Её семья - Таша Таирова

всё стало на свои места. Но тебе же некогда было, ты же занята была, да? Видосики свои дурацкие снимала и комментировала всё, что видела. Даже официанты заметили.

— Откуда ты знаешь?

Евгений закинул голову назад и выдохнул. Откуда… из разговора, который он подслушал. Но Настя и тут его обскакала! Когда он вышел из бокового коридора через другую дверь, она уже стояла рядом с мужем, а в следующую минуту эта идиотка толкнула жену Варягина. Блин, эту Ларину, в которой тесть души не чаял, потому что она когда-то спасла ему жизнь! Единственное, на что была надежда, что Варягины из уважения к Князеву не раздуют скандал. Хотя их имена, так же как имена этих Кайтуковых, никогда не светились в каких-то сплетнях, разговорах и жёлтой прессе. Но Настя какова, а? Да, приходится признать, что он проиграл. Причём проиграл по всем параметрам. С первых мгновений как увидел её под руку с этим хромым мужланом. Вот что её так привлекает в нём, что она тогда отказалась от их отношений? Ведь ей предлагался лёгкий роман без клятв, скандалов и обещаний, а она собаку на него натравила. Ещё и сказала что-то такое — ты не поймёшь. Неужели она так и оставалась все эти годы верна этому второму номеру, потому как пальму первенства у него, Евгения Комара, не отберёт никто.

— Ты ответишь мне или так и будешь сидеть с лицом страдальца?

— Я услышал разговор официантов и жены Варягина, того самого, в честь которого и организовывался этот вечер.

Мика громко фыркнула и скривила губы:

— Ну да, эта овца с синяками под глазами, на такой праздник можно было и на стилиста раскошелиться, её мейкап хуже быть уже не может.

— Ну если ты раскрашена с утра, как блядь бальзаковского возраста на Западном автовокзале Зажопинска, то это в самом деле впечатляет, — со злостью заметил Евгений. Он завёл мотор и помчался по ночному городу, не обращая внимания на вопли жены. Достала! Тем более что именно сегодня он понял, как смачно плюнула в его сторону Судьба. Тот, кто считал, что у него в ногах будет валяться весь белый свет, остался по колено в грязной луже своих амбиций, мечтаний и рухнувших надежд. Евгений так гнался за внешним, что не заметил, как яркая упаковка стала для него важнее содержимого. И его мир стал другим. Мир, где похороны важнее покойника, где свадьба важнее любви, где внешность важнее ума. Где его будущее может зависеть от капризов и воплей сидящей рядом глупой куклы. — Рот закрой!

Мика всхлипнула и затравленно уставилась на мужа.

— И запомни. Если ты ещё раз позволишь себе такую выходку, я…

— Я всё расскажу папе! — выпалила свой последний аргумент Мика.

— Рискни. Особенно после того, как я расскажу ему о том, как ты себя вела с нужными ему людьми. Вся такая белая и пушистая. Плесень!

Евгений стукнул кулаками по рулю и вжал педаль газа в пол. Пусть жалуется, теперь главное Ярославу всё в красках описать, он-то свою дочь знает. А захочет проверить — натравить официантов и эту девку-администратора, что смотрела на него круглыми глазами и шипела сквозь зубы — «руки убрал и смотри не приубейся, когда решишь ещё за кем-то тут приударить». Дурацкий вечер, грёбаная жизнь, долбанный неудачник…

***

Настя смотрела на Марго и пыталась понять, что же произошло, что её тётушка из кожи вон лезет, чтобы отвлечь, рассмешить и втянуть всех в разговор о поездке в городок её детства и юности.

— Не знаю, что вы себе надумаете, но ехать надо просто обязательно. Там я, взрослая, серьёзная женщина, прихожу в нечеловеческий экстаз, бегаю по дикому лесу пьяная от кислорода и пытаюсь обнять всех белок. Утром просыпаюсь с криком «как можно быть таким счастливым человеком, господи!», обнюхиваю все розы вокруг дома, пью в девять утра сорок грамм персиковой настойки, съедаю полхлеба с домашним маслом и кусок ветчины и опять бегу обнимать белок. И так каждый приезд. Восхитительное помешательство регионального масштаба. — Марго оглядела родных и тихо заметила: — Всё-таки Адмир был прав, когда посоветовал не продавать дом сестры. Вроде как и она с нами всегда, а мы к ней в гости наведываемся.

— Но согласись, Марго, с каждым разом всё труднее подняться и рвануть куда глаза глядят — годы берут своё.

— А ты не отдавай! — Маргарита обняла улыбающуюся Ларину и в очередной раз посмотрела на братьев. Родителей она даже не спрашивала — несмотря на преклонный возраст они всегда были готовы поехать в ставший родным для их дочери городок. Правда, останавливались они в доме дочери редко — сыновья устраивали их со всем комфортом на базе отдыха неподалеку. Иногда там же оставались и старшие братья с семьями. Адмир же никогда не оставлял сестру и племянницу; правда, надо заметить, что в последнее время они приезжали с мужьями и сыновьями — тогда младший брат мог отдохнуть и провести время с любимой женой и долгожданными сорванцами-детьми.

— С нашей работой собраться всем вместе всё труднее и труднее, — тихо заметила Настя и прижалась к мужу. — Да и у детей скоро экзамены, тестирование.

— Вот! — Маргарита подняла ладошку с вытянутым вверх пальцем. — Поэтому надо ехать сразу или на днях. Паш, Дим, смогут ваши сотрудники два-три дня обойтись без вас, тем более телефонная связь не отменяется?

— Ой, Ритка, ты такие перспективы нарисовала, что я готов хоть завтра туда махнуть. Сегодня не могу, — Дмитрий обнял жену и тихо прошептал ей на ухо: — Как нас учит жизненный опыт — после романтичного ужина настоящий джентльмен просто обязан помочь женщине сжечь лишние калории.

— С пожизненным запасом дури нам опыт, как козе баян! — отозвалась Маргарита, вызвав смех не только у родных, но и у официантов. — Зря смеётесь. Нам всем надо немного отдохнуть и развеяться, а то сегодня с утра по зеркалу такие ужасы показывали.

Тут все согласились с неугомонной Ветреной, зима была холодная, весна тоже выдалась не из лёгких, а потому выкроить пару дней для необходимого отдыха стало не просто желанием, а насущной необходимостью. Братья тут же начали планировать поездку, советуясь с жёнами, спрашивая детей об их планах, Ларина позвонила отцу, приглашая его тоже бросить всё и отдохнуть. А Настя подошла к тёте и потянула её за руку к окну.

— Ты ничего не хочешь мне сказать? Что происходит? У меня такое чувство, что ты что-то от всех скрываешь. Или я не права?

Маргарита похлопала ресницами, открыла рот