Самый жаркий день лета - Абдулла Киа

— Вряд ли тебя это касается, но да, мы вроде как вместе. Работаем над отношениями.

Роберт застонал:

— Значит, мне придется с ним встречаться на вечеринке банка «Мерсерз»?

— Вообще-то я не уверена, что мне стоит идти.

Гарднер театрально прищурился.

— Лейла, мы выиграли самый большой заказ в истории нашей компании, а ты не хочешь отпраздновать?

— Ну, скажем, после моего «отпуска» я не уверена, что ты хотел бы меня там видеть.

— Да ладно тебе. До сих пор куксишься? — Гарднер аккуратно поставил фигурку. — Перестань, это было исключительно экономическое решение.

— Понимаю. Я просто… не уверена, что готова выходить в люди.

— Почему? Ты не сделала ничего преступного.

Лейла поежилась.

— Сделала, Роберт, сделала. Меня просто посчитали невиновной.

— Ты же понимаешь, что я имею в виду, — ответил он, щелкнув пальцами. — Ты не уголовница, и нам важно показать это публике.

Она тяжело вздохнула.

— Ну так что, — упрямо продолжил Роберт, — я увижу твоего мудака-супруга на мероприятии?

Лейла улыбнулась:

— Нет. Лучше приглашу сестру. Будет славно провести время вдвоем.

— Превосходно, превосходно, — заключил Гарднер. — Это будет твердым политическим заявлением: между вами нет никаких проблем.

— Господи, какой ты циничный! Я же не поэтому хочу позвать Ясмин.

Роберт прикрыл рот кончиками пальцев, показывая, что умеет держать секреты.

— Хорошо, я отъеду пока. Увидимся в пятницу на вечеринке.

Лейла поглядела ему вслед, а потом, откинувшись на стуле, позволила себе расслабиться на пару минут. Предыдущие шесть недель были тяжелыми, но дела, кажется, наконец налаживались. Лейла больше не ловила на себе тяжелые взгляды сотрудников, приходя в офис. Она могла идти по улице, не думая о том, что все вокруг знают о ее вине. Несчастье с Максом навсегда останется на ее совести, но Лейла обнаружила, что можно и сейчас найти моменты спокойствия и даже радости. Эндрю и Ясмин потихоньку очухивались от потрясения, Лейла с Уиллом пытались построить семейную жизнь заново, а компания «Саид и Гарднер» процветала. Наверное, через некоторое время они все придут в себя. Лейла сняла пиджак и повесила на спинку стула. Пора приступать к работе.

В дверь постучали, и Лейла увидела незнакомую женщину. Она была кричаще красива, но одета с художественной неряшливостью. Особенно выделялись высокие ботинки фирмы «Доктор Мартенс».

— Кэти Бороу, — представилась посетительница, войдя без приглашения. — Прошу прощения, что врываюсь, но вы не отвечаете на мои письма, и я решила, что стоит объяснить мои намерения при личной встрече.

— Чем могу быть полезна?

— Я редактор журнала «Визор». Мы работаем над специальным выпуском о материнстве, и я хотела поинтересоваться, не хотите ли вы написать для нас что-нибудь.

Лейла встала из-за стола:

— Нет, спасибо.

Женщина подняла руки в оборонительном жесте.

— Прошу вас, выслушайте меня, Лейла. Нам нужна осязаемая картина всех сторон материнства. Вы прошли через столько сложных моментов: опекунство над младшей сестрой, бесплодие, попытка усыновления, присмотр за племянником. Вы столько можете добавить к нашей дискуссии!

Лейла проигнорировала тираду.

— Сьюки! — крикнула она, но ассистентки не было на месте.

— Ну же, Лейла, женщины должны услышать вашу историю.

— Нет, — закипая, ответила та. — Покиньте мой кабинет, пожалуйста. — Она положила руку на спину посетительницы и твердо подтолкнула ее в сторону двери.

— Если женщины смогут…

— И будьте любезны больше не беспокоить меня, — перебила Лейла, захлопывая дверь перед носом посетительницы, и дождалась звука ее шагов. Несколько раз встряхнув руками, чтобы справиться с нервами, Лейла приказала себе успокоиться и налила немного виски. Внимание по-прежнему ее пугало. Как будто из полотна ткани выбивалась ниточка, потянув за которую журналисты могли пустить на ветер всю ее жизнь.

