"Один из..." - "100 миллиардов солнц". Компиляция. Книги 1-6 (СИ) - Петров Олег Георгиевич

Девушка задумалась. Точнее, задумался их штаб, а Лина просто ждет решения, чтобы озвучить. Ну, быстрее соображайте, родные! Либо будут сейчас сулить золотые горы, либо…

- Жаль, что вы отказались, - наконец произнесла посланница, подойдя совсем близко. - Вы зашли слишком далеко. Мы не можем вам это позволить.

Это уже прямая угроза уничтожения. С другой стороны, неужели она и вправду сожалеет, или это только кажется? Иван промолчал, ожидая продолжения.

- Вы раскрыли часть сигналов, - медленно сказала Лина Эл, и в этот раз в ее голосе слышится настоящее сожаление. - Прекрасное достижение. Вы очень способный человек. Но есть другие источники сигналов. Про которые вы не знаете.

Она в упор посмотрела на его ошарашенную физиономию и продолжила уже спокойнее:

- Мы знаем, где вы прячетесь. Жаль, что так вышло. Прощайте.

Изображение мигнуло и погасло. В следующую секунду ничем не примечательный лесок в двухстах километрах к северо-востоку от Ярославля разом смело вспышкой трёхкилотонного ядерного взрыва.

Олег Петров

Один из восьми

Полигон Тюра-Там, 2 сентября 1958 года

Сергей Королев аккуратно положил трубку на рычаг и буквально сполз в рабочее кресло. Есть посадка! Он почувствовал огромное, непередаваемое облегчение. Первый, самый важный полет удался на славу, несмотря на тяжелейшие неполадки. Что сейчас начнется! Мировой резонанс, как нетрудно догадаться, будет огромный. Он стал бы еще больше, пронюхай журналисты о реальных проблемах, с которыми пришлось справляться космонавту. Неплохой фильм можно снять, лет через десять.

Пожинать плоды успеха легко и приятно, но этим займемся потом. Сейчас нужно решить, что делать с проблемой. А проблема немаленькая. Чем можно объяснить то, что вылизанная вторая ступень «семерки», с которой никогда не было фатальных трудностей, вдруг отказала? И не просто отказала, а очень похоже, что от души рванула? Иначе бы не слетела гироплатформа корабля, свалив БЦВК (бортовой цифровой вычислительный комплекс - прим.авт.) в индикаторный режим (режим, отключающий БЦВК от управления ориентацией - прим.авт.). И вдобавок, почему-то не сработал автоматический отстрел корабля от ракеты по превышению углов! А Комаров (Владимир Комаров, первый космонавт в этой версии истории - прим.авт.) оказался молодцом, несмотря на серьезность ситуации он не стал никого пугать, просто доложил о преждевременном отключении двигателя, а что там случилось на самом деле, на Земле поняли не сразу. По данным телеметрии Королев уже примерно знает почти все, что можно вытрясти из этих скудных цифр, кроме первопричины взрыва, разумеется.

Комаров вовремя сориентировался и через ОВК (пульт особо важных команд - прим.авт.) отстрелил аварийную ступень, после чего вручную стабилизировал корабль и продолжил полет по программе. Молодчина! Никакой он уже не «орелик», а настоящий, матерый орел, гроза неба! Но что произошло со второй ступенью?

Королеву захотелось прикорнуть хотя бы на полчаса, и не потому, что ему так уж хочется спать. Ему захотелось увидеть ответ. Вдруг опять вещий сон? Он их немало пересмотрел за последний год с небольшим. Но к сожалению, он так и не понял, кто и откуда передает информацию, помогающую избежать множества ошибок и просчетов. Приятно было бы получить на блюдечке причину аварии, и не нужно думать, гадать и орать на замов.

И кстати, о замах. Еще полчаса назад он собирался устроить общее совещание, но передумал, потому что не имел достаточной информации. Если придется ругать Валентина (Глушко - прим.авт.) за взорвавшийся двигатель, так хотя бы, по делу. Предположим, что это не заводской дефект, с этим у нас строго, контроль ввели такой, что немцы в Пенемюнде позавидовали бы. Тем более, для первого обитаемого корабля проверки были тройные. Тогда, что остается? Остается внешнее воздействие!

