Парк Юрского периода: миллионы лет спустя - Джон Беркли

А потом он вновь задремал и проснулся от истошного визга Лекс:

— Уходи! Уходи!!!

В ее голосе было столько панического безотчетного ужаса, что Грант, еще не до конца проснувшись, резко подавшись вперед, едва не свалился с дерева. Он открыл глаза и увидел прямо перед собой, метрах в трех, ноздристую плоскую голову. Большие влажные глаза рептилии с любопытством разглядывали людей.

— Все нормально! — крикнул Грант, хватая Лекс за плечо. — Успокойся!

— Уходи!!! — продолжала визжать та. Страх был сильнее ее. — У-хо-ди-и!!!

— Тихо! Все в порядке! Это Бронтозавр! Динозавр, питающийся зеленью!

Лекс притихла, хотя ее трясло, как в лихорадке. Грант отломил качающуюся над их головами ветку и протянул бронтозавру.

— Ну, давай! Иди сюда! Давай!

Бронтозавр втянул воздух широкими, чуть сплющенными ноздрями, медленно сделал шаг и осторожно взял еду из руки человека. Пожевал и вздохнул.

— Это детеныш, — спокойно продолжал говорить Грант. — Он абсолютно безопасен. Не бойтесь.

— А я и не боюсь, — быстро сказал Тим. — Ни капельки.

— Ну и хорошо.

— Он простужен, — вдруг добавил мальчишка.

Грант озадаченно посмотрел на него:

— Откуда ты знаешь?

— А у него из носа течет, — спокойно и рассудительно объяснил Тим. — Посмотрите.

Алан вгляделся в морду динозавра.

— Да, действительно, — вынужден был сказать он.

Голова рептилии покачивалась в каком-нибудь метре от развилки.

— А можно его погладить?

Такое проявление нежности несколько обескуражило Алана. «Ты ничего не понимаешь в детской психологии, — сказал он сам себе. — Совершенно ничего. Только что, полминуты назад, эта девочка пищала от страха, а теперь спрашивает, можно ли ей погладить динозавра. Ведь, по логике вещей, ее должно колотить от ужаса, а она… Нет, ты ничего не смыслишь в детях. Кто-то другой, наверняка, разобрался бы в этом. Скажем, тот же Малколм, наверняка, все разложит по полочкам за десять секунд, но ты — нет. Кто угодно, только не ты».

— Конечно, — кивнул Грант. — Ничего страшного. Это вроде большой коровы.

— Да, — Лекс серьезно кивнула. — Я люблю коров, — девочка протянула рептилии руку, и Алан заметил, как дрожат ее пальцы.

«А-а-а, она все-таки боится, — констатировал он. — А то я уже подумал, что совсем безнадежен».

— Ну-ка, иди сюда, — фальшиво пропела Лекс. — Иди сюда, давай.

Бронтозавр доверчиво ткнулся ей в ладонь. Не обнаружив ничего вкусного, он удивленно отпрянул и с почти открытой обидой посмотрел на человека.

Грант чуть не рассмеялся, настолько узнаваемы и по-детски непосредственны были реакции динозавра. Тим же не выдержал и прыснул в ладонь. Лекс довольно улыбнулась.

В этот момент бронтозавр судорожно набрал воздуха и… оглушительно чихнул, забрызгав девочку прозрачной слизью. Теперь уж Тим хохотал во все горло, не таясь. Он веселился до тех пор, пока бронтозавр не чихнул еще раз. Только теперь «мишенью» послужил сам мальчик. Лицо паренька вытянулось, и он принялся счищать с себя липкую слизь.

Лекс улыбнулась и прошептала:

— Благословит тебя Бог.

Co стороны озера донесся протяжный трубный зов. Динозавр сразу встрепенулся и принялся неуклюже топтаться на месте, пытаясь развернуться среди деревьев. Справившись наконец с этой, в общем-то, нелегкой задачей, он беспокойно потрусил к озеру, то и дело оглядываясь на людей.

