Ледяная корона - Андрэ Нортон

– Значит, нам надо быть осторожнее, сэр. Однако мы прибыли сюда, я, Хаффнер, Спетик, Ринвальд и Флиш. Они взяли из конюшен самых лучших двурогов и приготовились либо скакать с вами, либо увести людей герцога по ложному следу. Но мы не знали, как вытащить вас из лап Реддика. И в конце концов это сделала она. – Он кивнул в сторону Роаны.

– Вы принимали в этом участие? – спросил Имфри.

– Нет, я была всего-навсего частью этого плана, – скромно ответила девушка. – Я пришла… я пришла потому, что должна была это сделать. Это началось с тех пор, как я стала вмешиваться во все, что здесь происходит. Я сама не довела бы это до конца. Все получилось потому, что я повсюду совала свой нос. И все равно, у нас ничего не получилось бы без ваших людей.

– Все это очень странно, – заметил полковник, пристально глядя на нее. – С самого начала я понимал, что судьба некоторым образом находится в ваших руках, хотя я не догадывался, что это так же имеет отношение и к моей судьбе. Я считал, это каким-то образом связано с судьбой принцессы.

Он снова пошевелился, пытаясь приподняться на своем соломенном ложе.

– Странно, вся боль куда-то исчезла. – Он посмотрел на свою рану, которую закрывал специальный пластырь, теперь имеющий цвет кожи.

– И все же, что ты со мною сделал? – спросил он Вулдона.

– Это сделала молодая леди, при помощи своих собственных методов.

– Похоже, она отлично разбирается в очень многих вещах, – заметил полковник. – Вулдон, не мог ли ты принести бутылочку воды, что приторочена к твоему седлу?

– Простите…

– Ничего, ничего, все отлично.

Роана с трудом сдерживалась, чтобы не выбежать из затхлого помещения. Она совсем ослабела от зловонного и душного воздуха. Но она нашла тюбик с Е-рационом, отвинтила крышечку и протянула полковнику.

– Вот, возьмите. Это надо всасывать в себя. Оно придаст вам силы. Это – наполовину жидкость, и должно помочь утолить жажду. – Она достала еще два тюбика и предложила их мужчинам. Они с любопытством воззрились на странные предметы.

– А как насчет вас, миледи? – осведомился сержант.

Роана с огромным усилием проглотила комок в горле.

– Не могу… меня сразу же стошнит. Если бы вы могли… Прошу вас, сержант… – проговорила она настойчиво. – Дайте мне, пожалуйста, вон тот ящичек с лечебными снадобьями.

Она подумала, что не сумеет вовремя воспользоваться им, но одной рукой она нащупала контейнеры, вытащила капсулу, отломила ей головку, запрокинула голову и вдыхала, вдыхала целительные испарения. Но у нее их было так мало, что капсулы следовало тратить бережно. А если им придется здесь задержаться надолго, то как она вынесет такой жуткий смрад? Обработанная психологически, она смогла бы выстоять в чужом мире, вынести чужие запахи, чужую пищу… но сейчас, находясь в этой хижине, больше похожей на тюрьму, ее тело пребывало в каком-то напряжении, которого оно не могло долго выдержать. Во всяком случае, так ей казалось.

– Очень скоро мне придется уйти, – сказала она. Роана подняла голову, но испытала сильное головокружение, временно овладевшее всем ее естеством. – Они не знают, что я здесь. Я смогу благополучно добраться обратно.

– Не верьте этому, миледи, – сказал Вулдон. – С полковником, вырвавшимся на свободу, они будут трижды досматривать каждого чужака. Как только вы уйдете отсюда, то первый, кто вас заметит, доложит о вас страже. Каждый мужчина, каждая женщина и ребенок в Хизерхау будет рад помочь поимке незнакомца. Ведь этим несчастным нужно лишь одно: отвратить от своих дверей ищеек герцога Реддика.

– Совершенно верно, – произнес полковник, и голос его стал строже. Теперь к нему возвратилась уверенность, что он следует единственно верным путем. – И куда же вы пойдете? Или ваши люди собираются прийти за вами?

Она отрицательно покачала головой, и сразу же пожалела об этом, ибо у нее тотчас же возобновилось головокружение.

– Это последнее, на что они пойдут. Прибыв сюда, я нарушила приказ. Они просто решат, что я заслужила то, что случилось со мною.

– Что за разговоры такие! – негодующе воскликнул сержант. – Никто не имеет права бросить в беде женщину, которая явилась на помощь…

– Наверное, у них есть для этого причина, – перебил его Имфри. – В какое-нибудь другое время, леди Роана, я с удовольствием согласился бы с вами. Но сейчас… Должен признать, что оставаться здесь дольше необходимого нам совершенно нельзя. У вас есть какие-нибудь планы, сержант?

– Наверняка они есть у Хауза. Он привел нас сюда, чтобы мы какое-то время переждали, пока закончится первая буря, так сказать. И он знает Хизерхау, как свои пять пальцев. К тому же… здесь знают его достаточно хорошо, чтобы не чинить препятствий на его пути. При этом он – единственный человек, который умеет обращаться с дархаундами; поэтому для всех весьма выгодно и приятно наблюдать Хауза счастливым и в добром здравии. Конечно, они могли бы перестрелять всех, чтобы добраться до нас. Возможно, герцог так бы и сделал, если бы узнал, что мы здесь. Но он ни за что не поверит, что эти дьявольские отродья позволили нам зайти за ворота. Впрочем, так оно и случилось бы, не дай нам Хауз ключ – так он назвал вонючие тряпки, – позволяющий пробиться через эту невыносимую вонь.

– Послушайте! – громко сказал Имфри.

Снова Роана услышала громкий лай собак.

– Кто-то идет сюда! – воскликнул сержант Вулдон и взялся за мушкет. Затем идеально тихо прошел мимо Роаны, чего она никак не могла ожидать от такого сильного и мощного человека, и остановился у двери в хижину. Он немного пригнулся, по-видимому, обнаружив в деревянной стене щель, через которую он мог наблюдать за тем, что происходило снаружи.

– Хауз! – шепотом промолвил он и прибавил. – Один.

Однако Вулдон не убрал оружие, а Маттинэ перешел комнату (пусть и не так бесшумно, как сержант) и остановился возле дверного косяка с другой стороны. Роана наблюдала за ними в полной апатии из-за своей непреодолимой тошноты.

– Тсссссс, – раздался снаружи мужской голос. Затем он заговорил почти хныкающим успокаивающим тоном. – Хоро-о-оший мальчик… смелый мой… храбрый… Успокойся, девочка, ну, ну, достаточно, ты же сама знаешь…

Если бы Роана не знала, что за чудовища мечутся снаружи, она бы решила, что он разговаривает с нежнейшими и безобидными домашними любимцами. За свою жизнь она успела лучше многих других понять, что у людей встречаются самые странные вкусы, выражаемые различными словами или привычками… но встретить человека, по доброй воле имеющего дело с дархаундами! Это уже слишком!

– На свете много разных людей, миледи, это и есть народ, – проговорил полковник, будто прочитав ее мысли, а скорее догадавшись о чувствах по выражению ее лица. – Видите ли… – он перешел на шепот, – нам многое что есть сказать друг другу. Не знаю, почему вы пришли… но для вас я…