Ты - Моя Обитель (СИ) - Войнова Яна

— Сашенька, будьте любезны, оставьте меня с моей невесткой на минуту, — Аверин послушно удалился, а свекровь продолжила:

— Неразумно так действовать. Дима слишком импульсивен и живет сегодняшним днем. Этот… Шувалов может нам пригодится.

— В чем?

— Генерал Михеев уже стар и грозится выйти на пенсию. А на таком посту нам просто необходим свой человек, тем более продажный, — ее свекровь в независимости от ситуации всегда была на страже и действовала исходя из непосредственной выгоды для своей семьи. Юля ею восхищалась. И, чего уж кривить душой, где-то даже старалась на нее походить. Моральные ценности у этой женщины оставляли желать лучшего, однако и Юля была далеко не божьим одуванчиком. Видимо поэтому, несмотря на змеиный характер обеих, они все сумели найти общий язык.

— Он тупой, — сказала Юля.

— Оно и лучше. Будет легче им руководить.

— Дима не согласится.

— Так ты убеди, — попросила свекровь. — Юля, ты же умная. Диме лучше с ним договориться, чтобы в будущем он плясал под нашу дудку.

— Я ничего не обещаю, — ответила Юля.

— Спасибо и на этом.

Через час Юля уже возвращалась в свой огромный двухэтажный особняк, расположенный в самом элитном районе города. Въехав во двор, она заметила вернувшегося и обеспокоенного мужа. Он кинулся сразу к ней.

— Ты в порядке?

— Да, Дима, все хорошо. Ты зря приехал, — сказала она, улыбнувшись любимому и кидаясь в его теплые объятия.

— Черт бы их побрал, — процедил Дима сквозь зубы.

— Перестань, они ничего не сделали. Просто попугать решили. У них не вышло. Тема закрыта.

— Еще нет, — сказал Дима. — Кое-кто должен заплатить.

— Дим, как раз об этом, — Юля оторвала голову от груди мужа и заглянула в его глаза. — Твоя мама предложила…

— Знаю я, что мадам Марта Олеговна предложила. Мой ответ — нет! — резко ответил Дима.

— Но если подумать, она права и…

— Этот тип незаконно продержал мою жену в КПЗ восемь часов. Без возможности связаться с адвокатом, без еды и воды. А еще он тебя оскорблял. Что ты так на меня смотришь? — спросил он, когда Юля немного стушевалась под его пристальным взглядом. — Думала, я не узнаю? Фиг ему, а не новая должность и мои деньги!

— Дима, было бы разумнее… — начала Юля.

— Нет, я сказал, — отрезал Дима и ответил на срочный звонок по мобильному телефону: — Не просто уволить, а сделать так, чтобы этот придурок в этой стране больше никогда не работал. Строителем в Европу пусть едет, обои клеить и радоваться, что живой остался, урод!

С их первой встречи Дима не давал ей никаких обещаний. Юля не слышала от него слащавых речей, клятв возвысить ее до статуса принцессы и прочей всякой ереси, которую обычно говорит мужчина женщине, желая добиться взаимности. Дмитрий Орлов просто взял и сделал из нее свою королеву. Никто в области, нет, даже в стране не имеет право не то, чтобы оскорблять и запугивать, даже криво посмотреть в ее сторону. Ее свекровь ошиблась. Дима никому не прощает нападки в сторону своей жены.

Буквально несколько лет назад один ушлый журналист попытался нарыть скверный компромат на Юлю и прополоскать ее грязное белье, а также вытащить все темные тайны прошлого. Дима не просто сделал так, чтобы журналиста и редактора, кто допустил грязную статью в печать, уволили. Ее муж закрыл целое издание. Раз и навсегда. Без лишних слов… Вот и теперь Юля понимала, что спесивому майору тоже не поздоровится. Она точно знала, что ее мужчина никому не спустит неуважительное отношение к жене. А ведь Дима ей никогда ничего не обещал…

Юля оглянулась на заливистый смех малыша, который бежал за маленьким неуклюжим американским бульдогом, подаренным маленькому Артему на день рождения.

— Тема, здравствуй! — окликнула она мальчика.

— Привет, мамуль! — ответил Артем. — Как жизнь?

— Нормально, сынок. У тебя? — спросила его мама, присев перед ним на корточки.

