До ее смерти осталось сто дней (СИ) - "Mia_Levis"

- Ты видела меня - не знаю толком, что именно, но этого оказалось достаточно, чтобы ты бросилась докладывать все Дамблдору.

- Почему? - нахмурилась Гермиона. - Нет-нет, я не сомневаюсь, Малфой. Но, согласись, было бы логичнее, если бы с новостями я пошла к Гарри. Почему я не сказала ничего ему?

- Грейнджер, если мы будем обсуждать все эти нюансы, то не выберемся отсюда и через неделю, - Драко закатил глаза, но потом все же произнес: - Да мало ли почему! Решила посоветоваться или подумала, что Поттеру грозит опасность - мало ли может быть причин. Разве это важно?

- Ладно, - неуверенно пробормотала Гермиона. - Значит, я пошла к Дамблдору, и он…

- Стер твои воспоминания, - закончил за нее Драко.

- Я не понимаю…

Малфой ждал, не торопил Грейнджер. Он смотрел на глубокую складку на ее лбу и ловил себя на мысли, что хочет разгладить ее пальцами, прогнать обиду и тревогу, затаившиеся в глазах Гермионы. Но ничего этого он, конечно, не сделал - чтобы его план получился, Драко необходимо было сохранять хладнокровие.

- Зачем он так поступил? - в конце концов, задала самый важный для себя вопрос Грейнджер. Вряд ли она ждала ответа, да и что мог сказать Драко? Уверить эту дурочку, что ей еще повезло? Что все могло сложиться гораздо хуже? Но Драко не хотел еще сильнее выбивать почву у Гермионы из-под ног, она и так стояла на зыбкой основе.

- После этого он отправил тебя в Мэнор. И меня заодно.

- Почему и меня? Я же не помнила ничего…

- Предполагаю, что это просто было удобно. Отослать меня одного - подозрительно. А так благородная и важная миссия по твоему спасению. И пускай причина нелепая, но ведь сработало: страх за твою жизнь погасил подозрительность твоих друзей, они ведь толком и не пытались ничего узнать, верно? Тоже слепо верили Дамблдору.

- Но Волдеморт? - воскликнула Гермиона. - Если бы он через меня узнал что-то о Гарри? Это все так…

- Грейнджер, не глупи, - перебил ее Драко. - Ты думаешь, у Темного Лорда нет других источников информации? Да и план ведь в силе.

- Снейп… - кивнула она. - Конечно, это задание поручили Снейпу. И уж он-то справился с ним, да?

- Определенно, - кивнул Драко. Грейнджер поднялась на ноги, заходила из угла в угол, задумчиво кусая губы. Она что-то бормотала себе под нос, и Малфой точно знал, что в ее голове мысли уже роятся, точно растревоженные пчелы. Ему же оставалось демонстрировать показательное равнодушие, поэтому он смахнул с мантии несуществующую пылинку, потом принялся постукивать пальцами по колену. Этот звук наконец-то привлек внимание Гермионы: она взглянула на Драко - сначала так, будто не ожидала его здесь увидеть, но потом ее взгляд стал осмысленным.

- Малфой! - воскликнула она. - Ты должен помочь!

- Прямо-таки должен? - издевательски протянул Драко. - Зачем? Ты, помнится, сказала, что справишься сама. И что там еще ты говорила, Грейнджер?

- Что ты хочешь? - поджав губы, спросила Гермиона.

Умная девочка… Все-то она понимала. И пускай изначально Драко не планировал ничего такого, но грех было не воспользоваться возможностью. Это наверняка ведь был последний шанс - скоро Грейнджер уйдет у него из рук, а он все еще хотел ее. Последний раз - и забыть все, будто глупый, сюрреалистический сон.

- Тебя, - ответил Драко. - Я хочу тебя, Гермиона.

========== Часть 32 ==========

Если бы взглядом можно было убить, то Драко уже наверняка упал бы замертво. В глазах Гермионы пылала такая ярость, а губы были сжаты в тонкую линию… Малфой никогда не видел ее такой. Конечно, она оскорбилась - правильная, хорошая девочка. И Драко был готов к тому, что она прочитает ему нотацию, ударит или даже проклянет, но чего он не ждал, так это того, что она начнет раздеваться.

Ее движения были резкими, суетливыми, словно она боялась передумать или ей было слишком неприятно, и она стремилась поскорее покончить с этим. Гермиона стянула мантию и небрежно швырнула ее на диван. На ней осталась только белая майка и смешные пижамные штаны - она ведь уже собиралась спать.

