Десять тысяч стилей. Книга девятая - Илья Головань

их подальше. Я ужасно поступила, но у меня не было времени искать тебе убежище, и так ты мог затеряться в толпе таких же беспризорников. Я была ужасной матерью. Но знай, Иасон – я люблю тебя.

Лица родителей померкли. Спустя мгновение свет сменился тьмой, и Ливий оказался в реальном мире, где по-прежнему стоял у колонны.

– Здесь очередь, пошевеливайся! – крикнул кто-то за спиной и дернул за плечо.

– Пошел к бешам! – рыкнул Ливий так, что человек упал на задницу.

По щекам Волка текли слезы. Он никогда не видел своих настоящих родителей. Отец и вовсе погиб до рождения Ливия, но при этом Волк все равно не мог сдержать своих чувств. Мир, в который погрузила его колонна, вытянул на свет чувства Ливия, обнажила их перед миром реальным.

Но Волк не только узнал о своем прошлом. Он чувствовал в себе нечто давно утерянное. Наследие Охирона, которое исчезло без следа, будто бы маячило где-то рядом. Но оно было совсем не таким, как раньше. Ливий не мог вернуть себе былую силу. Однако он мог проявить новую силу. Ту самую, которую пробуждали в себе первые охиронцы.

«Я должен отправиться в Охирон. И узнать всю правду. Школы Централа…Вы уничтожили мой клан. И я этого не забуду. И «Единство» – тоже. Именно они убили моих родителей. Неважно, кто это затеял – я найду его. И пусть это будет сам Хаос – я заставлю его ответить за содеянное», – думал Ливий, глядя в небо. Ветер, будто чувствуя эмоции Волка, стал сильнее, и очереди у колонны пришлось натянуть капюшоны, чтобы спастись от пыли.

– Вижу, вы подавлены. И при этом у вас сильное тело. Видимо, вам недостает мастерства? Или, может, у вас проблемы на пути идущего?

С Ливием заговорил странный человек – лысый мужчина среднего роста. Он совсем не обращал внимания на ветер и говорил с широкой улыбкой, обнажающей весь набор белых зубов. Особенно привлекала внимание лысина: зачем-то мужчина покрасил ее в красный. О таком обычае Ливий не слышал ни разу.

«Слабый идущий. Понял, что я владею ярью, но при этом не может оценить мой уровень силы», – подумал Ливий. Он не понимал, чего от него хотят.

Задумчивое молчание незнакомец воспринял, как желание слушать дальше.

– Тогда вам стоит помолиться нашему богу. Культ Бога Войны поможет обрести силу. Посмотрите на меня! Раньше я не владел ярью, но мой бог даровал мне этот талант!

«Сектант. Ясно», – подумал Ливий и направился прочь от фанатика.

– Стойте, стойте! Наш бог – не такой, как другие боги. Он шагает по земле как смертный. Многие видели его своими глазами. Присоединяйтесь к нам – и однажды вы сможете увидеть его. Будьте уверены: кто, если не сам Бог Войны, поможет вам стать сильнее?

Дальше Ливий слушать не стал. Связываться с фанатиками – себе дороже. Быстро выбравшись из толпы, Ливий добрался до постоялого двора, где снял комнату на ночь. Нужно было отдохнуть: следующий привал мог случиться нескоро.

– Бог Войны? Я знаю про этого бога. В Районе Войн ему часто поклоняются солдаты и слабые идущие…Ходит по земле как смертный? Хотелось бы на это посмотреть, – хмыкнул Ливий. Так уж повелось, что место богов – в нематериальном мире. А если они и появляются в мире людей, то только в виде даров или знамений.

Но Ливию не хотелось думать ни о богах, ни о сектантах. Сейчас он лишь вспоминал лица своих родителей. И в голове невольно появлялась мысль: «Что, если бы на Охирон не напали?».

***

За столом сидели два известных мастера. Каждый из них руководил школой. Слева сверялся с бумагами Сизый Камень. Справа сидел Синий Флаг.

– Альянс Светлых Сил разваливается на части. С тех пор, как Готт проиграл, он не появляется на собраниях. И у других хватает своих забот. Кто-то хочет выделиться, кто-то хочет заработать или свершить месть. Синий Флаг, пожалуй, ты единственный, с кем я могу разделить свои убеждения.

Глава Сильнара кивнул. Он отлично понимал, о чем говорит Сизый Камень.

– Все летит к бешам, – сказал Синий Флаг. – После доклада о втором сражении Бога Войны стало понятно, что «Единство» по-прежнему действует.

– Как думаешь, с кем он сразился? С Демоном? Или с Громом?

– Не думаю. Вариантов немного: Гром, Лень и сам Хаос. Кто-то из них.

Сизый Камень кивнул. Он пришел к такому же мнению.

– Культ Бога Войны распространяется немыслимыми темпами. Скорее всего, Бог Войны в сговоре с «Единством», – сказал Сизый Камень.

– Не веришь, что Бог Войны смог бы организовать культ сам?

– Не верю, что Бог Войны стал бы скрываться. Верующие периодически видят Бога Войны, слишком много слухов. Но мы ни разу не смогли выйти на него. Впрочем, мы внедрили в Культ Бога Войны наших лазутчиков. Рано или поздно мы выясним, где он скрывается. А пока стоит продолжать снижать влияние культа. Как у вас?

– В окрестностях Сильнара Культа Бога Войны нет. И не будет. Один раз мы проявили беспечность. Больше этого не произойдет, пусть на нас нападет хоть «Единство», хоть Бог Войны, хоть весь Альянс Светлых Сил.

Сизый Камень удивленно посмотрел на главу Сильнара.

– Это угроза?

– Это предупреждение. Не тебе, Сизый Камень. Передай это остальным, когда встретишься с ними.

– Ты не меняешься, – улыбнулся Сизый Камень.

А тем временем организация, известная под именем «Единство», устроила собрание Верховных.

Хаос, глава «Единства», скрывался от своих подчиненных за ширмой. Ближе всего к ней стоял Гром – личный помощник Хаоса и исполняющий обязанности главы.

Всего их было шесть. Из старого состава было трое: Гром, скрывающий лицо под маской, Лень, главный тренер «Единства» и Светлый, предатель Сильнара. Из нового – тоже трое: Кукловод, Наковальня и Гранит. Первый был жутким человеком с зашитыми глазами, второй – рослым гигантом, а третий – лысым мужчиной с грубым лицом. Можно было подумать, что Гранит – такой же воин, как Наковальня, но на самом деле он был одним из лучших магов Централа.

– Что с Богом Войны? – хрипло спросил Хаос из-за ширмы.

– Созданный нами культ покрывает весь Район Войн и часть Района Благоденствия. С территориями школ Большой Десятки ситуация сложнее, – сказал Кукловод, слегка наклоняя голову.

– Большая Десятка почувствовала угрозу и пытается сдержать культ, – добавил Гром.

–