Цвет греха. Алый - Салиева Александра

Ну, зачем он не договаривает?!

Моё воображение автоматически пытается додумать и представить само. Это совсем не сложно, учитывая, что подол платья задран до самых бёдер, а колени плотно обхвачены его ладонями и разведены в стороны.

Сопротивляться дальше?

Снова.

Наверное, нет…

Слишком отчётливо помню, чем заканчивается прошлое моё сопротивление. И вряд ли собираюсь терпеть ещё одну такую позорную капитуляцию, когда собственный организм предаёт. А он предаёт. Уже сейчас. Буквально с первой секунды. От одного только чувства жара чужих прикосновения, что впитываются под кожу, как самый верный дурман. Отрава несётся по моим венам ядовитой патокой. Остаётся где-то глубоко внутри раскалённым клеймом.

И я сдаюсь…

Не ему.

Своим ощущениям.

Не хочу наслаждаться. И всё равно наслаждаюсь. Тем, как широкие сильные ладони плавно ведут от колен по внутренней стороне бёдер, одаривая убийственно-медленной лаской, порождающей мириады будоражащих мурашек по всему телу. Зажмуриваюсь. Не могу глядеть в тёмные порочные глаза, полные не только тьмы, но и грешного обещания. Воздуха в лёгких перестаёт хватать. Я жадно хватаю ртом воздух, запрокидывая голову. И не дышу вовсе. Кислород застревает в горле в тот момент, когда мужские пальцы умещаются между моих ног, слегка надавливая и раскрывая. Не проникает. Гладит. Дразнит. Ласкает. Снова. И снова.

Да, не смотрю…

Ощущений и без того с избытком.

Но приходится…

— Будешь в глаза мне смотреть, — обманчиво мягким шёпотом доносится от склонившегося над моим ухом мужчины. — Тебе выбирать. Добровольно. Или же… — опять не договаривает.

Да и слова ни к чему. Его пальцы движутся выше. Левая ладонь цепляет подол платья, довольно порывистым жестом задирая тот намного сильней. Правая — на контрасте аккуратно, почти бережно тянет за ворот и ту часть ткани, что прикрывает моё плечо, стаскивая ниже. А первая, расправившись с подолом, опускается на мои губы. Кай давит совсем слегка, подушечкой большого пальца ведя из стороны в сторону, с жадной зацикленностью наблюдая за собственными манипуляциями. И да, теперь я совершенно точно смотрю, как он того желает. Мои глаза распахиваются сами собой широко-широко, стоит разуму подсунуть каждую из ассоциаций, что рождает мой мозг от одного этого элементарно откровенного жеста. И ещё шире, стоит расслышать приказным тоном, столь же властное, сколь и развязное:

— Соси.

Я решаю быть покорной ещё минуту назад. Но вовсе не поэтому позволяю двум его пальцам проникнуть глубже. Может быть я растеряна или дезориентирована новой порцией грязных высказываний. А может, из двух зол… Да, пусть это будут лишь его пальцы. Чем… Чёрт! Совершенно напрасно я об этом задумываюсь. Ведь понимаю, что моя проблема не только и в том и другом сразу. Во мне. Самой. Слишком восприимчивой к тому безумию, что он творит. И ко всему тому, что он со мной вытворяет в принципе.

Иначе бы между моих ног сейчас не становилось настолько интенсивно влажно…

Должно быть, я тоже схожу с ума.

Всего с одной его фразы. Этой. И последующей:

— Да, вот так, — продолжает хрипло шептать он. — Сожми крепче, моя хорошая девочка. Возьми глубже.

Он выпрямляется. Тем проникновеннее воспринимается порочный взгляд, направленный глаза в глаза. Если и собираюсь отвернуться, вновь зажмуриться, не теперь… ни тогда, когда тону и вязну в тёмном омуте чистейшего желания. Раз за разом послушно вбираю в себя мужские пальцы. И едва сдерживаю рвущийся наружу стон, едва моя грудь обнажена, а соски поочерёдно сжаты. В тот же миг словно импульс пронзает. Прошивает до кончиков пальцев на моих ступнях. Остаётся где-то внизу живота. Оседает тяжестью. Новым желанием. Всего того, что я испытываю этим утром. А может быть, и того, что вероятно намного больше. Каким бы низменным и эгоистичным ни был бы этот мой возможный грех, он определённо будет моим.

Я сама так хочу…

Его.

Кая.

В чём, конечно же, ни за что не признаюсь...

Да и не нужны никому мои признания.

Инициатива — всё ещё не моя. А мужчина совсем не медлит. Вновь ласкает меня между ног. Вталкивает в меня свои пальцы. Одновременно. И снизу. И сверху. А я окончательно теряюсь в своём нахлынувшем сумасшествии. Не сдерживаю очередной рвущийся наружу стон. Один. Другой. Третий. Он растягивает меня изнутри каким-то слишком немыслимо достоверным способом. Задевает все нужны точки. Я сама прежде не подозреваю об их существовании. Но то я. Кай… Доводит меня до оргазма в считанные секунды. И не только. До него. До той грани, где, кажется, совсем без разницы, насколько гиблым и предательским становится это моё захватившее наслаждение.

Я почти полностью отключаюсь от реальности…

И совсем не хочу возвращаться обратно.

Жаль, здесь учитывается не только моё мнение.

Кай…

— Даже не думай засыпать, моя хорошая девочка, — проговаривает, одним рывком подхватывая на руки. — Мы ещё не закончили.

Если бы у меня нашлись хоть какие-нибудь силы возразить…