Любовь по рецепту - Юлианна

сделать некому. Возможно, кто-то захотел хайпануть и сделал это не лучшим способом, потому что, во-первых он вылетит из шоу. Во вторых, его привлекут к уголовной ответственности и в третьих, путь в ресторан ему будет заказан навсегда, — голос Эрмана был злым.

Он будто приговор оглашал, заставляя девочек нервничать и переживать.

— Ставлю сотню, что сиротка захотела прославиться за наш счет, — бросила тихо Лина, чтобы слышали только девочки.

— Рехнулась? — разозлилась Мира.

— Мир, не надо, — всполошилась Маша и Люся. — Ты же знаешь, отчислят.

— Ну, давай, сиротка. Что? Испугалась конкуренции? Поверь, когда ты ему наскучишь, я его утешу.

— Сука!

Глаза Миры горели огнем, и она бросилась на нее, но в последний момент, Эрман увидев, что между ними что-то происходит, вмешался и увел Миру в сторону.

— Какого черта? Что случилось? — кричал он, смотря не на Миру, а на Лину, прекрасно зная, кто именно зачинщик драки.

Быстрый взгляд человека и он, взяв Миру за руку, подводит ее к барной стойке.

— Вот с этого номера было отправлено сообщение и… фото. Знакомо? — парень поворачивает телефон, показывая фото, где Лина целует Эрмана и он ругается.

— Выкинь эту… из моего ресторана или я придушу ее! — отдает приказ Эрман и Дмитрий молниеносно реагирует на это.

— Лина, собери свои вещи и покинь ресторан. Ты больше не являешься участницей нашего проекта. Так же тебе необходимо быть готовой к тому, что в скором времени тебя привлекут за несоблюдение условий контракта.

— Что? Какого черта? — возмутилась она? — Только потому, что я скинула им нашу фотку?

— Ты поцеловала меня без спроса, и я взял с тебя слово, что ты никуда ее не выставишь, — процедил Эрман, оборачиваясь, и смиряя ее яростным взглядом, чувствуя, как рука Миры заледенела. — Если бы не твоя выходка сегодня, ты могла бы вполне добиться успехов в этом деле. Но твоя заносчивость и гордыня, сделали свое дело. Мне жаль, что ты похоронила все свои труды ради минутного дерьма, озвученного репортерами, которым будет плевать на тебя уже через час.

— Эрман… — было видно, что Лина жалеет о своем поступке, но Эрман был неумолим.

— Не смей ко мне так обращаться! Для тебя я, Эрман Брониславович. И никак иначе. Дим, ты дальше сам. А нам с Мирой нужно кое-что обсудить.

— Значит ей с тобой спать можно, а мне нельзя даже поцеловать? — крикнула Лина.

— В отличие от тебя, она моя невеста. А ты… прости. Ты даже на роль мой кухарки не подойдешь.

— Разве ее не нужно привлечь за это по суду? — не сдавалась Лина, заставляя Миру сжаться и увидеть в глазах девчонок вопрос.

— Для всех присутствующих, говорю один раз. Мира и я знакомы давно, до начала шоу. Она моя невеста и будущая жена. Поэтому если кто-то захочет ее оскорбить, советую дважды подумать, прежде чем это делать.

Взяв Миру за руку, он утащил ее в кабинет под громкие крики и брань из уст Лины. Усадив Миру в кресло, Эрман опустился на колени и заглянул ей в глаза.

— Ничего не было. Она неожиданно поцеловала меня и все.

— Думаешь, они поверят тебе?

— Что? Ты о чем? — спросил Эрман.

— Ну, я про Машу, Люсю и Настю?

— Мне плевать. Я знаю, что ты единственная женщина, которую я люблю и которая достойна самого лучшего в этом мире! Ты достойна этого не потому, что спала со мной, а потому что стремилась к этому с самого детства. Не сдавалась. Не жульничала и не мелочилась. Отдавала себя всю работе. Именно поэтому, ты достойна стать шеф-поваром этого ресторана.

— Что?

— Ты выиграла Мира. Твои блюда были самыми восхитительными, невероятными и красивыми. И возможно, я мог бы схитрить и оставить в своем ресторане кого-то другого, чтобы забрать тебя с собой в Париж, я не стану.

— Но…

— Никто не подумает так. Они знают, что кроме Лины соперниц у тебя не было. Но она сама отдала свою победу. И дело не в сегодняшней ситуации, а во всех «за» и «против».

— Я выиграла? — недоверчиво и в тоже время с улыбкой, спросила Мира и он кивнул.

— В Париже я объявлю об этом открыто. А пока, прошу, молчи.

55

Поездка в Париж заставила Миру посмотреть на все глазами Эрмана. Его ресторан был лучшим, а работники выкладывались, не жалея себя. Эрман даже провел им мастер-класс, где девочки с воодушевлением просили повторить.

После случившегося, никто из девочек ни разу не сказал Мире ни слова, сразу решив, что все устроила Лина, пытаясь выиграть в гонке. Маша с мужем делали кучу совместных фотографий, улыбаясь на камеру, а Люся и Настя, друг друга.

— Думаю, что нам тоже необходимо что-то совместное? — прошептал Эрман, обнимая ее за талию и целуя в щеку.

Мира до сих пор никак не могла побороть в себе страх быть застигнутой на месте преступления, и каждый раз оборачивалась посмотреть, нет ли лишних глаз.

— Они не смотрят. Им некогда, — улыбнулся Эрман и потянулся к ее губам.

— Кстати, грушевый тартен покорил меня. Я ел яблочный, но это было давно и…

— Тебе не понравилось, — улыбнулась Мира, притягивая его за шею. — Думаю, что ты тоже мог бы приготовить мне что-то из своего любимого?

— Нет. Это секрет.

— Что?

— Прости, нет.

— А жене? — лукаво улыбнулась Мира.

— Жене и детям, да. Определенно.

— Тогда хорошо, что я согласилась выйти за тебя через месяц.

— Слишком долго. Мама уже все приготовила. Девочки теперь наши по закону, брат с Кариной в восторге от тебя и своих послушных мальчиков, общающихся с Катюшей и Ксюшей. Марк и Лала, тоже не понимают, почему мы до сих пор не расписались?

— Даша в курсе всех наших с тобой соглашений. Поэтому сомневаюсь, что она будет нас торопить. Кстати на днях она сказала, что планирует искать мужа в церкви, потому что отношения с ней можно построить только с Божьей помощью, — улыбнулась Мира и Эрман рассмеялся.

— Что, Марк с Давидом снова сцепились?

— И еще как!

— И что она на это ответила? — спросил Эрман.

— Сказала, что ее детям нужен серьезный отец. Сумасшедшая мать у них уже есть, а эти двое — психованные придурки. Думаю, если она и хочет поторопить нас, то только для того, чтобы сбежать от них.

— Тогда надо поторопиться.

— Да уж, ее отец решил, что погорячился со сроком в тридцать лет и, когда в последний раз они подрались, сказал, что не отдаст свою дочь ни за кого из них, — улыбалась Мира.

— И правильно