Две партии. Том 4 (СИ) - Василёв Виктор Валерьевич

– Вот только давай без этого, – мрачно сказал я. – Черный нас ждет. Но перед этим очень просил заглянуть Скуратов. Ты и Хэнг со мной, остальные снаружи.

Дробить силы второй раз не стал, отослал Глеба и Элис в столицу с ван Нормайенами. Пусть немного отдохнут, они заслужили.

«Да, не так я себе это представлял», – подумал я. Местом встречи оказался трактир со странным названием «Природа зверя». Маленькие зал, старая деревянная мебель, безуспешные попытки навести порядок перед приходом дорогих гостей.

Если я после месяца в госпитале смотрелся здесь уместно, то старик казался бриллиантом грязной луже.

– Увы, но нет приличней заведения в этой дыре, – сказал Михаил Скуратов. Старик облачился в белоснежный мундир с погонами генерал. На коленях лежит посох верховного мага. На самом деле, это реликвия рода Ланкастов, творение истинных магов, но Скуратов смоге его удержать у себя.

Охранники встали у входа, я подошел к столу, занятым верховным, поклонился и сказал нужные фразы. Старик жестом сказал мне сесть, а потом добродушно спросил:

– Хорошо доехали?

– Конвой не атаковали, значит хорошо, – спокойно ответил я. – Ваше магичество, давайте перейдем к делу. Никто не собирается делить Ормандию, речь о наследстве Ланкастов. Генерал-губернатор Сомлин не восторге от этой ситуации. Думаете он поверит, что вы просто про него забыли?

– Даламар занимается Иллирией и безродными. Этот вопрос не находится в его компетенции. При посредничестве королевы и моей скромной помощи между принцами было достигнуто соглашение относительно Ланкастов, – с достоинством сказал Скуратов.

– Вы даете им взбунтоваться, пускаете и кровь, а потом забираете остатки. Я видел что-то подобное, несколько раз.

И каждый раз благородные не допускают мысль, что они следующие. Интересно, это глупость, жадность или гордыня?

– Схема рабочая, значит нет смысле ее менять, – невозмутимо произнес Михаил. – Только мы переоценили Ланкастов. Мы планировали, что они начнут действовать после совета. Принятие закона должно было стать последней каплей. Они закипели раньше. В том числе из-за вас.

– Скажите мне, а Первую и Вторую империю тоже я разрушил? – сложив руки на груди, спросил я. – Короля Карла Третьего тоже я убил?

– Не буду отрицать, ваши таланты впечатляют, но не до такой степени, – рассмеялся Михаил. – Во-первых, ваши разговоры с Юлием Алькасаром и Тасма-Харт стали тревожным звоночком для них.

– Я не сомневался, что нас прослушивают, но я не думал, что все так серьезно, – честно сказал я.

– Вы взяли под контроль де Вардов, но вы потребовали от них поддержки лишь на одно заседание. Вы обсуждали долговременное партнерство с Барбудосами. И вы влезли в согласованную всеми сторонами сделку. Есть из-за чего занервничать.

– Сделку?

– Группа бунтовщиков с громким именем «Антимагия» провела на Вильгельмине серьезную операцию. За месяц вырезали пять семей, в том числе и Гефастов. Девочке повезло, что она в это время училась в пансионе, родители погибли.

– Это было просто, учитывая их плачевное состояние.

– Остальные рода были не лучше. Осталось только девочка под вашей опекой, но это уже ничего не меняло. Минус пять голосов в совете – серьезный удар. Поэтому Корн Ланкасты обратился ко мне с предложением, я смог убедить и Карла, и Витольда, что нам нужно сохранить это в тайне. Это был бы колоссальный удар по всем нам. Эти рода действительно выродились, но мы не могли признать такую потерю, – Скуратов покачал головой, я не мог обойти его ментальную защиту, но уверен, что он подумал о бездарности молодежи.

– Что стало с заговорщиками на самом деле?

– Мы действительно вырезали всех, кто имел хоть какое-то к нему отношения. Под нож попали и все родственники мятежников. Если чернь решила, что имеет право бунтовать, у власти возникает обязанность ее покарать, – уверенно сказал Михаил.

– Ланкасты потеряли половину голосов. Но они все еще были сильным. Особенно в магическом плане, – произнес я, когда пауза затянулась.