Сквозь ткань майки просвечивалась грудь, Драко явно видел затвердевшие соски, но не обольщался - конечно, Грейнджер не была возбуждена, просто в комнате было прохладно. А вот Малфой как раз таки был возбужден - как же ему хотелось взять ее сейчас. Может, даже не раз. Сделать свет поярче, положить ее на спину, чтобы лицом к лицу, чтобы не смела прятать взгляд, и двигаться в ней медленно, тягуче. Чтобы на всю жизнь запомнила, что это он, Драко Малфой, был ее первым.

Гермиона тем временем ухватилась за майку и тут замешкалась, нервно прикусила губу. И Драко словно облили ушатом ледяной воды - он не хотел, чтобы это было так. Он схватил ее за запястья, крепко сжал.

- Нет.

- Что нет? - глухо переспросила Гермиона. В ее взгляде все еще мелькали яростные искры, но еще там появились горечь, отчаянье и… разочарование? - Ты же хотел. Передумал?

Драко дернул ее на себя, усаживая на колени. Ее лицо было так близко - он видел все трещинки на ее искусанных губах и одинокую ресницу, упавшую ей на щеку.

- Не так.

- А как?

- Разве тебе не было хорошо тогда? В Мэноре? - шепотом спросил он, сдувая ресничку с ее щеки.

- Там ты был другим, Драко. И я тоже.

Малфой почувствовал горечь. Она ведь была права - в Мэноре все было иначе. Вернуться бы туда, а еще лучше куда-нибудь, где они были бы одни. Где ее происхождение ничего не значило бы, где они могли бы забыть об этой войне, о своих ролях в ней.

- Я помогу тебе, - в конце концов, произнес Драко. И, не удержавшись, поцеловал ее в подбородок, в уголок рта, а потом крепко прижал к себе. Она не стала отстраняться, наоборот, крепко обняла Драко в ответ, спрятала лицо у него на плече.

- Спасибо, - прошептала она и сразу обмякла, расслабилась. Ее теплое дыхание согревало шею, и Драко прикрыл глаза, откинулся на спинку дивана, увлекая Гермиону за собой. Мерлин, как же это было хорошо - гладить ее по волосам, по голым рукам, покрытым морозными мурашками, чувствовать, как успокаивается ритм ее сердца, как становится глубоким и размеренным ее дыхание. Прошло минут десять, прежде чем Малфой осознал, что Грейнджер спит. И от этого доверия - а разве это не доверие - остаться совершенно беззащитной в его руках? - он почувствовал что-то, чему не мог подобрать названия. Гордость? Радость? А, может, тоску и горечь от того, что доверие это он вскоре собирался предать?

Нога затекла, но Драко не шевелился, боясь потревожить хрупкий сон Гермионы. Ее губы немного приоткрылись, ресницы дрожали, отбрасывая на щеки причудливые тени. Какой же она была красивой. Не благородной красотой мамы, не откровенной и вызывающей - как Пэнси. Грейнджер была живой, настоящей - и в этом было ее преимущество.

- Все у тебя будет хорошо, Гермиона. Все будет хорошо, я обещаю, - прошептал Драко, целуя ее в висок. Она что-то тихонько пробормотала во сне, заворочалась и вновь затихла. Малфой улыбнулся и тоже закрыл глаза. Как ни странно, это доверие оказалось для него гораздо ценнее, чем секс, которого он бы мог добиться принуждением. Может, он заразился от Поттера этим его патологическим героизмом? Кто его знает…

***

- Я решила вернуться в Малфой-Мэнор, - ранним утром заявила Грейнджер, попивая в кабинете Дамблдора чай с лимоном. Малфой даже восхитился невольно - настолько непринужденно выглядела Гермиона! Ему-то никак не удавалось унять тревогу - от чая, предложенного Дамблдором, он отказался, стул казался ему жестким, а взгляды предыдущих директоров, взирающих на него с портретов, подозрительными.

- И что же повлияло на ваше решение? - спросил Дамблдор. В его тоне слышалось только добродушие да нотка любопытства, но Драко не позволял себе обманываться. Каждый из них троих вел свою игру, и если Гермиону ему удавалось обхитрить, то вот с Дамблдором Драко даже не думал тягаться. Если директор и сделает вид, что верит им, то только потому, что это будет удобно или выгодно для достижения его собственных целей.