— Замечательно! — ответил малыш и хихикнул. — Шанс такой глупый! Он гоняется за бабочкой. А еще он порвал мои кеды. Глупый, глупый пес.

— Понятно. Иди, играй со своей собакой, — сказала Юля, не желая прерывать увлекательную забаву двух друзей, и дала знак рядом стоящей няне приглядывать за Артемом.

— Подожди, мама! — возмутился Артемка и даже губу прикусил от искренней детской обиды. — Мы сегодня еще не любились!

Юля рассмеялась и ответила:

— Ну, давай, иди сюда, любиться будем.

Сын расплылся в счастливой улыбке и обнял ее. Потом поцеловал в щеку и своим маленьким пухлым пальчиком завел ей за ухо упавшую на лицо прядь. Точь в точь как Дима… Сын в принципе рос идентичной копией Орлова, такой же деловой, жизнерадостный, а с любимыми нежный и заботливый. Но этот жест… Юля замерла. К горлу подкатил комок, и она с трудом сглотнула.

— Мама, ты у меня красавица, — сказал Артемка, повторяя обычные папины слова, адресованные ей. Юля не могла ни оторвать глаза от сына, ни вымолвить ничего кроме тупого “угу”. — Шанс, фу! Это мой мячик, выплюнь, дурак! — закричал Артем на щенка и быстро убежал спасать свою игрушку от плутовской собаки.

Юля смотрела вслед убегающему от нее сыну и думала о том, что совсем недавно хотела от него отказаться. Несколько лет назад она даже не желала становиться матерью. А теперь… этот изначально нежеланный малыш, считывает отношение мужа к Юле и старается во всех походить на папу, учится быть настоящим мужчиной. И это не может не цеплять даже такую хладнокровную мегеру, какой являлась Юлия Орлова.

Она зашла внутрь дома и поднялась в еще одну детскую. Подошла к люльке, где мирно сопело еще одно чудо в ее жизни. Господи, она еле пережила первое материнство и снова вляпалась, как дура… Изначально Юля молилась, чтобы второй ребенок тоже оказался мальчиком. А после рыдала в три ручья в кабинете у гинеколога, когда ей сообщили о поле ребенка.

Девятимесячная Вика Орлова даже не подозревала, какой сильнейший стресс нанесла поломанной психике собственной матери своим появлением. Юлю крутило и ломало так, что она не выходила из дому по нескольку дней, сидя взаперти спальни. А с появлением малышки все ужасы прошлого навалились в кучу и словно желали доконать измученную Юлю. Если к Артемке Юле было легче привыкнуть в силу того, что он мальчик, то с Викой…

Всю беременность Юля проходила в одержимом припадке безумия. Если сына Юля честно откормила грудью целый год, то Вика с первых дней была лишена материнского молока и… элементарного внимания. Юле мерещилось, что если она не то, чтобы дотронется, а просто подойдет к своей дочери, то испачкает своей прошлой грязью это невероятное чистое создание. А как по-другому? Вот даже спустя столько лет, ей все равно припоминают все ее прошлые грешки, тычут ими в лицо и пытаются навредить ее мужу! А что эти шакалы способны сделать беззащитной девочке, Юля даже представлять не хотела. Три первых месяца жизни малышки ребенком занимались няни. И Орлов, который к слову ни разу не упрекнул и не назвал ее плохой матерью. А потом…

Однажды, проснувшись на рассвете, Юля очутилась на пороге детской. Долго стояла, прикусывая губу в раздумьях и жутком страхе. И осторожно, крадучись, словно она не мать, а вор какой-то, все же подошла к ее колыбели. Дотронуться до дочери Юля так и не решилась. Просто стояла и смотрела на спящую малютку. Но вдруг ребенок открыл глаза, поморщил носик, зевнул и уставился на нее чистыми голубыми глазами. И маленькая Вика ей улыбнулась. Обворожительно нежно и сладко. Как умеют делать только младенцы.

Юля немедленно отскочила от кроватки и пулей выскочила из детской. Села в автомобиль и сама рванула к психологу. Потому что решила для себя, что она в состоянии превозмочь своих демонов прошлого, себя саму и жестокое отношение окружающих. Юле потребовался один месяц работы со специалистом, чтобы начать чаще заходить в комнату Вики. Еще пара месяцев ушло на то, чтобы начать брать ее на руки. А теперь…

Юля наблюдала за спящей дочерью и шепотом, чтобы не разбудить, сказала: