И в шутку, и всерьез (былое и думы) - Александр Аронович Зачепицкий

сплошное хулиганство,

Бывал он чистым, как Христос,

Бывал он грязным, как барбос,

Но с детства до седых волос

Он женщин обожал с завидным постоянством!

И вот он юношею стал,

И в университет попал,

Ах, Боже мой, как же давно все это было!

Он в карты сутками играл,

Он лекции не посещал,

Зато ходил в спортивный зал

И между брусьями торчал,

И прыгал там через коня или кобылу.

А рядом с домом был овраг,

И в тот овраг и друг, и враг,

Кому не лень, металлолом валили тонны,

Когда же снег все покрывал,

Он в нечистоты те нырял,

Нырял на лыжах по крутым овражным склонам.

А из оврага на трамплин,

Полез нахальный сукин сын,

Я вам секрет его способностей открою:

Он падал там не мало раз,

И виден результат сейчас, –

Поскольку часто ударялся головою!

Он был красив, как Апполон,

Девицы исторгали стон,

Танцуя с ним под патефон,

И доставал небрежно он «Казбека» пачку,

Но, главное, он был похож,

И этот факт не обойдешь –

Ну, прямо вылитый Сосо времён Батумской стачки!

Полсотни лет назад рожден,

Как он, горяч, как он умен,

С такой же черной непокорной шевелюрой,

Да, слава Богу, не жесток,

Но, если б в нем взыграл Восток,

Не миновать бы новой диктатуры!

Но он диктатором не стал,

Он на завод в Казань попал,

И там самоотверженно трудился,

Там в общежитии живал,

По суткам пищи не жевал,

Но женщин все ж не забывал,

И чуть не спился!

Но тут приехала она,

Любви и прелести полна,

И жизнь его нетривиальным светом озарила,

Его с завода извлекла,

С собою в Горький завлекла,

И элегантно дочь родить сообразила!

Так кто же, граждане, она?

Его богиня и жена,

Его опора в испытаниях суровых?

Она красива и стройна,

Она учена и умна,

Она доцент из ГГУ Л.П. Боброва!

Она спортсменка – высший класс,

А в волейболе просто ас!

Да и сейчас она средь нас в отличной форме!

И ездит в горы на Кавказ,

И радуют мужчинский глаз

Её, товарищи, я извиняюсь, формы!

А где её он раздобыл?

Когда её он возлюбил?

Об этом, граждане, вы можете услышать.

Её он, точно, охмурил,

А может быть и совратил!

Под Новый год, в Канавине, на крыше!

Так вот, за то, что в СКБ,

Благодарение судьбе

Есть Зачепицкий – корифей и, скажем прямо, витязь!

Ну, прямо, ангел во плоти,

(О Господи, меня прости

Хочу я рифму обойти)

За это Лялечке вы в ножки поклонитесь!

Два слова о его делах.

О, помоги же мне, Аллах,

Мне очень хочется, но помоги не расколоться!

Он создает, ну просто АХ!

На радость нам, врагам на страх!

И руку жмут ему большие полководцы!

Сказать подробней не могу,

Но знаю, злобному врагу

От разных Алькиных делишек не до шуток!

Я вам намеком помогу,

Но вы об этом не гу-гу –

Он что-то делает, когда-то там, кому-то!

А может быть наоборот,

В науке, кто их разберёт,

Ученые, они соображают –

Он потому и кандидат,

Что «ихни» пакости назад

Без промедления он им же возвращает!

Вот кто-то в штатском здесь сидит

И так внимательно глядит,

что, чувствую, меня он уважает,

Но хоть и выпил я сто грамм,

а повода ему не дам

Поскольку кое-что еще соображаю!

А что творит он на досуге?

Небось гоняет буги-вуги,

Забывши, что не холостой?

Нет, он хобби имеет большой!

Этому хобби завидуют многие,

Женщины, девы, мужи длиннорогие

И умоляют: «Мы тоже хотим,

Можно на хобби твоем посидим?»

Хобби этот у всех на виду

Это авто на бензинном ходу!

Алик с ним ежедневно играет –

То разбирает, то собирает,

Ездит по ямам, летит на таран,

Многое терпит «Жигуль» ветеран.

ЧАСТЬ II. 10 лет после 50-ти

И вот промчались десять лет,

Они оставили свой след

М на челе его высоком,

И на уме его глубоком,

И хобби тоже постарел.

Уж не резвится как пострел,

Он меньше пьёт, он хуже спит,

Его извел радикулит.

Когда-то ездил на охоту,

И ублажал прекрасный пол,

Теперь же в брюках вместо что-то

Таскает только валидол!

Но он живой, неугомонный

Встречает возраст свой преклонный

Все так же молод и красив

Все так же горд, но не спесив!

И как сказал когда-то кто-то

Он весь, товарищи, в работе!

В любой командировке с иголочки одет,

Не бегает в столовку, не ходит в туалет,

Не мчится оголтело по магазинам он,

Он в дело, только в дело, всецело погружен.

И на пути обратном в вагоне он не спит

Над интегралом кратным возвышенно сидит.

Семейные заботы презрев, как тяжкий сон,

С вокзала на работу спешит, немедля, он.

И результаты будут, и РЛС не счесть,

Когда такие люди в стране советской есть!

На Алика гляжу и радуется сердце

Посмотришь на него – умнейший встретишь взгляд.

Достоин этот тип возвышенного скерцо!

Всегда горит в труде, не требуя наград!

Не требуя ни премии, ни славы,

Все положил он на алтарь страны,

Его свершения дерзки и величавы,

И не нужны ему зарплата и чины!

Он создает земные инструменты,

Но мыслью огненной стремится в небеса.

Он даже, может быть, пройдет в интеллигенты,

Когда подешевеет колбаса!

Кто же он, А. Зачепицкий?

В просторечьи, Зачепон.

Может, прожигатель жизни?

Может бывший Соломон?

Может бывший князь Потемкин?

Может быть, рецидивист?

Может, знаменитый Чонкин?

Или даже футболист?

Бывший кровосос-заводчик?

Или, может прохиндей?

Нет, он знатный разработчик!

Он партиец и еврей!

Инженер он с божьим даром,

Как изюминка в халве,

Говорят о нем не даром,

Как о светлой голове.

Этот дар его бесценен,

Как из соболя манто,

Даже сам товарищ Цейтлин

Перед Аликом – ничто!

Быть Александром очень нелегко, -

Великие поэты, полководцы,

Взлетают Александры высоко,

Их средь царей с полдюжины найдется.

Но Алик Зачепицкий выше всех,

Подобен спутнику иль пламенной ракете,

И там, где Зачепицкий, там успех,

Об этом знают и грудные дети!

Но, граждане, я обращаюсь к вам:

Пусть Зачепицкий имя не роняет –

Раз Александр – не Лев, пусть ублажает дам,

А мясо хочет жрать – пусть в цирке выступает!

ЧАСТЬ III. Пожелания на будущее

Будь счастлив при любой погоде,

Работай не горюй,

Будь крепок, несмотря на годы,

И