Каскадер - Мария Карела

– Девочка, что ты тут делаешь? – голос Ингрэм под стать телу – томный, мягкий. Обещающий все и ничего.

– Собираюсь начистить тебе накрашенную мордочку, – грубо ответила я.

– Вряд ли тебе это удастся, – она подмигнула мне, – сегодня не ваш день… Впрочем, он уже никогда вашим не станет, могу открыть тебе эту тайну перед смертью! – Она расхохоталась фальшивым грудным смехом.

– Ты хочешь открыть мне тайну перед смертью? – участливо спросила я. – Ну не переживай, может, я еще пожалею тебя и не убью!

Ингрэм сама не знала, с кем говорит. Один укол Витой – и она труп, очень красивый, правда, труп, потому что, в отличие от Святогора, я убиваю чисто.

Ударил гонг.

Ингрэм, размахивая двумя кинжалами, стала наступать на меня. Вперед, девочка. Поторопись на встречу своей смерти.

Внезапно земля у меня под ногами зашевелилась, словно живая, цепляясь за ноги… Что происходит?! Если я попытаюсь отскочить или прыгнуть, я неминуемо упаду… Воздух сгустился, стало трудно шевелить ногами и руками… Или просто кто-то пытался перехватить управление моим телом? Может, поэтому проиграли Григорий и Инг? Князь жульничает!

Наверное, Ингрэм увидела отчаяние в моих глазах, потому что засмеялась и атаковала.

Конечно, если они сейчас же не убьют меня или хотя бы не лишат сознания, я расскажу все судьям!

– Тебе не поверят. – Ингрэм сама предупредительность. Ее кинжалы порхают перед самым моим носом, а рука, держащая Биту, так и норовит разжать пальцы…

Я сделала шаг назад и почувствовала, что падаю, потому что ноги накрепко запутались в чем-то… Ингрэм приблизилась вплотную и вонзила кинжал.

Я вскрикнула, а теплая струйка потекла по груди.

Ну уж нет! Керен так легко не убить! Какая-то чернявая девка, никак не могущая быть воином, пытается со мной покончить! Это смешно!

Каким-то чудом – а имя ему, наверное, ярость – я удержалась на ногах и слабеющей рукой, сжав рукоять Виты вонзила кинжал велхве в плечо – туда же, куда и она мне. Мы упали обе, не выпуская из рук своего оружия… Вот только моя соперница теряла кровь и жизнь, а я, едва не крича от боли, – обретала.

Но все же досталось мне прилично, рука судорожно разжалась, и я, подобрав Биту, встала на колени, вырвав кинжал велхвы – он почти врос в заживающую рану – чем вызвала новое кровотечение.

Ингрэм осталась лежать на песке, не шевелясь.

– Победила Керен, человек, – на этот раз в голосе Галины были радостные нотки.

Тело велхвы унесли, а меня тут же обняли Арс, Глеб, кто-то еще… Арс лично забинтовал мою рану отобранными у монахов бинтами – но это правильно, иначе пришлось бы объяснять, почему уже образовалась корочка. Уходить в корпус я отказалась наотрез, чем, кажется, заработала еще несколько баллов в глазах остальных парней.

– Ребята, – обратилась я к Глебу и Арсу, едва шумиха вокруг меня чуток утихла, а на ристалище пошел Такеши, – там что-то нечисто. Земля мешала мне двигаться, и словно кто-то пытался перехватить управление моим телом.

– Да, мы заметили по твоим движениям. Но кто мог такое сотворить?

– Кто угодно! А если ты еще не забыл, то сегодня ты сам сражаешься с чародеем!

– Не думаю, что это проблема, – отмахнулся Арс. – Я кое-что придумал, тебе понравится.

– Если ты ошибешься и умрешь, я лично тебя с того света… – Я оборвала реплику на полуслове, расхохотавшись.

Ребята тоже засмеялись, после чего Арс добавил:

– Верю, верю, тебе ж это не в первой!

Воеслава вышла вперед, как и в прошлый раз, закованная в броню и с огромным мечом. Такеши вооружился нунчаками, ну и неизменная коса, конечно.

Интересно, а Такеши догадался, что со мной было что-то не так? Ведь то, что Григорий подвернул ногу, можно списать на случайность, то, что Даромир победил Инга – на то, что Даромир оказался круче, а Инг этого не понял. Но в моем случае даже со стороны было очевидно – происходит нечто странное.

Огромный клинок Воеславы и нунчаки Такеши столкнулись, и, признаться, я ожидала, что Воеслава оставит от оружия Такеши груду бесполезных деталей. К счастью, я ошиблась, может, нунчаки все же удобнее, чем кажутся. Хотя так же, как и с шариком в косе, к подобному оружию нужно привыкнуть, и именно поэтому я выбрала кинжал и ножи – даже если меня лишат моего собственного оружия, я быстро и легко найду замену.

Но я отвлеклась.

