Любить сложно, не любить невозможно (СИ) - Мур Лана

— Бежишь! — круто разворачиваясь и яростно сверкая глазами, проревел Аниш. — Забыл все, что я для тебя сделал? Кому ты обязан своим положением? А сейчас, когда помощь нужна мне, трусливо сбегаешь!

— Я ничем тебе не обязан, кроме потери сына. Состояние мы зарабатывали вместе, — спокойно и деловито ответил брат, словно уже давно принял решение и только сейчас озвучил. — Разделим бизнес и каждый станет жить сам по себе. Я больше не хочу ради твоих сомнительных идей рисковать своей семьей. Прощай, — он захлопнул дверь за запрыгнувшими на заднее сиденье мальчишками, выгрузил из багажника канистры и, усевшись за руль, развернул машину к городу.

— Что же, — подвел итог Аниш, оглядев оставшееся немногочисленное семейство. — Крысы бегут с тонущего корабля. Абхи, ты тоже сбежишь и бросишь брата на милость врага? Если трусишь, беги пока есть возможность. Но имей в виду, я отрекусь от тебя, как сейчас отрекаюсь от родного брата. Ты больше не будешь частью семьи Прамара.

Абхи неуверенно обернулась на скрывшуюся за поворотом машину, потом посмотрела на сумрачную стену деревьев, оценила преимущества принадлежать к знатной семье, вспомнила, как столкнувшись у ручья, Ранбир ее отпустил — благородство врага — это его слабость, которой можно воспользоваться — и… решилась.

— Папочка, я с тобой, — поднимая одну из канистр, ответила она. — Мы не можем допустить, чтобы член семьи Прамара был пленником кошек.

— Дорогая моя, — растрогался Аниш и поцеловал дочь в лоб. — Я знал, что ты не отступишь. Ты настоящая Прамара. Пойдемте, — он подхватил две канистры и взглядом указал жене на оставшиеся.

Глава 68. Воссоединение семей

— Ну что, ребята, день выдался длинный, ночь трудная, — поднимаясь из-за стола, сказал Ранбир. — Всем необходим отдых.

Он повернулся дать указание Сахелю, но замер, пристально глядя в окно.

— А это еще что за ночные гости? — непроглядный мрак нарушали три ярких, мечущихся в безумной пляске луча.

История повторяется? Ранбир бросил взгляд на скрывающий тайный ход шкаф, потом на Викрама. Да, сейчас у нас перемирие, но как настроено остальное семейство?

Раджит проследил за напряженным взглядом Ранбира и подошел к окну — прыгающие блики приближались и уже можно было рассмотреть три фигуры — мужскую и две женские.

— Прамара? — прошептал он, и мужчины понимающе переглянулись.

— Майра, идите с Илой в ту комнату. Ила, помоги Майре.

— Что?! Мои родители?

Распоряжения Ранбира и вопрос Викрама прозвучали одновременно.

— Нет! Я не оставлю тебя. Мы семья и будем вместе, — Майра вскочила, немного качнулась, но тем не менее твердо посмотрела на брата. — Ты же для этого меня привез.

— Марш в укрытие! — рявкнул Ранбир. — Раджит, уведи их. Нечего путаться под ногами.

Журналист шагнул к вставшим плечом к плечу девушкам и наткнулся на их упрямый взгляд. Бормоча под нос молитвы, Сахель суетился между гостиной и столовой и горестно поглядывал в окно.

— Да что вы всполошились? — Викрам попытался приподняться. — Они, наверняка, просто ищут меня. Я сейчас выйду и все улажу, — оперся о спинку, но дрожащая рука не давала достаточно опоры, и он снова рухнул на ложе.

И словно в подтверждение его слов, с улицы донесся голос старшего Прамара:

— Сисодия!

Ранбир сердито зыркнул на сестру, но та не шевельнулась.

— Хорошо, — сдался он. — Но держитесь у нас за спиной, — все-таки решил не показывать Викраму коридор, от которого может завесить жизнь.

— Сисодия! — снова донеслось с улицы. — Хватит прятаться за стенами! Или я снова спалю ваш дом!

Ранбир стиснул зубы и посмотрел на журналиста. Раджит ответил ему коротким кивком, и оба шагнули к двери. Из открытой двери в комнату ворвался ветер, наполнив ее запахом леса и свежестью выпавшей росы. В этот раз ни терпкий запах влажной земли, ни душистый аромат зелени не были пропитаны шакальим духом.

— Зачем ты пришел, Прамара? — Ранбир остановился на самом краю лестницы. Из темноты возник Раджит и замер рядом. — Я не помню, что приглашал тебя. Тем более, со всей семьей, — он указал взглядом на женщин за спиной Аниша.

— Хватит ломать комедию! — гормыхнул Аниш, и лес, недовольный что его потревожили, отозвался тихим шелестом. Абхи вздрогнула, зябко повела плечами и придвинулась к матери, стоявшей гордо и непоколебимо, как утес среди штормовых волн. — Я пришел за сыном! Верни его, и мы мирно разойдемся. Иначе… — он выбрал палку посуше, зажег и красноречиво помахал.

Ранбир задумчиво наблюдал за нехотя разгорающимся огнем, с треском облизывающим отсыревшую кору, за клубящимся едким дымом, словно его совсем не волновали люди с канистрами, стоящие у дверей родного дома. Потом перевел взгляд на Аниша.

— Кажется, сила сейчас не на вашей стороне, — лениво протянул он, не отказывая себе в удовольствии позлить давнего врага. Немного помолчал и добавил: — К тому же, ты ведь не захочешь сжечь собственного сына, — вспомнив родителей, Ранбир на последних словах сорвался на рык, но Раджит успокаивающе похлопал по плечу, и хозяин дома постарался взять себя в руки.

Аниш решительней сжал импровизированный факел и шагнул навстречу мужчинам, но жена оказалась проворнее — оставив в стороне масло, она стояла молитвенно сложив руки у самого основания лестницы.

— Господин Сисодия, — тихо начала она, не желая еще больше злить противника. — Выслушайте мать. Ваша мать пожертвовала собой, чтобы спасти вас с сестрой, — Ранбир скрипнул зубами, но промолчал. — А Викрам — мой сын. И я тоже сделаю что угодно, чтобы его спасти. Пожалуйста, заклинаю всем дорогим, что у вас есть, отпустите его. Я согласна стать заложником вместо него, но отпустите моего сына.

— Женщина, вернись, не позорь мое имя, унижаясь перед кошками, — рявкнул Аниш. Абхи совсем спряталась за его спиной, но миссис Прамара не двинулась, будто и не слышала мужа. Она продолжала умоляюще смотреть на Ранбира сквозь пелену слез.

— Мама?! — миссис Прамара сморгнула, и по щекам побежали крупные капли. Когда фигуры на крыльце перестали расплываться и вернулись к своим очертаниям, она смогла рассмотреть сына, с двух сторон поддерживаемого девушками.

— Не волнуйся, сынок, мы все уладим и освободим тебя, — косясь на Ранбира, зачастила мать.

— Мама, я не в плену. Ведь не в плену? — Викрам повернулся к Ранбиру.

— Нет, — он равнодушно пожал плечами.

— Мама, я гулял в горах, оступился и упал в пропасть. Парни меня случайно увидели, вытащили, оказали первую помощь и накормили. Можно сказать, они спасли мне жизнь, — пока Викрам в сопровождении девушек ковылял к лестнице, миссис Прамара недоверчиво смотрела на Ранбира, но ничего не могла прочесть на его застывшем лице.

— Держу пари, что все эти случайности не случайны, — подал голос Аниш, но на него никто не обратил внимания.

Мать, горя нетерпением, смотрела, как, прихрамывая, сын приближается к ней. Но когда он и девушки поравнялись с Ранбиром, тот, останавливая, поднял руку. Миссис Прамара перевела на него недоуменный взгляд.

— Шутки шутить вздумал, парень?! — рыкнул Аниш и поравнялся с женой — Ты не можешь удерживать моего сына.

— Даже не думаю, — также ровно ответил Ранбир. Он кивнул, и Раджит, оттесняя девушек, подошел к Викраму с другой стороны. Вместе они помогли ему спуститься с лестницы, передали в руки матери и сразу же вернулись на крыльцо, загородив спинами Майру и Илу.

— Коротко всхлипнув и едва не уронив брата, Абхи повисла у него на шее. А мать, закинув руку сына себе на шею, не давала ему упасть.

— Ну полно, полно, — Викрам одновременно старался обнять мать и сестру и поглядывал на отца. Наконец, к семейству присоединился и Аниш и крепко обнял сына, так что у него затрещали здоровые ребра, а от боли в сломанных из глаз посыпались искры. — Со мной все в порядке. Пойдемте домой, поздно уже.

— Что с Манишем? — глухо спросил отец.