— Ну, ребята, — сказал Грант, когда динозавр скрылся из виду, — пора собираться.

Арнольд Кеймен задремал прямо в кресле, перед экраном компьютера. Он сидел, склонив голову на грудь, посапывая, и ему не снились кошмары. Напротив, сны его были приятными, пестрыми, как колода игральных карт. Негр даже улыбался и изредка причмокивал губами. Крепкий здоровый сон уставшего человека.

Арнольд не слышал, как пискнул компьютер, и ограждение зоны Рапторов погасло. Еще через полчаса отключилась программа блокировки системы безопасности. Компьютерный Деннис растаял. Он исчез с монитора, уходя в небытие, как ушел Деннис настоящий. Смолкло сладковатое: «Вы забыли…» и «Ха-ха-ха…» Наступила тишина. Лишь мерное гудение вентиляторов нарушало ее, но оно, скорее, убаюкивало, чем тревожило.

Проснулся Арнольд от того, что кто-то прикоснулся к его плечу. Касание было слабым, но и этого оказалось вполне достаточно, чтобы программист вздрогнул и открыл глаза. Обернувшись, он увидел Хадлинга. Соломенные волосы того, и так не очень послушные, были в полном беспорядке, глаза, красные после утомительной ночи, тем не менее смотрели осмысленно и трезво.

— Сморило? — спросил Хадлинг.

— Да, устал, — объяснил Кеймен собеседнику.

— Оно и понятно, — заметил тот. — Все эти неприятности не способствуют улучшению самочувствия.

— Это верно.

— Угу. Ты чертовски неважно выглядишь, — Хадлинг вздохнул. — Скорее бы наладили ограждение.

— Я только об этом и думаю, — Кеймен вдруг сообразил, что не слышит ставшей уже привычной насмешки Денниса. Программист круто развернулся в кресле. — Погоди-ка…

Хадлинга не оживил энтузиазм в его голосе. Несколько апатично сунув руки в карманы халата, он наблюдал за энергичными действиями Арнольда. Тот суетливо набрал на клавиатуре команду и… компьютер отозвался. Картинка ожила.

— Приятель, твоя мечта сбывается, — пробормотал Кеймен Питеру. — Похоже, эта штука заработала.

— Да ну? — Хадлинг чуть-чуть воспрял духом. Усталость, сковывавшая мозг тяжелой цепью, несколько развеялась приятной новостью. — Там, действительно, можно что-то сделать?

— Пробую, — пальцы Кеймена сплясали джигу на клавиатуре. — Господи, не могу поверить.

— Что-то не так? — встревожился Хадлинг.

— Наоборот. Осталось только включить главный рубильник, и все оборудование парка придет в норму.

— Да ты кудесник, старина, — Хадлинг устало улыбнулся. — Дело за малым: пойти и нажать несколько кнопок.

— Угу, — Кеймен кивнул. — Ты случайно не знаешь двух симпатичных парней, готовых осуществить эту героическую миссию?

— По-моему, ты и сам их прекрасно знаешь.

— Так сделаем это!

Они засмеялись, вполне довольные собой.

Арнольд набрал на клавиатуре текст, включил режим печати, и принтер, тихо попискивая, начал выводить на бумаге слова.

Было шесть часов утра.

Они шли уже больше часа, а джунгли и не думали заканчиваться. Куда бы ни взглянул Грант, везде колыхались тропические деревья, лианы, цвели орхидеи, не было только яркого солнечного света, свободно струящегося с белого раскаленного неба. С одной стороны, это радовало. Прохладная тень несла успокоение уставшему телу, но, с другой стороны Алан уже начал всерьез сомневаться, в том ли направлении они двигаются. Возможно, он ошибся в своих расчетах, тогда эта прогулка закончится для них трагически. В пасти одной из обитающих здесь хищных рептилий. Дети, похоже, не разделяли тревоги Гранта. Им было достаточно того, что с ними взрослый. И если в начале пути они молчали, то минут через двадцать завели вполне нормальную оживленную беседу о самом парке и его «экспонатах».