Зов Арахны (СИ) - "Сереброса"

— Цветочек! По моей цели! Сбить эту сволочь! — прицельная система «краусса» захватила цель и выдала поправку на упреждение, бело-голубой факел дульного пламени вырвался в направлении летящей машины, — чёрта вам лысого, собаки! Всех сжечь! Всех, до единого!

Эльтер «хризантемы» загремел рядом, две трассы высокоэнергетичных зарядов сошлись на цели. Машина оказалась защищена щитом, который тут же вспыхнул, и, выдержав два десятка выстрелов, исчез. Аэротранспортёр плюнул чёрно синими клубами дыма, оранжевый с голубым огненный шар вырос из кабины. Машину бросило вниз, веером разлетелись обломки и снопы искр. С размытым шлейфом дыма, угловатый корпус полетел вниз, кувыркаясь вокруг продольной оси. Николай дал по падающей машине вторую длинную очередь. Снова полыхнули гроздью разрывы, обломки и пламя брызнули во все стороны.

— Вперёд! К месту падения! Ни одна гнида не должна из него вылезти!

Гвоздикина побежала туда, куда падал горящий аэротранспортёр, и включила двигатель, чтобы как можно быстрее перелететь обрушенные взрывной волной остатки старинных руин. Она подоспела к дымящему остову, когда из развороченного бокового люка, смотрящего сейчас почти вверх, вылезало нечто, отдалённо напоминавшее её собственную «хризантему». Разглядывать боевую оболочку Наталья не стала, а вскинула ещё не остывший эльтер и длинной очередью превратила в расплавленные брызги. Потом прошлась по остаткам летающей машины, превращая её в дым и искры.

Искусственная снайперша, подбежавшая когда уже половина аэротранспортёра превратилась в пар, молча наблюдала за окрестностями. Соколов прибежал последним, когда эльтер Гвоздикиной уже дымился, а от машины остался раскалённый, дымящийся огрызок. Он посмотрел на результат и показал вперёд.

— Цветочек, поднимись повыше, нужно найти куда точно упал десантный «крокодил». И по сторонам посмотри. Мы идём дальше.

«Хризантема» поднялась сначала на гору обломков слева по улице, потом включила двигатель и взмыла вертикально вверх. На высоте сорока метров она на секунду зависла, плазменный инвертор отключился и включился уже для посадки.

— Видела три дыма, десантный лежит ближе всех к нам. Метров шестьсот на север-запад-запад.

— Двигаем. Смотреть в оба и следить за небом.

Десантный «крокодил» лежал на левом боку, правый люк распахнут. Было видно, что падая, он протаранил остатки старого фундамента, выдержавшего волну от взрыва. Хвост машины смят, кабина придавлена кусками старого бетона. Правый задний двигатель вывернут на шарнире вверх и именно из него идёт дым. На свежей бетонной пыли две цепи следов, одна из которых говорила, что шедший подволакивал правую ногу.

— Зета, посмотри что внутри, — распорядился Николай, осматривая груды старого бетона.

Зет Шесть быстро запрыгнула на дымящуюся машину и заглянула внутрь.

— Пилот не функционирует, охранная единица уничтожена. Защитная капсула пассажира повреждена и пуста.

— Идём по следам. Зет, есть какие-то способы быстро найти пассажира?

— Ни один из зарезервированных аварийных каналов здесь не функционирует, — ответила Зет Шесть.

— Значит ищем так, — заключил Николай.

Следы то исчезали, то снова появлялись на песке и в осевшей пыли. Пришлось пройти почти два квартала, когда на заброшенной площади, усыпанной остатками упавшей высотки и перерытой воронками от взрывов, следы потерялись окончательно. Покрутив всеми приборами во все стороны, Гвоздикина снова нашла свежие следы. А на мониторе связи «краусса» засветилось оповещение о текстовом сообщении. Соколов тут же приказал занять оборону и первым делом проверил, как и откуда пришёл сигнал. Оказалось, что это один из планетарных каналов использовавшихся когда-то в армии Консорциума. Пакетная система шифрования не позволяла определить направление на источник сигнала. Автор послания откуда-то знал, что здесь кто-то сможет принять его. В самом же послании значилось:

«Это снова вы, мсье Соколов. Вы просто идёте рука об руку с удачей. Я на другой стороне площади, в фонтане».