А откуда ему взяться? Телеметрия дала довольно ясную картину. Тяга начала падать, хоть и очень незначительно, секунд за сорок до аварии, и одновременно происходило повышение температуры практически на всех узлах двигателя, где стояли датчики. Все очень походит на вялотекущий пожар из-за повреждения магистралей. Потом температура резко скакнула вверх, началось разрушение деталей турбонасоса, и закономерный финал, взрыв. В принципе, повезло, что баки были почти пусты, и второй раз повезло, что недобор скорости получился не такой уж большой. Но в чем причина пожара? Разболтанных трубопроводов, как в памятном прошлогоднем случае, быть не может. Значит, произошло что-то еще!

Попробуем обойтись без вещих снов, подумал Королев. Мы что, сами не разберемся?! Если пометить на мысленном графике времени точку, когда по телеметрии начались аномалии, получим где-то 175-ю секунду или чуть раньше. И что у нас может происходить в это время?

Королев поднялся с кресла и не торопясь, вышел в коридор, а оттуда на улицу, под ясное степное небо. День только начинается, и уже серьезно припекает, но ветер свеж, воздух чист, и дышится так легко, что хоть песню запевай! Главный с облегчением зашагал прочь от домика прямо в открытую степь, погрузившись в раздумья.

Можно сказать, что теперь все понятно. Началось все, конечно, не на 175-й секунде, потому что любой аварийной ситуации требуется время для развития. Поэтому Сергей теперь уверен, что роковое внешнее воздействие произошло еще раньше, на 160-й секунде, когда отстрелилась САС (система аварийного спасения - прим.авт.) и отделился головной обтекатель. Вот еще одна недоработка, на которую ни один вещий сон не обратил внимание. Обтекатель разработан для полной версии корабля и испытан для нее же. Но агрегатный отсек еще не готов, поэтому вместо него поставили облегченный макет, не равный по весу и прочности оригиналу. Поэтому, потребовались дополнительные крепления к опорному кольцу. Скорее всего, именно это и привело к нештатному отделению. В испытательных беспилотных полетах несколько раз повезло, а в этот раз или одна половинка обтекателя, или обе сразу, задели хвостовой отсек второй ступени, повредив магистрали или оболочку баков. Еще несколько секунд, и получаем пожар со взрывом.

Значит, не так уж всемогущ тот, кто стоит за полезными снами, если не смог предвидеть такую очевидную проблему. Впрочем, черта с два она очевидная, ведь никто из сотен людей, готовивших машину к старту, об этом не подумал. Все посчитали, что на такой высоте аэродинамическими силами можно пренебречь и импульса от пиропатронов хватит, чтобы половинки обтекателя разошлись на безопасное расстояние. И не просто так посчитали, но и с цифрами доказывали. Схему отделения обтекателя защищали, как положено, перед комиссией, которую на хромой козе не объедешь. И вот что вышло!

- Сергей Павлович! - раздался сзади знакомый голос. - Можно на пару слов? А то я вас в кабинете искал.

Его догнал Борис Черток, сжимая в руках несколько внушительных бумажных рулонов. Копия телеметрии? Похоже.

- Можно и не на пару, Борис, - улыбнулся в ответ Королев, остановившись. - Не могу уже сидеть, надо пройтись. Что у тебя такого срочного?

- Я знаю, что аварийная комиссия еще не сформирована, - не очень уверенно начал Черток.

- Но тебе в любом случае быть председателем, так что не страшно, - подбодрил его Главный. - Есть идеи по нашей аварии?

- Уже сейчас ясно, что это пожар в хвостовике, - изложил Борис. - Где-то со 170-й секунды. Потом перегрев, механическое разрушение и взрыв. Тут все понятно. Но вот с причиной все не так ясно. Я думаю, внешнее воздействие.

- Обтекатель, - кивнул Королев, и подмигнул. - Верной дорогой идете, товарищи. Так что, формируйте комиссию и доказывайте. Я уверен, что так все и было.

- Хорошо, - облегченно вздохнул Борис. - Рад, что вы к тем же выводам пришли, Сергей Павлович. Валентин Петрович сильно переживает, все бормочет, что ему такая фигня и не снилась.

Королев не выдержал и расхохотался, немного смутив Бориса, который, естественно, не понял, в чем тут шутка.