Такеши, пригнувшись, ушел от удара Воеславы и, оказавшись у нее за спиной – пока эта здоровая тетка в доспехах развернется, – собрался уже нанести удар, без всякого сомнения завершающий бой. Но…

Я так и не поняла, что же толком произошло – наверное, и никто из наших не понял, – но каким-то образом Воеслава успела обернуться и не только блокировать удар Такеши, но и опустить клинок ему на голову… Да, может Воеслава и не такой уж плохой воин, силы ей точно не занимать, и все же Такеши тоже не промах, не мог он так нелепо подставиться…

Воеслава победно вскинула меч. Нечисть в азарте орала и подпрыгивала. Лишь одна Наина мрачно смотрела на меня зелеными глазами.

– Невероятно… – прошептал Глеб.

– Что здесь невероятного?! – зло буркнула я. – По мне, так все абсолютно очевидно и понятно. Нужно только вычислить этого гада и после боев покончить с ним!

– Думаешь, это будет просто?

– А у нас нет выбора. Мне удалось справиться с велхвой случайно. Я очень разозлилась, эта Ингрэм такая наглая девка…

– Посмотрим. Сейчас я испытаю на себе кое-что.

Напротив Глеба остановилась велхва Ди. В принципе тут было на что посмотреть – как обычно, красивая фигура, но лицо закрыто черной кожаной полумаской, и костюм, открывающий все то, что обычно закрыто, но зато драпирующий руки, ноги, начиная от бедра, плечи и шею.

В руках велхвы – кинжал и арбалет. Неужели позволено использовать оружие дальнего поражения? Видимо, да, раз судьи не протестуют. Или они тоже не в курсе, а князь беззастенчиво этим пользуется? Да нет, тогда бы седой возразил. Или… его убедил колобок? Мы так и не успели разобраться с его предательством. Нельзя же прийти к седому и сказать: вот, мол, ваш друг и напарник – предатель. Он, как минимум, потребует доказательств, а их-то у меня и нет… Что-то крутится в голове, что-то важное, но никак не вспомнить…

Глеб напряжен, хотя бой еще не начался. Он готов к любому вмешательству неизвестного противника.

Едва прозвучал гонг, как велхва выстрелила из своего арбалета – не будь Глеб настороже, могла бы и попасть.

– Смотри, – в голосе Арса звучала неподдельная тревога. – Мне кажется, или его движения замедлены?

– Да, он обычно движется намного быстрее. Что делать? Как ему помочь?

– Не знаю. Может, остановить бой?

– По правилам это можно сделать, но у нас нет доказательств. А в этом случае нам засчитают проигрыш цикла.

– Мы и так его проиграем. Зато никто не погибнет.

– В следующий раз будет то же. Нужно выяснить, кто именно это делает.

– Я до этого и сама додумалась.

Велхва Ди не давала Глебу приблизиться на расстояние удара, обстреливая его из арбалета. Пока ему удавалось уворачиваться, но было очевидно, что долго он не продержится, рано или поздно какой-нибудь болт настигнет его.

Глеб двигался все медленнее и медленнее, с каждым движением. Последний болт прошел в миллиметре от его шеи. Я вцепилась в руку Арса, понимая то же, что и все… Ди улыбалась. Красивые у нее губы.

И вдруг, внезапно даже для Арса – он вздрогнул, – Глеб взорвался вихрем, одним рывком добравшись до арба-летчицы и пронзив ее красивое тело клинком.

От рева наших ребят я, думала, оглохну. Они были готовы качать Глеба на руках, но ни мне, ни Арсу так весело не было. Осталось еще два боя, и выиграть их так же не удастся. Понятно, что Глеб специально ввел в заблуждение того, кто мешал ему, и внезапно вырвался из-под контроля. А вот что будет делать Валентин, который, скорее всего, даже не подозревает о том, что нам кто-то мешает?

Думать о самом последнем бое мне не хотелось. Совсем не хотелось.

– Упырь Барет против человека Валентина, – раздался голос Галины, одновременно с первым ударом гонга. Упырь мне понравился. Было в нем что-то, что крепко меня зацепило. Возможно, даже крепче, чем Арс. Будь этот Барет человеком… Все дело в глазах и волосах – это те критерии, по которым я выбираю парня – хм, надо признать, что в этот раз выбрала не я. Скорее выбрали меня. А ведь я этого даже не заметила, пока не задумалась специально. Ну как я, с моими предпочтениями, могла влюбиться в рыжеволосого наглого поганца с разными глазами? Так вот, о Барете. У него шикарная шевелюра – темные, густые, блестящие волосы, свободно лежащие, доходящие до середины шеи, да и глаза не подкачали – тоже темные, теплые, умные… И немножко наглые.

Барет сражался, как и большинство упырей, обычным мечом, а вот Валентин выбрал алебарду. Не слабое оружие, если, конечно, ты с ним на «ты».

Валентин оказался ловким и проворным парнем, успешно использующим преимущества своего оружия. Барет же оказался среднестатистическим упырем – за исключением внешности, бесспорно.