– Да, поэтому мы заключили сделку. Они проводят свою политику, получают эфир за вымершие рода, но на особо важных голосованиях голосуют по указке принцев. Если же между ними нет согласия, то они сохраняют нейтралитет.

– Очень щедрая сделка. Вы ее продавили?

– Нам, вымирающий тиграм, нужно держаться вместе, – после минуты молчания сказал Скуратов. – Я планировал нормализовать отношения с Корном, а потом заключить новый союз. Соглашение имело свой срок, со времен мы признали бы эти рода вымершими. Гефастов предполагалось поглотить. Ланкастам дорого бы обошлось их восстановление.

– Итак, суть соглашения мне понятна. Все сохраняют лицо. Принцы устраняют препятствие, вы получает шанс подмять под себя конкурента. Но что-то пошло не так?

– Корн потерял голову. Он решил, что все наш заговор…

«Абсолютно безосновательно. Просто в одну ночь вырезали половину его сторонников, а потом зачистили все концы. Не вижу ничего подозрительного», – заметил Янус.

«Не ночь, а месяц. Если бы другие игроки хотели ослабить Ланкастов, они бы просто изменили требования к родам в совете. Тех же Гефастов можно было вышвырнуть», – возразил я.

Но глупо отрицать, что эта ситуация удобна всем. Настоящие чудеса.

– ... И решил сыграть на опережение. Захватить власть на планете. Используя свое влияние, Корн ланкаст накалил обстановку на Вильгельмине, а потом нашел контакт с мятежниками в Ормандии. Пусть большинство магов там и безродные, но наших родичей тоже предостаточно. Он обменял эфир на оружие и инструкторов. Естественно, действовал он через подставных лиц в том числе через возрожденную им «Антимагию». Если бы не везение, мы бы не нашли ниточки.

Одно сплошное везение.

– Итак, герцог Ланкаст провоцирует восстание простецов, мятежники уничтожают несколько порталов, переброска войск невозможна, – задумчиво сказал я. – После этого на сцену выходит армия Ланкаста, подавляет бунт, берет под контроль колонию и начинают диктовать условия короне.

– Верно. Герцог Ланкаст планировал стать героем, легализовать потери среди верных родов, получить пост командующего обороной или даже губернатора Вильгельмины. Это сделало бы его новым центром силы, как Даламара. А через несколько лет, когда бы меня не стало, он бы потребовал себе титул верховного мага.

– Что же пошло не так? – наклонив голову, спросил я.

– А что в этом плане могло пойти «так»? – не скрывая иронии, спросил Михаил Скуратов. – Слишком многое должно было совпасть, чтобы все сработало хотя бы наполовину. Корн не обладал такой властью и авторитетом в роду. План разработал его ближний круг, остальные отнеслись к нему в лучшем случае прохладно. Это породило раскол, который усугубили колоссальные траты на подготовку. Последние годы их удерживал вместе страх, но это плохой союзник. Ведь страх перед наказанием короны с каждым днем рос.

– А как же преданность семье и ее главе? – с сарказмом спросил я. Видел я эту верность, которой порождает несчастные случаи.

– А как же верность короне? Мы все присягали королю, а это настоящий открытый мятеж, пусть и скрытый полупрозрачной вуалью народного бунта, – в тон мне ответил верховный маг, потом продолжил серьезно: – Ланкасты многих поглотили, их условия были самыми жесткими, многие «новоприбывшие» обосновано считали, что именно их направят на убой. У Корна осталось очень мало времени, прежде чем все рухнет. И тут появляетесь вы и фактически говорите, что закон о выходе стоит на повестке дня. И это правда. Тут в пору запаниковать. Поэтому он включил вас в список приоритетных целей.

– А Гефасты? Зачем устроили цирк с конями и взрывом у ратуши?

– Время было на исходе, поэтому в бой бросили все. Значительная часть ресурсов ушла на вас. Да, мы использовали вас в качестве дымовой завесы, чтобы скрыть собственные действия. Приношу свои извинения, – Михали позволил себе улыбку.

– Грубо, кроваво, но по-своему изящно. Порталы остались в целости, армия оказалось готова, а появление Черного и верховного мага убило волю к сопротивлению. Ланкасты оказались в меньшинстве и в окружении, что дальше?