависть все же колыхнулась в душе черной хмарью запретных воспоминаний, но следующая фраза незнакомца быстро привела его в чувство:

– Будешь звать меня Алим. Господин Алим. – Секунду спустя уточнил он. – Английский язык знаешь?

Извалов отрицательно покачал головой.

Щека Алима дернулась. Все же он проявлял неуравновешенность. Что-то тревожило этого «космополита», да и обстановка сырой холодной пещеры явно вредила его здоровью, значит он привык жить в иных условиях, успел вкусить нормальной, цивилизованной жизни, а на становище своих воинственных предков его привела скорее нужда, нежели какой-то моральный мотив.

Прячутся, как крысы, по норам… – Неприязненно подумал Антон, ожидая развития ситуации.

Из густого мрака гнездящегося в закоулках пещеры, появилась рослая фигура в камуфляже. Антон мгновенно узнал водителя «десятки», который, не обращая внимания на узника, протянул Алиму мобильный коммуникатор, сказав при этом несколько слов на арабском.

– Твой телефон?

Антон кивнул, не видя смысла отрицать очевидное.

– Почему не работает? – Месхер несколько раз демонстративно коснулся сенсора активации, но миниатюрный прибор, сочетающий в себе множество функций, не включился.

– Не знаю. – Пожал плечами Антон. – Может, твои подручные что-то поломали, или сели аккумуляторы…

– Ты плохо понимаешь слова, да? – Яростно выдохнул Алим, отбросив коммуникатор как бесполезную безделушку. Прибор глухо стукнул о камень, отлетев в темноту. – Твоя жизнь теперь зависит от усердия, вежливости и понятливости, шакал!..

Извалов промолчал, намеренно провоцируя Алима. Пару пинков как-нибудь выдержу… – подумал он, глядя, как медленно наливаются кровью холодные серые глаза. Все-таки с генетическим наследием не поспоришь, оно работает, живет внутри, периодически вырываясь наружу. Здесь бессильно что-либо изменить самое «продвинутое» гуманитарное образование, – кровь предков нет-нет, да и ударит в голову, причем у каждой нации это наследие сугубо индивидуально…

– Молчишь? Думаешь, я буду сидеть и смотреть на тебя? – Алим резко привстал, схватил связанного Антона за ворот одежды и рывком поднял на ноги, продемонстрировав физические достоинства своего жилистого сухопарого тела. – Сюда смотри… – он вывернул голову Извалова в нужную сторону, едва не сломав ему шейные позвонки.

В одном из естественных углублений в стене пещеры были установлены металлические клетки, где сидели или лежали несколько изможденных узников.

– Станешь грубить дальше, или молчать, посажу туда.

Оценив толщину прутьев, Извалов напряг шею, поворачивая голову.

Алим попытался воспрепятствовать этому, но не преуспел.

– Что я должен говорить? – Хрипло произнес Антон, с трудом проталкивая слова через сдавленное горло. – Пугай других… – Он намеренно обострял ситуацию, стремясь проверить свою ценность в глазах Месхера. – Объясни, толком, что надо?… – Добавил Извалов, чувствуя, что краткое напряжение одеревеневших мышц вызвало резкий приступ дурноты.

Хватка чуть ослабела. Антон не ошибся, рассудив, что его переместили за тысячи километров, вовсе не ради того чтобы поиздеваться и убить в этой пещере.

– Ахмед, развяжи его… – приказал Алим с силой оттолкнув тело Антона в сторону чадно тлеющего костерка, который освещал небольшую ровную площадку подле естественного источника минеральной воды.

Извалов не упал, – его подхватили чьи-то руки, затем холодная сталь ножа коснулась онемевших запястий, и нейлоновый шнур лопнул, освобождая покрытые синяками руки.

Антон дождался, пока афганец проделает ту же операцию с путами на ногах, и только тогда сел, болезненно ощущая каждую мышцу своего избитого, одеревеневшего тела.

От последних усилий и движений кровь начала циркулировать быстрее, и вскоре острое покалывание, распространившееся по онемевшим участкам, перешло в бесконтрольную дрожь, – это мышцы непроизвольно сокращались, поднимая температуру переохлажденного тела.

От костерка веяло дымом и теплом.

Алим, удалившийся в сумеречные глубины пещеры, вернулся спустя пару минут с ноутбуком в руках, молча указал Извалову на место подле ошлифованной временем каменной плиты, играющей тут роль стола и, развернув переносной компьютер, сноровисто пробежал пальцами по покрытой пленкой сенсорной клавиатуре, активируя какую-то программу.

