Война после войны. Пропавшие без вести - Юрий Валин

Катрин кивнула:

– Хороши игрушки. Тебя в Глоре ищут?

– Нет, миледи. Меня не крали. С хозяином по совести сторговались. На флоте шлюх не хватает. Ведь запретили девок в Большой Поход брать. В море на корабли тайком подсаживают.

– Чтоб им с тем походом… А далеко до Глора?

– Нет, миледи, мы сюда за полдня добрались, – смущенно и настороженно пробормотала потрепанная девица. Наверняка удумала, что ее коварно на честность проверяют.

Проверить бы не мешало. Но время опять поджимало.

Мимо прорысил Квазимодо. Махнул за спину – Энгус и Блоод вели лошадей. Подниматься к дороге им пришлось в обход.

– Права на телегу имеешь? – осведомилась Катрин у девки.

Глаза Гаи испуганно расширились.

– С телегой сама управишься? – нетерпеливо уточнила Катрин.

– У родителей две лошади имелись, – со странной гордостью призналась Гая.

– Прекрасно. Поведешь телегу. Надеюсь, ты не прочь вернуться в родной город. Условие одно – держать язык за зубами. Хвалилась, что умеешь, так выполняй. Иначе укорочу язык вместе с головой. Можешь поверить. У нас без игрушек. И долги мы раздаем сполна и сразу.

Ответить девица не успела. Катрин пришлось отвлечься: Квазимодо развил бурную деятельность на телегах. Со всех трех летели мешки и бочонки, сыпался овес и связки стрел. Уже резко запахло джином.

– Ты что творишь? Мы только одну телегу берем.

– Я понял. Сейчас отберу самое ценное. Не нужно?

– Хм. Нужно-нужно. Только не возись.

В медлительности вора обвинять было глупо, – парень метался как угорелый. В рачительности и любви к трофеям одноглазый явно мог дать фору и хозяйственной Ингерн. Как там она? Еще не порадовала Даллапа прибавлением в семействе?

Катрин покрутила головой. Путешественники покинули Медвежью долину не так уж давно, но, казалось, будто годы прошли. Время не бежит – скачет, подобно столь полюбившимся Бло тушканам.

Забираясь в седло, Катрин шепнула Бло:

– Ты когда рот научишься вытирать, гламурная моя? Чулочки, чулочки… Лучше бы салфетку на шее носила. Энгуса краснеть заставляешь.

– Дикие мы. Северные, – промурлыкала безмерно довольная жизнью Блоод и принялась оттирать траурную кайму вокруг рта.

Глава 14

Город Катрин не понравился. Цены бешеные, за комнатушки дерут, как за президентский люкс в «Хилтоне». Что, собственно говоря, естественно – город переполнен приезжими. Еще хорошо, что часть будущих конкистадоров ночует прямо на кораблях. Порт вообще напоминал бочку, набитую сардинами. Кстати, именно морепродукты служили основной пищей большинству горожан и гостей города. Курица в Глоре стоила, как хорошо откормленная свинья в Новом Конгере. Хлеб, овощи, особенно фураж для лошадей, – за все приходилось расплачиваться полновесным серебром. Неизвестно, какие прибыли принесет участие в Великом Походе героям-мореплавателям, но торговая гильдия Глора уже славно подзаработала. Предания о нынешних безумно доходных деньках будут передаваться в купеческих семьях из поколения в поколение.

«Еще немного – и придется кого-нибудь ограбить», – сказал как-то вечером Энгус. Он несколько преувеличивал, пока еще определенный приятный запас финансовых средств у гостей с севера имелся. Главным образом благодаря Квазимодо. Парень лихо отсортировал захваченный пиратский груз, и путники приволокли в город бочонки с джином, бухты тонкой веревки и еще какую-то вонючую, неизвестную Катрин дрянь, очень ценящуюся для каких-то таинственных мореходных надобностей. Эту отраву и веревки Энгус с Квазимодо уже благополучно сбыли. Джин оставался в резерве. Командование Объединенного флота на время похода пыталось ввести сухой закон, в связи с чем моряки с удвоенным прилежанием запасали спиртное. Джин следовало «толкнуть» в последний момент перед отплытием, когда цены достигнут максимума.

Великой тайной оставалось, когда именно наступит этот последний момент. День выхода флота был засекречен. А может быть, лорды-флотоводцы и сами не знали, когда двинут с места эту шумную своевольную армаду.

Катрин нервничала. Ухватиться даже за кончик ниточки не удавалось. Энгус и Квазимодо целыми днями шныряли по городу. Сама Катрин и Гая тоже пытались что-нибудь разузнать, хотя одиноким женщинам находиться на улицах было небезопасно. Слишком много имелось желающих поближе познакомиться. Все эти стычки и переругивания с озабоченными самцами отнимали уйму времени.

