Искатель, 1998 №9 - Песах Амнуэль

осознававший свою силу, вполне по-человечески опешил, а потом, почувствовав боль в мгновенно прокушенном ухе, и вовсе растерялся. Он, конечно, рычал, пытался дотянуться до горла Фая, яростно махал лапами в воздухе, надеясь достать ими до живота своего неожиданно осмелевшего врага, но уверенности в победе у него уже не было. А это, как известно, половина успеха. Файтер, изловчившись, схватил-таки Пирата за горло и, уворачиваясь от грозных кривых лап, начал медленно сжимать челюсти.

Геннадий Азарович поспешно, но опять-таки без резких движений, снял обруч.

Подействовало! Никуда теперь убийца Пират не денется, никуда!

Дави, Фай, дави!

Через пару минут, когда стало ясно, что Пират вот-вот испустит дух, Геннадий Азарович с ножом в руке полез было на площадку, чтобы разжать Файтеру челюсти, но Юра остановил его.

— Подождем решения зрителей. Жизнь или смерть? — громко крикнул он, обращаясь к зрителям. Почти все они, словно приветствуя фюрера, выбросили вперед руки с опущенными вниз большими пальцами. Особенно усердно тянула руку вперед Розалия Леопольдовна, успевшая занять место неподалеку от Хозяина.

— Итак, до победного! — подвел итог голосованию Юра.

Геннадий Азарович вспомнил: примерно так решали судьбу побежденного гладиатора в Древнем Риме. Направленный вниз большой палец означал смерть.

Хозяин Пирата рвался на арену, но его не пустили. И только потом, когда Безменову сделали знак увести Фая — псу все-таки пришлось разжимать ножом челюсти, — позволили забрать труп.

На Геннадия Азаровича хозяин Пирата, беря на руки окровавленное тельце, взглянул с такой ненавистью, что Безменов поежился и порадовался: резонатор мыслей-эмоций есть пока только у него.

А на Фае, как ни странно, не было ни царапины, и Роза напрасно суетилась возле него с йодом и каким-то собачьим чудо-пластырем в руках.

— Я снова поставила на Файтера — и не ошиблась! — ликовала она. — У вас замечательный пес! Он очень понравился Хозяину, да и вы тоже. Хотите заработать в десять раз больше, чем уже заработали?

— Я еще не все получил.

— Сейчас получите.

Госпожа Сидорова помахала Юре, и он тотчас отсчитал Геннадию Азаровичу вознаграждение.

— Вот видите, здесь все честно, — сказала Роза, удовлетворенно наблюдая, как немногие счастливчики, поставившие, как и она, на Файтера, получают у букмекеров деньги. — Подружке Хозяина так понравились бои, что она уговорила его оплатить еще одну схватку. Вашего нового противника уже везут на машине; победителю — десять штук, проигравшему — пять. Ну, соглашайтесь! Даже если Фай погибнет — вы купите двух, трех клубных щенков, и еще столько же денег останется. Я, кстати, снова буду ставить на вашего пса. Он победит, вот увидите. Ну же, ну!

— Согласен, — выдохнул Безменов.

Даже с пятью тысячами в кармане он сможет просчитать и изготовить новый, высокодобротный резонатор. А уж с десятью-то…

— Только бой будет не здесь, а рядом, в здании бассейна. Сейчас те, кто посостоятельнее, туда переедут. Идемте! — потянула Роза Геннадия Азаровича за рукав, и он едва успел взять Фая на поводок.

— Мы согласны, — шепнула госпожа Сидорова Юре, вставшему на вахту возле запасного выхода. Тот шустренько подбежал к Хозяину, не спешившему покинуть удобное кресло. Впрочем, и не мудрено: одна из подружек сидела у него на коленях, вторая, стоя за спиной, нежно обнимала за шею. Безменову показалось, что он на секунду поймал взгляд Хозяина. И было в этом взгляде столько скуки и презрения, словно Хозяин смотрел не на человека, а на бойцового пса.

Безменов стиснул зубы.

Ну и хрен с ним. Мне бы только деньги получить, и больше я сюда — ни ногой.

Ой ли… Да Фаина меня со свету сживет, если узнает, от какого бизнеса я отказался. Так что еще неизвестно, ни ногой я сюда или, наоборот, двумя ногами и еженедельно. Деньги — не только дерьмо, которое, однако, не пахнет, но еще и болото, засасывающее почти всех, рискнувших вступить в него хотя бы раз. Эх, Фай, нелегкая у тебя будет жизнь. И смерть — нелегкая…

Казино «Джокер» располагалось в центральном парке, в отдельно стоящем павильончике. Когда они вышли через черный ход, было уже темно. В свете единственного неразбитого фонаря Безменов заметил двух молодых людей, державших на коротких поводках огромных охотничьих собак, в народе называемых волкодавами.

— Это — тоже охранники Хозяина, — пояснила Розалия Леопольдовна, включая крохотный фонарик. — Нам сюда, — увлекла она Безменова в темную аллею. Фай понуро шагал рядом.

— Вы уверены, что мой пес выдержит еще одну схватку? — заволновался Геннадий Азарович.

— Конечно! — успокоила его Роза. — Некоторые бои длятся по часу, а ваш Фай на две схватки затратил не больше двадцати минут.

Из темноты вдруг вынырнул милиционер.

— Вы куда это? На стройку вход запрещен! — преградил он путь Безменову и его возбужденной полученными деньгами спутнице. Но, включив мощный фонарь и, как ни странно, не направив его в лица, а лишь осветив ноги непрошеных визитеров, отступил в тень.

— А, это вы… проходите.

Безменов помог Розе пролезть через дыру в заборе, достаточно широкую даже для ее пышных форм.

Похоже, Хозяина охраняют не только молодые-здоро-вые с собаками и без. Он сейчас — один из немногих, кто с полным правом может сказать по-маяковски: моя милиция меня бережет. Ну что же, тем лучше. С милицией — оно как-то спокойнее. Почти государственного значения мероприятие получается.

Они поднялись по бетонной лестнице без перил. Большой зал был частично освещен, и Роза погасила свой крохотный фонарик.

Оказалось, бассейн совсем чуть-чуть не успели достроить, Стенки его пятидесятиметровой ванны были уже выложены кафелем, яма для прыжков, перед вышкой, тоже была готова. Правда, кое-где плитка уже отвалилась. Часть ванны, дальняя от ямы, была отгорожена металлической сеткой. Арена, значит.

Освещали арену несколько сильных ламп под металлическими абажурами-тарелками. У самого края ванной стояли в один ряд десятка полтора стульев, на которых уже сидели зрители. Видимо, пока Безменов с собакой и Розалией Леопольдовной шли пешком, остальные переехали от казино к бассейну на машинах.

— А где наш соперник? — спросил Безменов, обходя кучу строительного мусора, наваленную вокруг недостроенной вышки для прыжков.

— Не беспокойтесь, сейчас приведут.

Подружки Хозяина сидели по обе стороны от него, позади них маячили телохранители. Президент Рост-банка с молодой, очень молодой женой занимали места справа, глава «Юпитера» — слева от Хозяина. Ожидали боя и еще какие-то люди, которых в казино, кажется, не было. Но узнать у Розалии Леопольдовны, какие еще из городских знаменитостей почтили своим вниманием безвестного до сегодняшнего дня кобеля по кличке Файтер, Геннадий Азарович не успел. К нему подошел Юра, предложил спуститься в ванну бассейна, вместе с собакой. Поскольку ставка боя