Удовлетворившись результатом своих действий, он развернул ноутбук таким образом, чтобы Извалову был виден экран, и спросил:

– Знаешь такую модель?

Вопрос относился к застывшему на экране изображению человекоподобной машины, по иному – андроида.

Антон не видел смысла лгать и потому кивнул, подтверждая, что в принципе такая конструкция ему знакома.

– Ты программист. Хороший программист. – Повторил Алим. – А мне нужна программа, которая взломает защиту машины и передаст ей те инструкции, которые в корне изменят поведение андроида.

Извалов был откровенно поражен, впрочем, он уже достаточно владел собой, чтобы не показать степени собственного удивления. Покосившись в сторону запертых в клетки изможденных людей, он чтобы оттянуть время задал риторический в данной ситуации вопрос, который неожиданно попал в точку:

– А они что не смогли этого сделать?

Щека Алима опять дернулась.

– Ты задаешь слишком много вопросов! – Внезапно вспылил он. – Это не твое дело. Отвечай на вопрос, или тебе сначала требуется прочистка мозгов?

Антон напряженно осмысливал ситуацию, стараясь не потерять самообладания. Положение скалывалось абсолютно незавидное, но, узнав намерения, следовало выяснить реальные возможности сидящего напротив подонка.

– По-моему это кадр из фантастического фильма, верно? – Спросил Извалов, указав на изображение человекоподобной машины.

Алим некоторое время смотрел в огонь, демонстрируя завидную выдержку, потом внезапно вскинул голову и что-то произнес на местном диалекте.

– Я даю тебе последний шанс на вразумительный ответ. – Добавил он, обращаясь к Антону. – Ты знаешь, чего я хочу…

Извалов не успел задать встречного вопроса. Из сумрака, скрывающего вход в пещеру, внезапно появились четверо боевиков, которые несли за ручки внушительный контейнер, внешне напоминающий дорогой гроб с металлической отделкой. Поставив его на каменный пол в двух шагах от костра, они молча растворились в окружающем сумраке.

Алим кряхтя, встал, подошел к продолговатому саркофагу и коснулся определенной последовательности сенсоров, расположенных на вмонтированной в крышку панели доступа. Раздалось характерное шипение сжатого воздуха, и верхняя часть транспортировочного контейнера отошла вверх и в сторону двигаясь на специальных телескопических штангах.

– Подойди сюда.

Извалов встал, ощущая, как озноб пробегает вдоль позвоночника неприятными волнами непроизвольной дрожи. Дело по его понятиям стремительно приобретало дурной оборот. Алим оказался не мелкой сошкой из числа новоявленных «полевых командиров», – судя по всему, он обладал незаурядными возможностями и далеко идущими замыслами.

Сделав шаг вперед Антон смог воочию убедиться, что самые худшие опасения оправданы.

В специальном контейнере покоился человекоподобный робот. Над ним уже потрудились предшественники Извалова, – у андроида отсутствовал декоративный кожух и передняя крышка корпуса, закрывавшая электронно-механические внутренности машины, с сервоприводных конечностей была содрана пеноплоть, лоскуты которой лежали тут же на дне транспортного кофра.

Извалову было достаточно одного взгляда на компоновку и содержимое внутренних схем кибернетического устройства, чтобы пробегающий по спине озноб вдруг превратился в острое резанувшее грудь ощущение могильного холода.

Внутри машины на объемном модуле располагались специфичные разъемы, куда были вставлены двухсантиметровые микрочипы, абсолютно идентичные тому, который Извалов приобрел пару лет назад в качестве «импланта».

Склонившись ниже, он напряг зрение, и в неверном свете костерка ему удалось различить маркировку в виде знакомого замысловатого символа.

Точно они…

Два десятка нейросетевых микрочипов, несомненно, составляли ядро машины, а вся «традиционная» кибернетика являлась ее вторичными компонентами.

– Ну? – Нарушил затянувшуюся паузу требовательный вопрос Алима. – Отвечай, ты можешь перепрограммировать его?

– С какой целью? – Собрав все свои силы, чтобы не выдать внутреннего потрясения, уточнил Извалов.

– Я хочу, чтобы эта машина подчинялась моим приказам.

Антон собрал всю силу воли, чтобы равнодушно пожать плечами.

– Мне нужно подумать. Это не компьютер, а настоящий кибернетический организм. Он слишком сложен для мгновенного понимания.

– Это я уже слышал. Ты видно решил, что можно тянуть время и морочить мне голову? – Алим внезапно ткнул пальцем в один из микрочипов. – Я знаю, что это такое. Это нейросеть!..