Телефон пискнул, пришло сообщение: «Еще раз простите за вторжение. Мы можем встретиться и поговорить? Кэти». Лейла тут же внесла номер абонента в черный список и швырнула телефон на стол, чувствуя неутихающую панику. Надо заняться уборкой, это всегда помогает. Лейла собрала раскиданные в беспорядке бумаги в одну высокую стопку и стала разбирать документы. Потом она вымела пыль из ящичков стола, крякнув при воспоминании, что надо наконец вернуть запасной ключ Сьюки. Протерла экран и клавиатуру, а затем перешла к электронным завалам. Сначала Лейла уничтожила содержимое мусорной корзины, потом просмотрела письма в рабочем почтовом ящике, удалив все неактуальные сообщения. После она почистила свои заметки. Удаление целых папок с компьютера напоминало катарсическое искупительное очищение. Сначала она удалила все материалы по усыновлению с сайтами приютов и агентств. Потом уничтожила папку «Криминал» с выписками из Уголовного кодекса, письмами от Клары и статьями по теме «Что делать, если вас обвиняют в убийстве». Наконец Лейла добралась до каталога, озаглавленного «БЭ», где были собраны статьи и рекомендации, касающиеся болезни Тоби: адреса благотворительных фондов и медицинских сайтов, длинные списки симптомов и способов лечения. С облегчением Лейла выделила иконку и нажала на «Удалить». Они уже хлебнули горя, и оставалось надеяться, что впереди их семью ожидает только хорошее.

Ясмин с недовольством наблюдала, как муж роется в их почте. Он уже привык вскрывать письма, адресованные жене. После смерти Макса Ясмин потеряла интерес к корреспонденции и складывала ее в большую кучу посреди коридора.

Эндрю, которому надоело уговаривать супругу разобраться с письмами, стал просматривать их сам. По какой-то причине он продолжал этим заниматься и сейчас. «Надо попросить его прекратить». — подумал Ясмин.

Просмотрев одно из посланий, муж нахмурился, а затем скомкал листок и выбросил в корзину.

— Что там было? — спросила Ясмин.

— Ерунда какая-то, — с отстутствуюшим видом ответил супруг. Услышав стук в дверь, он забросил почту и вышел из кухни.

Ясмин подошла к мусорному ведру и нашла смятый бумажный лист. Это было письмо из издательства с предложением написать книгу про ее трагедию. Разве за подобные вещи не платят миллионы? Она аккуратно свернула листок. Эндрю не стоило отказываться от таких предложений, не посоветовавшись с ней. Сунув письмо в карман, Ясмин услышала из коридора знакомый голос, и желудок моментально скрутило спазмом. Она поспешно вышла в коридор.

— Детектив Шепард! Что-то случилось?

Гость улыбнулся, но на его небритой физиономии улыбка больше походила на гримасу.

— Нет, ничего. — Слова, однако, прозвучали угрожающе. — Просто визит вежливости. Хотел удостовериться, что у вас все в порядке.

— Ах, ну хорошо, — ответила Ясмин и указала рукой в сторону кухни: — Чаю не хотите?

— С радостью соглашусь. — Детектив радостно потер руки, как азартный игрок в ожидании результатов ставки.

— Два кусочка сахара и немного молока, я правильно запомнила?

Шепард кивнул, впечатленный ее феноменальной памятью.

— Ничего себе, у вас хватка.

— Я делаю много чая, — ехидно ответила Ясмин. — Это основная часть моих служебных обязанностей.

— Вот как. — На мгновение он растерялся. — Вы снова вышли на работу?

Ясмин указала детективу на стул возле стола.

— Да, вернулась на прошлой неделе. Для меня приберегли место.

— Понимаю.

Она заметила, что Шепард рассматривает интерьер.

— Мы почистили дом, — признала Ясмин. — Было слишком тяжело повсюду натыкаться на детские вещи. — Поплотнее запахнув кардиган, она уставилась на закипающий чайник.

— Прекрасно понимаю, — ответил Кристофер, с благодарностью принимая из ее рук чашку.

К ним присоединился Эндрю.

— Мы не ждали вашего визита.

Ясмин не могла не отметить про себя холодный тон супруга.

— Ох, да, простите, что так ворвался. Хотел удостовериться, что у вас не осталось никаких вопросов по поводу произошедшего.