Сумасшедшая принцесса - Татьяна Устименко

– Да ну! – вырвалось у Ланса. – А что хроники?

– А в хрониках говорится, что храм перенесся в тайное место по воле самого могущественного эльфийского архимага, которому помогала Пресветлая богиня. И еще в хрониках содержится зашифрованная карта, с помощью которой исчезнувший храм можно найти…

– Стойте, – внезапно прервал меня Огвур, – слушайте!

Мгновение мы старательно прислушивались.

– Да что случилось-то? – удивился полукровка. – Тихо все, ничего не слышу.

– В том-то и дело, что тихо. – Огвур потянулся к секире. – Птицы замолчали. Мне кажется, мы здесь не одни.

– Бросайте оружие, вы окружены! – внезапно прозвучало над нашими головами.

На невысоком пригорке справа от дороги появилась фигура всадника, одетого в кольчугу. Ланс выругался и схватился за арбалет. Незнакомец поднял руку, и из кустов выбежало человек сорок. На высоте рядом с ним показалось несколько лучников со стрелами, наложенными на тетиву и нацеленными в нашу сторону.

– Сопротивление бесполезно! – снова прокричал всадник. – У нас есть приказ взять вас живыми или мертвыми. Так что лучше слезайте с лошадей и бросайте оружие.

ГЛАВА 3

Оставшуюся часть пути мы проделали со связанными руками. Утешало одно – отряд двигался в нужном направлении, к замку Кардиньяк. Никто не потрудился завязать нам глаза и рты, поэтому я с увлечением оглядывалась по сторонам. Мои спутники предпочли воспользоваться свободой ртов – Ланс ругался не умолкая, а Огвур призывал гнев небес на свою легкомысленную голову – за то, что ослабил бдительность и позволил поймать себя как сопливого мальчишку. Кажется, слова про мальчишку полуэльф принял на свой счет, и эмоциональность его выражений усилилась. Я предпочла помолчать до поры до времени. Начальник отряда поглядывал на нас с некоторой настороженностью, но тоже держал рот на запоре. Ладно хоть, он в корне пресек попытки желающих вытащить из ножен мой Нурилон и боязливо повесил его себе на седло. Прочие вояки, судя по всему набранные в основном из местных селян, вполголоса вели увлекательную беседу о видах на урожай брюквы в этом году. Короче, путешествовали мы комфортно и познавательно.

Тем временем дорога вывела нас из леса. Начались поля, засаженные какими-то съедобными культурами. Агрономией я никогда особенно не увлекалась и была неспособна отличить рожь от пшеницы, поэтому про поля сделала всего два существенных вывода. Первый – на них росла вроде бы не брюква, а второй – если начались поля, то, значит, вскоре появится и сам замок. Еще через пару миль я получила законное право гордиться своими способностями к логическим умозаключениям. Замок стоял на открытом месте, всем своим видом наглядно показывая, что барон Пампур неплохо разбирается в фортификации. За такими толстыми, высокими стенами, сложенными из гладких каменных плит, можно было пережить не одну длительную осаду. Замок окружала устрашающе мощная крепостная стена, по верхнему настилу которой прогуливалась вооруженная стража. Создавалось впечатление, что жители замка абсолютно готовы к началу немедленных военных действий. Над золоченым шпилем одной из башен гордо реял штандарт с изображением упитанного кабанчика в окружении каких-то веточек и листиков. Флаг поднят, – значит, хозяин в замке. Вот и отлично, у меня к нему накопилась масса вопросов, включая наш совершенно непонятный способ транспортировки. Может, я и выросла вдалеке от столицы, но придерживалась несколько иного мнения о церемониале приема дочери своего сюзерена, чем тот, который так неожиданно продемонстрировал барон.

При нашем приближении створки ворот распахнулись, являя обширный, чисто выметенный двор с привязями для лошадей, караульными и казарменными помещениями. Становилось заметно, что дом барона де Кардиньяка поставлен на широкую ногу. Нас невежливо стащили с коней и построили в шеренгу перед лестницей, ведущей куда-то выше первого этажа, на котором располагались только служебные комнаты. Мои друзья начали топтаться на месте, разминая затекшие ноги, под бдительными взглядами охраны, не отходившей от нас ни на шаг.

– Так вот это и есть ведьма! – раздался громкий, торжествующий голос.

Я подняла голову. На лестнице нарисовался маленький, сухонький человечек в черной мантии. Потирая тощие ручки, он разглядывал меня с таким счастливым видом, словно я являлась долгожданным подарком, полученным им на день рождения. Подбородок старика украшала жиденькая козлиная бородка, а на лысой голове криво сидела выцветшая бархатная шапочка. Что-то я совсем по-другому представляла себе бывшего командующего личной охраны моего отца.

– И меч при ней? – спросил старичок, обращаясь к начальнику нашей стражи.

– Все как в письме, ваша милость, – поклонился незнакомец, протягивая ему Нурилон.

Но старичок испуганно замахал ручками:

– Да ты что, Винфрид! В мече ведьмы скрыта черная сила, способная убить нас всех. Неси его немедленно в лабораторию…

Я изумленно открыла рот, собираясь спросить: что за ерунда здесь творится? Но старичок еще эмоциональнее замахал своими немощными конечностями:

– Молчи, проклятая ведьма, не смей вершить свое богопротивное колдовство, иначе я прикажу зашить тебе рот!

Вот тебе на! Я так резко захлопнула рот, что чуть не прикусила язык. Огвур и Ланс, казалось, совсем онемели от удивления и только переводили выпученные глаза с меня на старика.

– В подземелье их, – повелительно приказал козлобородый, – и не спускать с них глаз. Господин барон сам решит, что делать с ведьмой.

Нас немедленно подхватили под связанные руки и потащили вниз через маленькую неприметную дверь у самого основания башни. Узкая винтовая лесенка уводила в полумрак, откуда веяло сыростью и плесенью. Да, похоже, мы вляпались в большие неприятности. Радовала только одна последняя фраза, брошенная стариком. Кажется, я еще буду иметь возможность увидеть самого владельца замка.

К нашему величайшему облегчению, нас не разделили а запихнули в одну крохотную камеру, на полу которой даже обнаружилось небольшое количество свежей соломы. После этого наши сторожа заперли железную решетку, заменявшую в камере дверь, и ушли, оставив нам вонючий, сильно чадящий факел. Как только мы остались одни, Ланс тут же бросился на колени и вцепился острыми зубами в узел веревки, стягивающей мои руки за спиной. Веревки хватило ненадолго. Потом мы общими усилиями освободили Огвура, который с гневным рычанием буквально содрал путы с нежных рук самого полуэльфа. Могучие ладони орка ухватились за прутья решетки. Тысячник поднатужился, но преграда даже не шелохнулась.