Атака по правилам - Вадим Панов

Московское полицейское управление

Москва, улица Петровка,

30 сентября, суббота, 15.20

– Никогда бы не подумал, что Нытиком овладеет мания величия, – задумчиво произнес Шустов, прослушав из уст Корнилова краткий пересказ допроса профессора Серебрянца. – Я всегда считал его самым хладнокровным и умным из всех московских урок.

– Видимо, Кара предложила ему такие ставки, что он забыл об осторожности, – предположил Андрей.

– Власть? – Шустов покачал головой. – У него ее достаточно.

– Не скажи. – Корнилов закурил очередную сигарету. – Каждый уголовник чувствует свою ущербность – общество презирает его, и, сколько бы денег он ни украл, он всегда будет отверженным, грязным. Нытик не исключение, он хочет вернуться, но при этом сохранить свою силу.

– Думаешь, дело в этом?

– В том числе и в этом. Лавры борца за счастье всего человечества могут гарантировать ему индульгенцию.

– И Кара это использует?

– Он был ей нужен, – пожал плечами Корнилов.

– Когда ты хочешь допросить Нытика? – спросил Шустов.

– Поедем к нему сегодня. – Майор затушил сигарету и посмотрел на Сергея. – Вместе.

Толстяк кивнул и почесал в затылке:

– Спецназ с собой возьмем?

– Нытик – разумный человек, – жестко усмехнулся Корнилов. – Уверен, он сможет оценить нашу вежливость.

– Значит, не возьмем, – вздохнул Шустов.

Андрей рывком снял трубку зазвонившего телефона:

– Слушаю!

– Майор Корнилов?

«Сантьяга!»

– Извините, что долго не звонил, майор Корнилов, я был очень занят.

– Ничего страшного, – осторожно ответил Андрей. – Как ваши дела?

– Постепенно приходят в порядок. – Комиссар выдержал небольшую паузу. – А как ваше расследование, майор Корнилов?

– Тоже постепенно приходит в порядок, – улыбнулся полицейский, – мне удалось выйти на очень интересный след.

– Рад за вас. – Сантьяга опять помолчал. – Скажите, майор Корнилов, ваше расследование каким-либо образом затрагивает колдунью по имени Кара?

– А почему вас это интересует? – насторожился Андрей.

– Значит, затрагивает?

– Она работает на вас? – угрюмо осведомился полицейский.

В свое время Сантьяга уже просил Корнилова не проявлять излишнего интереса к деятельности некоторых людей, и Андрей с неприязнью подумал, что на этот раз комиссару придется отказать в подобной просьбе. Но все оказалось совсем не так плохо.

– Кара работает против меня, – сообщил Сантьяга, – и я очень заинтересован в ее нейтрализации. Вы знаете, где она живет?

– Нет, но, возможно, узнаю в ближайшее время.

– И отправитесь к ней?

– Всенепременно, – подтвердил Андрей, – я сгораю от желания познакомиться с этой дамой.

– Понимаю ваше нетерпение, – засмеялся Сантьяга. – Что ж, поскольку наши интересы снова совпадают, я не буду вам мешать, майор Корнилов, но хотел бы предупредить, что Кара очень опасна. Она необычайно сильный маг. Кроме того, она презирает власти, и ваш полицейский жетон будет бесполезен.

– Договоримся так, – подумав, предложил Андрей, – я поеду к ней сам, а если пойму, что не справляюсь, то обращусь за помощью к вам. О’кей?

Несколько секунд комиссар размышлял, а затем согласился:

– О’кей, майор Корнилов, это справедливое решение. Но…

– Что но? – снова насторожился Андрей.

– Вы не будете против, если я позволю себе подстраховать вас? – мягко спросил Сантьяга. – Кара без оглядки использует в своей работе магию, и вы должны быть готовы к этому. Несколько несложных устройств помогут вам, а мне будет спокойнее.

– Буду рад поддержке, – кивнул Андрей.

– Вот и замечательно. – Удивленный полицейский уловил в голосе комиссара облегчение. – Вам немедленно доставят несколько артефактов и расскажут, как с ними обращаться.

Москва, Конюшковская улица,

30 сентября, суббота, 15.21

Бурхан не обманул: «Умник» действительно был взломан, причем очень аккуратно и профессионально. «Тиградком» наверняка пригласил бы занимавшегося этим специалиста к себе. Кортес еще раз проверил работу всех программ боевого компьютера, убрал его в сумку и задумчиво вышел из «Навигатора». Сумма, которую запросил старый Бурхан за контрабандный «Умник», была чрезвычайно высока, и даже после отчаянной торговли наемнику не удалось опустить ее до разумных пределов. Компьютер все-таки пришлось купить – без него в доме Кары делать было нечего, – но теперь вложенные в операцию средства оказались слишком высоки. Заказчика у наемников по-прежнему не было, продавать Черную Книгу Кортес не собирался, а значит, надо было подумать над получением прибыли, то есть обязательно раздобыть браслет фаты Мары. Наемник предпочитал не рисковать жизнью просто так.