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Большой, круглый фонтан с массивным бортом, частично заваленный обломками рухнувшего здания. Больше метра глубиной и диаметром в десять, сейчас напоминал окоп, или даже маленькую крепость. За крупным куском бетонной стены залёг единственный боевой андроид. В каждой руке по компактному эльтеру, бронекостюм с маскировочным чехлом не позволял приборам увидеть его издалека. Другая сторона фонтана частью обрушилась внутрь, и там можно было вылезти наружу, в ложбину между двумя грудами обломков. У самого обвала, прислонившись к побитой стене фонтана, сидела ещё фигура в бронекостюме. Похоже Татьяне Курназир порядком досталось при крушении. Оружия при ней не было и обращало на себя внимание не совсем естественное положение правой ступни.

Николай подошёл и хотел заговорить с ней, но его перебила Гвоздикина.

— Командир, к нам гости! Причём с двух сторон. Две машины с севера, три с юга.

Соколов открыл свою тактическую проекцию и сразу увидел, что приборы «хризантемы» заметили запуск ракет с машин, идущих с юга. Хотя, судя по скорости, это явно были не ракеты.

— В укрытия, к бою!

Из-за полуразвалившихся остовов домов, на площадь выскочила пара летающих механизмов — боевые дроны на аэромагнитной подвеске, вооружённые штурмовыми эльтерами. Эти машины не были пригодны для общевойскового боя, так как не имели противоракетной защиты. Они изначально проектировались только для специальных операций.

Андроид, неподвижно ждавший на своей позиции, резво перекатился, избегая первых очередей и встретил их быстрыми выстрелами с обоих стволов. Один дрон он сбил, второй разорвал андроида и исчез за развалинами. За ними сразу же появилась вторая пара дронов. Зет Шесть подхватила в левую руку упавший рядом с ней второй эльтер и выскочила из фонтана, стреляя куда-то через площадь. Гвоздикина отпрыгнула, чуть выше по развороченной горе обломков и очередью эльтера разнесла первый дрон второй пары в клочья. Её оружие зацепило и второго дрона, но тот уже стрелял. Правая большая рука «хризантемы» полыхнула оранжево-голубым сполохом. Эльтер отлетел в сторону, Гвоздикина, дымясь, в другую. Второй дрон рухнул куда-то вбок. А Николай вообще не успел выстрелить. Как только он вскинул свой штурмовой эльтер, очередь энергетических зарядов ударила в щит. Вспышка снесла щит, а оружие взорвалось ярким белым пламенем. Даже не понял, откуда ему прилетел такой гостинец. Его швырнуло назад, на дымящуюся от других попаданий груду бетонных обломков. Эльтер искрил, что-то горело и плавилось в его стреляющем механизме. Рука сама, инстинктивно нашла рычаг сброса оружия с турельного механизма, который, к счастью, сработал безотказно. Отбросив в сторону плавящийся эльтер, он быстро огляделся. Гвоздикина поднималась на ноги, большой правой руки у неё больше не было, снайперский диреватор дёргался, его механизм наведения был искорёжен. А снаружи грохотала ожесточённая перестрелка. Кто и с кем там дрались, было непонятно. Половина систем «краусса» не работала. Громыхнули два взрыва, видимую из фонтана часть площади заволокло дымом. Перевалившись на бок, Соколов увидел Курназир, стоящую на четвереньках в ложбине, словно в окопе. Канал связи с ней снова заработал.

— Туда, — указала она рукой вперёд, за гору обломков перед ней, — там грузовой тоннель.

— Цветочек, уходим отсюда! Бери Мадам в охапку и бежим!

Гвоздикина быстро выполнила приказ, подхватив Курназир левой механической лапищей. Спуск под землю открывался сразу за грудой бетона. Наполовину засыпанный ещё одним рухнувшим зданием. Край входной арки обвалился, но сам проход был свободен. Пока не вошли под свод тоннеля, позади слышалась всё такая же отчаянная пальба. Внутри царила непроглядная темнота. Ночное видение «краусса» не работало, приходилось использовать визор бронекостюма. Оружейный фазовый реактор заглох, а ходовой гудел громче и тоньше обычного. Двигаться Николай старался бегом, как можно быстрее. Под металлическими стопами хрустели куски штукатурки или бетона, осыпавшиеся с потолка. «Хризантема» тяжело топала рядом, неся на руках молчаливую Мадам. Пробежав так с километр, Соколов увидел выход, обозначившийся впереди тусклым светом. А потом «краусс» заглох. Прямо на бегу. Николай клюнул носом, крякнул от неожиданности, а застывший в одном положении экзоскелет бухнулся в пол, бронестеклом вниз, и замер. Открыть повреждённый механизм получилось не сразу. «Хризантема» помогла свободными малыми руками и конструкция, наконец, открылась. Взяв из держателя «краусса» чудом уцелевший диреватор, Соколов двинулся дальше на своих двоих.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})