Дело, конечно, было не в этих мелких и смешных трудностях. Катрин сознавала, что им приходится искать даже не иголку в стогу сена, а нечто более иллюзорное. Черноволосый человек, относительно молодой и относительно высокий ростом. Иных особых примет нет, кроме одной: человек имеет университетское образование начала XXI века. Но ноутбук и галстук от Хьюго Босса у него вряд ли обнаружатся. Если и дошел до Глора таинственный скиталец, то наверняка выглядит как местный уроженец.

«Он должен странно и необычно говорить» – так инструктировала Катрин своих «разыскников». А что, если мистер Найт не имеет привычки демонстрировать красноречие на улицах? Часто ли сама Катрин собирает толпы благодарных и неблагодарных слушателей?

Сейчас на побережье находилась уйма людей, склонных орать и горлопанить. Уж имя одного-то было на устах у всех глорцев. Командор Найти. Логично. Вполне возможно, именно беглый агент и стоит у истоков всей этой кутерьмы с массовыми переселениями и великими географическими открытиями. Имя созвучное, внешность приметам беглеца не противоречит. Вот только на кой черт кабинетному ученому эти подвиги с путешествиями за горизонт? Впрочем, Катрин слишком мало знала об объекте, чтобы судить. И следует учесть, что Эльдорадо порядком меняет гостей извне. С лордом Найти определенно не мешало бы побеседовать. Вот только как взять его за жабры?

Странное дело: отыскать самую знаменитую на сегодняшний день в Глоре персону оказалось невозможно. Великий и славный лорд Найти был везде и нигде. Он дневал и ночевал в порту, одновременно умудряясь руководить последними доделками судов на Новой верфи, лично отбирать бойцов в сотни морской пехоты, торговался с поставщиками зерна и масла и вел переговоры с Лекарской гильдией. Ходили слухи о безумных заказах в зеркальных мастерских, о вербовке опытных огородников и о конкурсах лучших писцов. Еще болтали столько разной чуши, что Катрин просто перестала запоминать эту бредятину.

Где ночевал лорд Найти, обнаружить не удалось. Может, он и не отдыхал вовсе? Горел на работе, как и положено скромному вдохновенному гению?

– Отстань, дурак! – Катрин вполсилы лягнулась, и пухлый потенциальный любовник-конкистадор, заохав, покатился по лестнице. Брякнулся не очень громко и не очень больно, можно надеяться, все спишется на нетрезвое состояние неудачливого кавалера. Не успевшие подогреться джином и пивом самцы приставали к Катрин весьма редко, предпочитали лапать и затаскивать в комнаты более удобопонятных красоток. Бедняжке Гае каждый раз приходилось пробиваться в свою комнату с боем.

Все свои были на месте: Энгус и Квазимодо только что вернулись с улицы, Блоод медитировала, Гая накрывала на стол. Обедать предпочитали в комнате. Внизу, в общей зале, можно было спокойно сидеть только утром.

– Ничего не пронюхали? – на всякий случай спросила Катрин.

Мужчины изобразили нечто неопределенное, в том смысле, что узнали много интересного, но ничего нужного.

– Ладно, – легко согласилась Катрин, – пока прекращаем эти прогулки.

Обед был дрянным. В рыбном супе плавало слишком мало картофеля и моркови, зато болталась уйма пустых костей. Блоод даже не придвинулась к столу. В последнее время ланон-ши оживала лишь вечером, в остальное время предаваясь вялым грезам о пустынных улицах и о доступных одиноких жертвах. В ночное время на улицах Глора бывало не менее весело, чем днем. Правда, Блоод находила пищу без особого труда.

После еды мужчины отправились прогуляться. На этот раз без особого задания, просто сидеть в душных комнатах было тяжко. Единственное, на что Катрин просила обратить внимание – это дата предполагаемого ухода флота. Тема слишком актуальная, чтобы получить однозначный исчерпывающий ответ. Придется основываться на мнении большинства глорцев. Вот будет смешно, если мистер Найт улизнет из-под самого носа.

Вообще-то Катрин было не до веселья. С каждым днем, проведенным в городе, тоска и беспокойство только увеличивались. Хотелось на волю – половить рыбку, вольно искупаться в море, а не ерзать в текущем коротком корыте купальни.

Еще неделю, и шпионка уйдет пустая. Чтоб он провалился, этот мистер Найт. Если он так нужен заказчику, пусть сюда перебрасывают дивизию десантников и планомерно прочесывают Глор. Замечательно развеселая и бессмысленная операция получится.

Гая убирала посуду. Катрин посмотрела на кувшин, оставшийся на столе. Вот жизнь: пиво наполовину моча и вода ничуть не лучше пива. Тараканы бегают с шуршанием игрушечных автомобильчиков. Ночью стены трясутся – от пьянок, от взбудораженных насекомых и от напряженных занятий любовью в соседних комнатах. Втроем спать в одной комнате было не совсем удобно. Хоть Гая и не принадлежала к числу непорочных девственниц, Бло и Катрин приходилось сдерживать свои аппетиты. Ланон-ши еще уходила под утро проветриться, а сон самой Катрин становился все беспокойнее. Так и до срывов на почве сексуальной неудовлетворенности докатимся.