От мрачных мыслей Кортеса отвлек звонок мобильного телефона. Наемник покосился на черную трубку и задумчиво потер подбородок. Это вполне мог быть Сантьяга, а Кортес не испытывал желания общаться с комиссаром. Телефон не умолкал, и наемник нажал кнопку ответа:

– Кортес.

– Привет, чел.

– Кувалда? – удивился наемник. – Не ждал.

– Фогафываюсь, – хмыкнул одноглазый фюрер Красных Шапок. – Челам не свойственна благофарность.

– Благодарность за что?

– В свое время я тебе рассказывал о странной человской вефьме по имени Кара, – напомнил Кувалда. – Не так фавно это было.

Кортес насторожился:

– Я помню эту занятную историю.

– Я вот тут сложил несколько вещей, – продолжил Кувалда. – Кара была связана с Богфаном ле Ста – раз. В той истории тоже были черные моряны – два. Тебе не кажется, что за всеми послефними событиями стоит Кара?

– Может, стоит, а может, и нет, – проворчал Кортес. – Я же обещал, что не забуду о помощи, Великие Дома выразят тебе благодарность.

– В послефнее время у меня как раз проблемы с Великими Фомами, – признался одноглазый фюрер. – Им не нравится, что мои ребята активно грабят челов, и я вот пофумал, что буфет неплохо, если я приму участие в поимке этой самой Кары. Как ты фумаешь?

– Не думаю, что это хорошая идея.

– Есть, конечно, фругой вариант, – покладисто согласился Кувалда. – Я просто расскажу королеве Всеславе все, что знаю, и она решит, как поступить. По крайней мере я заслужу благофарность офного Великого Фома.

«Не хватало еще, чтобы за Черной Книгой охотился весь Тайный Город», – кисло подумал Кортес, прикидывая варианты.

Пользы от Красных Шапок немного: дикари способны только грабить. Зато как отвлекающий отряд они бесценны, шума от них будет полно, а во время поднятой ими заварушки выполнить свою задачу будет гораздо легче. Взвесив все за и против, Кортес медленно спросил:

– Но если я возьму тебя с собой, ты не ограничишься одной благодарностью?

– Ты уже вышел на слеф Кары? – поинтересовался Кувалда.

– Да.

– И согласен взять меня с собой?

– Возьму, возьму, Спящий припомнит тебе этот шантаж.

– Спящему и так хорошо, – махнул рукой Кувалда. – У Кары богатый фом?

– Полагаю – да.

– Мы с уфовольствием его пограбим.

Ничего нового одноглазый не сказал.

– Вот этого я и боюсь, – Кортес вздохнул. – Слушай сюда, Кувалда, мое условие простое: мне нужна всего одна вещь. Одно маленькое, скромное украшение.

– Не проблема, – с готовностью среагировал фюрер, – мы возьмем все остальное.

– Не все, – разбил мечты одноглазого наемник. – Библиотека Кары интересует Великие Дома. Нам придется отдать им книги.

– Отфать или профать? – засопел Кувалда, прекрасно знающий повадки хитрого наемника.

Кортес покачал головой:

– На этот раз именно «отфать». К сожалению.

– Значит, библиотека – Великим Фомам, тебе – офно украшение по твоему выбору, а нам – все остальное, – подвел итог фюрер. – Где встречаемся, партнер?

Наемник скривился:

– Записывай, куда подъехать… партнер.

Московское полицейское управление

Москва, улица Петровка,

30 сентября, суббота, 15.39

Посланцем Сантьяги оказался высокий черноволосый мужчина в неброском, но явно дорогом костюме. Манжеты его белоснежной сорочки скрепляли запонки с черными бриллиантами, а стоимость галстука ручной работы была явно больше, чем цена всех компьютеров отдела. Тем не менее гость оказался весьма воспитанным. Он вежливо постучался в кабинет, дождался разрешающего ответа и только после этого открыл дверь. Затем он вежливо поздоровался и кратко представился:

– Ортега.

Правда, руки подавать не стал.

Полицейские назвали свои имена и, чтобы не портить возникшую добросердечность, не стали уточнять у своего гостя, как ему удалось пройти в тщательно охраняемое здание Московского полицейского управления.

Ортега присел в кресло, любезно предоставленное Корниловым, покосился на Шустова и деликатно кашлянул.