Бандиты эпохи СССР. Хроники советского криминального мира - Федор Ибатович Раззаков

УВД Г. Дидиченко возглавлял оперативную группу по раскрытию одного уголовного преступления. В сферу деятельности группы попала и работа ликеро-водочного завода, кондитерской фабрики, мясокомбината, ресторана и других организаций города и области. Выяснилось, что здесь действует организованная преступная группа, состоящая из высокопоставленных должностных лиц, знающих основы оперативной работы, имеющих своих информаторов, боевиков и, самое страшное, – реальную власть в области. Поначалу преступники не поверили в серьезность следствия и не предпринимали против него никаких мер. Но когда в КПЗ был заключен заместитель заведующего отделом агитации и пропаганды Пензенского обкома КПСС, они зашевелились. Прокурор области В. Журавлев, давший «добро» на этот арест, был освобожден от должности. К самому Г. Дидиченко стали применяться меры устрашения. Ему позвонили домой и пригрозили: еще один подобный шаг, и он навсегда потеряет свою единственную дочь. В результате следствие свернули. А через четыре года Дидиченко уволили из органов МВД и предупредили, что его молчание гарантирует ему спокойную жизнь и нормальную пенсию.

Что говорить о пятисоттысячной Пензе, если в самой Москве беспредел различных партийных и хозяйственных кланов не знал границ. Одного начальника Главторга Мосгорисполкома Николая Трегубова столичное ГУВД в начале 70-х пыталось «свалить» несколько раз, но все напрасно. Более того, пухлая папка компромата из 157 листов оказалась не у адресата – ЦК КПСС, а на столе у Трегубова.

Н. Трегубов попал в начальники Главторга в 1968 году в возрасте 50 лет, так сказать, получил «подарок» к своему юбилею. Пост этот всегда считался «хлебным», поэтому лучшего подарка к своему юбилею Трегубов и представить себе не мог. К тому времени торговая сеть Москвы была уже основательно развращена (вспомним нашумевшее еще в конце 40-х дело Мосминводторга) системой взяток и хищений. В магазинах это выглядело так. Норма естественной убыли – в обиходе «естественка» – предусматривает, что ряд продовольственных товаров в ходе хранения или подготовки к реализации теряет определенный процент веса. Но во многих магазинах, где товар шел в продажу, что называется, с колес, потерь практически не было. Расхитители этим и пользовались: «естественка» на бумаге начислялась и списывалась, а на самом деле оседала в их карманах. Учитывая же товарооборот каждого отдела в крупных магазинах, подобная прибыль исчислялась в сотнях, а то и в тысячах рублей. Особенно за счет товаров так называемого повышенного спроса. А чтобы получить такой товар сверх положенных фондов, директор магазина обычно давал взятки «наверх» директорам торгов. От тех деньги кочевали к начальникам управлений торговли и, наконец, достигали верхушки пирамиды – Главторга. И каждый из руководителей считал само собой разумеющимся получение подношений в виде денег, бесплатных продовольственных заказов, дорогих подарков. Эта система была отлажена превосходно, ни у кого и мысли не возникало о том, что кто-нибудь может на нее покуситься. Ведь торговая мафия питала мафию партийную, и Н. Трегубов являлся не просто директором торга, а еще и депутатом Моссовета. Так же, как и директор (с 1963 г.) Дзержинской плодоовощной конторы Амбарцумян. Депутатом того же Совета мог стать и директор Елисеевского магазина Юрий Соколов, если бы не предыдущая судимость (Ю. Соколов был осужден за изнасилование, которого не совершал. Через два года, когда задержали настоящего насильника, его отпустили на свободу). Его карьера весьма типична для касты советских торговых чиновников. Покрутив баранку такси в конце 50-х, Соколов был уволен с работы за нечестное обращение с клиентами (якобы обсчитывал пассажиров). Выйдя за ворота таксопарка, Соколов недолго унывал и вскоре через знакомых сумел получить место инспектора в Мосгалантерейторге. Через тех же знакомых вскоре пошел на повышение и перешел в отдел организации торговли Главторга Мосгорисполкома. А оттуда в 1962 году он пересаживается в кресло замдиректора гастронома № 1, что в народе носит название «Елисеевский». Поскольку директор магазина В. Борисов все чаще стал прикладываться к спиртному, доверие к нему со стороны начальства окончательно иссякло, и в 1972 году его кресло занял примерный Юрий Соколов.

К середине 70-х годов молва о новых красных буржуях широко гуляла в народе. Не случайно именно в те годы популярным был анекдот о том, как мать Леонида Брежнева, обходя его новые роскошные апартаменты, удивленно вопрошала: «Леня, что же ты будешь делать, если коммунисты опять придут к власти?» Советские нувориши уже не прятали свое богатство от людских глаз, и поговорка «красиво жить не запретишь» все чаще звучала из их уст. Один из таких миллионеров построил себе под Москвой роскошный дом и поставил у калитки швейцара в ливрее с галунами, который каждому гостю, открывая калитку, говорил: «Милости просим, барин ждет вас». На территории дачи был сооружен бассейн, в нем плавали изящной работы столешницы, на которых стояли не менее изящные «стопарики» с водкой, тарелочки с разнообразной закуской.

Единственным ведомством, временами пытавшимся нагнать на них страх, оставался КГБ, председателя которого в 1973 году (через 20 лет после Л. Берии) вновь ввели в состав Политбюро. Произошло это после того, как Ю. Андропов сумел довольно успешно сменить партийных руководителей в двух советских республиках – Азербайджане и Грузии.

В Азербайджане широкомасштабная чистка началась в 1969 году. Для начала Андропову пришлось поставить во главе республиканского ЦК бывшего председателя КГБ Азербайджана Гейдара Алиева. Придя к власти, Алиев основательно взялся за кадры, и первые результаты не заставили себя ждать. Еще будучи председателем республиканского КГБ, он имел данные о том, что начальник следственного отдела прокуратуры республики Саша Бабаев и ответственный работник той же прокуратуры Иза Кулиев вкладывают деньги в подпольные цеха и регулярно получают свою долю прибыли с левого производства. Став хозяином республики, Алиев получил возможность уличить прокурорских работников в неблаговидных поступках. Правда, ничего страшного с ними не произошло – их просто уволили с работы. Но по тем временам и это было весьма громким событием. Каток чистки прошелся чуть ли не по всей республиканской номенклатуре, и под него попали несколько членов бюро республиканского ЦК, председатель Совета Министров, партийный секретарь Баку, а также многие министры и партийные секретари областных и городских организаций. Газета «Бакинский рабочий» чуть ли не ежедневно сообщала читателям о случаях взяточничества, расхищения социалистической собственности, о подпольных частных заводах и о соответствующих наказаниях, среди которых порой фигурировала и смертная казнь.

В первый же год своего пребывания на посту первого секретаря ЦК Алиев сменил министра внутренних дел республики и двух его заместителей. На пост министра Алиев поставил своего друга – фронтовика, Героя Советского Союза Гейдарова. Однако через несколько лет случилась трагедия. Один из работников исправительно-трудовой колонии в Шуше, доведенный до отчаяния многочисленными отказами в