Запретные желания - Дайанна Кастелл

— Невозможно просто взять и отмахнуться от прошлого, словно его и не было, — сказала Бейб. — Я знаю, о чем говорю. Я пыталась.

Но Шарлотта была настроена самым решительным образом.

— Точно. Едем на кладбище. На кладбище Святого Бонавентуры.

Но тут возмутилась Бри:

— Меня увольте. Я палец резать не буду. На мне новое платье из весеннего каталога «Ниман-Маркус», и если я испачкаю его кровью, то оно будет безнадежно испорчено.

Шарлотта выразительно на нее посмотрела. Бри опустила взгляд.

— Ладно, так и быть. Я порежу себе палец. Но только чуть-чуть и только ради тебя. Надеюсь, я не упаду в обморок, как тогда.

Шарлотта посмотрела на Присси, и та немедленно вскинула руки, давая понять, что сдается без боя:

— Я ни слова не скажу. Это из-за меня тебя чуть не пришибло деревом, и ты пришла на сеанс с летающими свечами. Я перед тобой в долгу. Я в Деле.

Подруги набились в машину Бейб, заскочили в круглосуточный придорожный фаст-фуд «Букки» и направились на остров Скайдуэй, который на самом деле не совсем остров, а скорее продолжение суши, отрезанной от нее рукавом реки.

— Так гораздо проще, чем добираться на велосипедах, как когда-то, — пробормотала Присси с набитым вишневым пирогом ртом.

— Мы тогда, наверное, были слегка не в себе, — сказала Бейб.

— Мы и сейчас слегка не в себе, — усмехнулась Бри и потянулась за своим пирогом.

Они свернули с восьмидесятого шоссе на Бонавентура-роуд, узкую улицу, петлявшую среди жилых домов и совсем не похожую на кладбищенскую дорогу. Бейб остановила машину у железных ворот. Все притихли.

— Ну вот, кладбище все еще запирают на ночь. Помнится, мы шли вдоль берега реки до последнего столба на берегу и, обогнув его, оказались на кладбище. По крайней мере не придется лезть через забор.

Бри вздохнула:

— Мне все больше нравится эта ваша затея.

Громко квакали лягушки, трещали цикады, и прочие насекомые перебирали лапками, трепетали крылышками или терлись друг о друга чем-то там, чем они обычно трутся, издавая это свое жужжание.

— Надо спрятать машину, а не то копы увидят ее и станут нас искать. — Бейб подала назад и припарковала машину под деревом. Из-под сиденья она достала фонарь размером с крупного младенца, и вся компания направилась к реке.

— В прошлый раз мы расположились у могилы Джонни Мерсера, — напомнила Бри. — У меня песок в босоножках. Надеюсь, мы не станем на этот раз искать его могилу? Может, остановимся у ближайшей? Я хочу сказать, мертвец он и есть мертвец.

Присси оступилась, и Шарлотта успела ее подхватить.

— Я бы не стала здесь слишком громко разговаривать. Переступая через колючки и обходя углубления, которые, вероятно, были змеиными норами, о чем Шарлотта старалась не думать, они пошли вдоль кованой ограды к реке. На воде светилась лунная дорожка, громадная баржа медленно двигалась в порт. Присси, Бри, Шарлотта и Бейб, одна за другой, используя столб примерно так же, как танцовщицы в стриптиз-клубах используют шест, проникли за забор на кладбище.

— На этот раз все оказалось проще, — сказала Присси, мертвой хваткой уцепившись за столб, чтобы не свалиться в воду.

— Вот, — сказала Бри, указывая на ряд обелисков. — Могилы у реки. Давайте здесь и сделаем то, что собирались. Они ухоженные, и вид отсюда красивый. Лучшая недвижимость для покойников.

Подруги смахнули песок с гранитной плиты и сели. Шарлотта откупорила пиво и, приложившись к бутылке, одним махом ополовинила ее. Голова у нее начала кружиться. Именно то, чего она добивалась. Указав на стоящую на обелиске бутылку с узким высоким горлышком, она сказала:

— Напоминает мне Гриффа, только шея у него не такая длинная.

Засмеявшись, они подавились пивом, но Бри вдруг погрустнела.

— У тебя по крайней мере остались хорошие воспоминания. А у меня и этого нет; Вспоминать противно. Мы с Бью договорились о свидании. У себя дома я приготовила ужин — клубника в шоколаде, спаржа на пару, филе-миньон…

— Нам все равно, что он ел, дорогая, если только это была не ты, — перебила ее Присси.

— Меня он пробовать не стал. — Бри выразительно подняла палец, затем загнула его вниз.

— Нет? Не может быть! Он все еще… не показал себя? — воскликнула Присси, в волнении прижав руку к сердцу. — У этого мужчины такая репутация… и легендарная эрекция. Судя по тому, что я слышала.

— Только если он сам себя до нее доводит, потому что я уж точно не в силах у него ее вызвать. Он даже одежду не снял. Он стоял в моей гостиной, освещенной только свечами, в полном облачении, пока я расстегивала блузку — ну, вы знаете, так, постепенно, пуговицу за пуговицей. Потом я тряхнула волосами — уж это всегда срабатывает, и, судя по солидной выпуклости у него на причинном месте, Бью тоже в этом смысле не исключение. Но потом он покраснел, выпуклость исчезла, он чмокнул меня в щеку и убежал. Убежал!

— В следующий раз корми его устрицами, — посоветовала Присси, а Бри продолжила:

— Самое печальное, что, несмотря на это, он мне все равно нравится. Он такой милый и… застенчивый.

— Бью Кливленд? Застенчивый? Да он с детского сада был бабником. — Бейб покачала головой. — Выходит, у него не стоит. Жалко парня. — Она снова покачала головой. — Вот уж действительно ночь откровений.

— Он такой чуткий и внимательный — принес мне маргаритки, которые набрал в каком-то поле, заработав крапивницу. Ну что мне теперь делать? — простонала Бри.

— Тебе нужен план, — икнув, предложила Шарлотта. — План, как его завоевать. План обольщения. Секс-непинг.

Бри вздохнула. — Это еще что такое?

— Понятия не имею, но звучит забавно. — Шарлотта залпом допила оставшееся в бутылке пиво. Она чувствовала себя все еще неважно, но хмель все же притупил гнев, обиду и боль от предательства тех, кому она так верила. — И мне тоже нужен план — план, как жить дальше. При этом в моей дальнейшей жизни не должно быть места никаким родителям — ни родным, ни приемным, и никаких амурных игр. С амурными играми покончено навсегда. — Она посмотрела на памятник. — Но вообще-то это очень плохо.

Шарлотта поставила пустую бутылку на землю.

— Пора, — сказала она и полезла в сумочку. — У кого-нибудь есть при себе нож?

— Кажется, у меня есть булавка. — Бри покопалась в сумочке и вытащила английскую булавку. Она сжала зубы, закрыла глаза, проткнула палец и взвизгнула, после чего сунула палец в рот и пробормотала:

— Надо придумать новый ритуал.

Присси сделала глоток пива и, уколов палец, передала булавку Шарлотте, которая, произведя соответствующие действия, протянула булавку Бейб. Шарлотта подняла вверх палец с выступившей каплей крови.