Крылья любви - Барбара Мецгер

– Нет, это небезопасная часть города. Я пойду туда сам. Бог знает что мне делать с этой кошкой, тем более что Олив наверняка…

Он не договорил, поскольку ворон, который уже сидел у него на плече, весьма наглядно изобразил, что он намерен предпринять.

Они задержались дома, чтобы взять деньги, карты города и пару копченых селедок, а также дать срочные указания Винроссу, мисс Хэдли и Рэндольфам. Им было велено приготовить комнаты, нанять дополнительные экипажи и наготовить побольше еды. Сколько в точности, Ардет сказать не мог. Да и продумать план похорон.

Потом они уехали. Джини и ворон заняли места в карете, Ардет предпочел двигаться верхом впереди экипажа – на случай неожиданной опасности. К счастью, солнце в это время года уходило за горизонт достаточно поздно.

Первую остановку сделали у дома леди Уикершем на Рассел-сквер.

– Однако флаги с гербами подняты, – сказала Ардету Джини, когда он помогал ей выйти из кареты. – Они соблюдают траур.

– Траур они соблюдают, но не горюют о покойнице. К тому же мы приехали с визитом не к этому семейству.

Он спросил разрешения повидаться с компаньонкой, и она приняла их в гостиной. Женщина дрожала, глаза у нее покраснели от слез.

– Мисс Калвертон?

Эфф оказался прав. Пятидесятилетняя женщина была охвачена неподдельным отчаянием.

– Мое имя Ардет. Это моя жена.

– Вот как? Если вы приехали выразить соболезнование, то вся семья сейчас в передней гостиной.

Делят ценности леди Уикершем.

– Нет, мы приехали повидаться с вами. Разумеется, мы сочувствуем вашей потере. Но у нас есть для вас утешительные известия. Незадолго до смерти леди Уикершем принимала участие в лотерее, которую мы устраивали в пользу фонда вдов и сирот.

– Мы устраивали? – сорвалось с языка у изумленной Джини.

Ардет наступил ей на ногу.

– Да, верно, мы устраивали, – спохватилась Джини.

– И она принимала участие? – в свою очередь, удивилась компаньонка. – Это не в духе леди У.

– О, мой муж может быть очень убедительным, – сказала Джини, потирая под прикрытием длинной юбки пальцы пострадавшей ноги пальцами другой.

– Да, и вы, возможно, слышали, что мы таким образом пополняем средства фонда. Во всяком случае, леди Уикершем приобрела билет на ваше имя, вероятно, в знак благодарности за те годы, что вы служили ей, за то, что вы о ней заботились.

Женщина прижала руки к своей костлявой груди.

– Так она и в самом деле подумала обо мне?

– Да, и на ваш билет выпал выигрыш.

– Выигрыш?

Граф вручил ей тяжелый кожаный кошелек. Однако деньги не всегда излечивают сердечную боль, и потому он добавил:

– Другая часть выигрыша – коттедж по соседству с нашим имением на севере Англии. Мы уезжаем туда примерно через неделю, но приглашаем вас провести эти дни в нашем городском доме.

Увядшая старая дева, кажется, не поверила словам высокого, строго одетого джентльмена, однако его рыжеволосая супруга с улыбкой подтвердила приглашение и сообщила, что они нуждаются в помощи мисс Калвертон, ведь предстоит отыскать и посетить других обладателей счастливых билетов.

– Пожалуйста, примите приглашение.

– А как же похороны леди У.? – спросила мисс Калвертон, хоть и ожидала, что ей придется покинуть дом, в котором она провела тридцать лет, едва ли не через час после похорон.

– Завтра утром нам тоже надо присутствовать на похоронах, – сказал ей Ардет. – Не обязательно, чтобы это были похороны вашей хозяйки, вы можете и там помолиться за ее душу. Она вас поймет.

Но старая скряга понятия не имела о пенсиях или бонусах. Мисс Калвертон поспешила наверх к себе в комнату собирать вещи. Их у нее было так мало, что она вернулась буквально через несколько минут. Джини и Ардет в это время обсуждали вопрос о посещении дома бывшего солдата и осиротевших детей.

– Вы любите детей? – спросил компаньонку Ардет, помогая ей сесть в карету.

– О нет! Терпеть не могу этих противных грязных дьяволят!

– Так, выходит, Эфф намеревался подбить двух пташек одним камнем, – пробормотал Ардет себе под нос.

Олив возмущенно опротестовал своим карканьем эти слова, а потом и заявление графа о том, что первым делом надо отыскать кошку.

– Не ори, это бесполезно, – сказал граф, наклонился и поднял крышку корзинки, которая стояла в ногах у Джини. Оттуда ударил такой запах, что желудок Джини едва не взбунтовался. – На вот, подержи рыбу.

Мисс Калвертон изящным движением протянула руку к рыбе. Но Ардет имел в виду вовсе не ее, а ворона.

Граф, как и раньше, двинулся верхом впереди кареты. Они миновали Мейфэр и скоро оказались на узких улицах, где дома теснились один к другому, а мостовая была усеяна всяческим мусором. Ардет велел Кэмпбеллу остановиться возле углового покосившегося дома, в котором не видно было ни света, ни признаков жизни.

– Оставайтесь в карете, – сказал Ардет женщинам, но ни та ни другая его не послушались.

Ардет подобрал бродячую кошку, тощую и громко мяукающую от голода. Еще одну подобрала Джини, а третью мисс Калвертон. На всякий случай они взяли с собой всех трех. Олив спрятался в складках плаща у Ардета.

Отставной школьный учитель решил, что сам дьявол в черном плаще с капюшоном и вороном на плече явился в его однокомнатную квартиру. Понадобилось некоторое время, чтобы он поверил, что перед ним не кто иной, как знатная особа, граф, который намерен вручить ему выигрышный лотерейный билет.

Джини показала учителю листок с написанным на нем его собственным именем.

Ардет показал ему деньги.

– Ваша супруга, видимо, сама приобрела билет, но обозначила на нем ваше имя и адрес.

– Проклятая баба вечно охотилась за удачей. Если бы она до чертиков не пристрастилась к игре, я сохранил бы свои сбережения. Из-за ее порока я даже не могу оплатить пристойные похороны.

Стало быть, Эфф и на этот раз был прав, когда говорил, что учитель останется в полном одиночестве.

– Пожалуйста, не тревожьтесь об этом. Завтра утром мы обо всем позаботимся. Вторую половину выигрыша представляет коттедж в Ардсли-Кип, если вы пожелаете там поселиться. Мы собираемся открыть там новую школу, и нам понадобится помощь при найме преподавателей.

Мужчина собрал свои книжки прежде, чем его кот, полосатый и, видно, потому носивший имя Тигр, успел лизнуть хозяина в ухо. Учитель и кот заняли в карете место рядом с мисс Калвертон.

Олив весь дрожал от страха.

Вдова сапожника расплакалась, узнав о выигрыше. Она не помнила, чтобы муж приобретал лотерейный билет, однако воздела взгляд свой к небесам, ибо, как она утверждала, ее дорогой супруг пребывает в раю и скорее всего чинит обувь херувимам. Теперь ей уже не надо было заботиться о содержании мастерской и зарабатывать себе на пропитание. Она неустанно благословляла Ардета, Джини и Кэмпбелла, который помог перенести ее скарб во вторую карету, нанятую Ардетом.